Вечером 12 апреля консультативный комитет по вопросам назначений на руководящие должности утвердил кандидатуру генерала-майора Романа Гофмана в качестве следующего директора разведки "Моссад", после чего соответствующий указ подписал премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху, который ещё в декабре прошлого года объявил по итогам личных собеседований со всеми претендентами, что именно его военный секретарь займёт этот пост (со 2 июня 2026 года).
Те или иные кадровые перестановки происходят регулярно, но эта примечательна по целой совокупности факторов. За последние 15 лет "Моссад" впервые возглавит человек, родившийся за пределами еврейского государства. Гофман появился на свет в 1976 году в городе Мозырь Гомельской области Белорусской ССР, а накануне распада Советского Союза его семья репатриировалась в Израиль.
В этом контексте главный раввин Религиозного объединения общин прогрессивного иудаизма в Беларуси Григорий Абрамович обращает внимание на важную деталь: "Меня заинтересовал тот факт, что он оставил имя Роман. Ведь, как правило, бывает так: человек приезжает в другую страну и берёт себе другое имя. А Роман Гофман сохранил своё. Ему было важно то имя, как его назвали родители. Это тоже немаловажный факт, характеризующий человека".
Родители, раз уж речь зашла о них, - врач и учитель. А вообще сведений о семье Гофмана в открытых источниках практически нет. Известно, что семья была большая, но родственников в Мозыре не осталось. Как рассказал председатель городской еврейской религиозной общины ортодоксального иудаизма "Видуй" Геннадий Денисов, дальний родственник Гофманов, который жил в США, приезжал несколько лет назад и занимался установкой на местах расстрела евреев и цыган памятников погибшим в годы Великой Отечественной войны. Мужчина умер, а памятные таблички и камни с изображениями остались.
Впрочем, связка Белоруссия - "Моссад" существовала задолго до назначения Гофмана. И не просто существовала: Иссер Харель, которого считают создателем системы израильской разведки в современном виде, был родом из Витебска, тогда ещё, в 1912 году, части Российской империи. Это он выстроил архитектуру "Моссада" (возглавляя его с 1952 по 1963 год), сделав упор на жёсткую дисциплину и глубоко законспирированную агентурную сеть, разрабатывал спецоперации по поимке нацистских преступников по всему миру (самая известная из которых – задержание Адольфа Эйхмана в Аргентине в 1960 году). Кстати, после переезда Харель, в отличие от Гофмана, сменил имя и фамилию – при рождении его звали Израиль Гальперин.
Гофман, как и Харель, говорит по-русски. Что выглядит естественным, учитывая их происхождение, но будущий глава разведки, в отличие от своего давнего предшественника, не владеет английским языком. А вот это уже несколько удивительно в свете тесного взаимодействия "Моссада" и США (что наглядно продемонстрировала операция "Эпическая ярость" в Иране, точнее даже подготовка к ней).
К слову, на территории современной Белоруссии - в городе Крево в 100 километрах от Минска - родился и дедушка Нетаньяху по отцовской линии.
Ещё одно важное, если не сказать ключевое, отличие Гофмана от последних руководителей спецслужбы – он кадровый военный, а не выходец из самого "Моссада". После обучения в военном интернате в поселении Эли в Самарии (схожим с российским суворовским училищем) он служил в танковых войсках, продолжил учёбу в Колледже национальной безопасности Армии обороны Израиля, дослужился до звания генерал-майора, а в мае 2024 года назначен военным секретарём премьер-министра Израиля.
Как писала в декабре газета The Jerusalem Post, выбор Нетаньяху в пользу Гофмана стал неожиданностью, поскольку главным кандидатом считался высокопоставленный командир Моссада, который пользовался серьёзной поддержкой внутри спецслужбы.
Учитывая обострение отношений премьер-министра и разведки после вторжения боевиков ХАМАС 7 октября 2023 года (Нетаньяху пытался переложить ответственность на "Моссад", а её директор Давид Барнеа – акцентировать внимание на коррупционные скандалы, тем самым залезая во внутреннюю политику, выходящую за рамки его компетенции), можно рассматривать назначение Гофмана как желание добиться лояльности спецслужбы, поставив во главе её человека, которому доверяет, а собственный военный секретарь – вариант идеальный. По словам Нетаньяху, Гофман сопровождал его "в самый трудный период" для Израиля, "проявил мужество, ответственность и редкие профессиональные способности".
Речь в значительной степени как раз о том самом 7 октября. Ещё до официальных сообщений о нападении ХАМАС на юг Израиля Гофман по собственной инициативе выехал на машине в Сдерот, уже фактически захваченный боевиками, и вместе с группой добровольцев задолго до прибытия армейских подкреплений вступил в бой, в ходе которого убил двоих членов ХАМАС и получил тяжёлое ранение, из-за чего впоследствии перенёс несколько операций. Этот эпизод не просто продемонстрировал героизм и решительность Гофмана, а сделал его очень популярным в армии и в Израиле в целом.
Вторжение ХАМАС может лежать в основе назначения военного секретаря премьер-министра ещё вот в каком отношении: Нетаньяху хочет, чтобы человек со стороны разобрался в причинах просчётов "Моссад", которые сделали нападение боевиков возможным. Доцент Еврейского университета Иерусалима, военный историк Дани Орбах проводит параллели со вступлением в должность руководителя контрразведки "Шин-Бет" главнокомандующего ВМС Израиля Ами Аялона после громкого убийства премьер-министра Ицхака Рабина.
"Аялон созвал всех начальников отделов на совещание и сказал им: "Я ничего не знаю о разведке. Я адмирал военно-морского флота. Я хочу, чтобы вы меня научили. Поэтому сейчас я хочу, чтобы вы объяснили мне, чем вы занимаетесь. При этом я хочу услышать от вас, в чём причина каждого вашего действия. Единственное, чего я не хочу слышать, так это: "Мы будем продолжать делать это, потому что так мы делали всегда", - уточнил эксперт.
По мнению Орбаха, Нетаньяху хочет применить к "Моссаду" тот же подход.
При этом звучат опасения, сможет ли Гофман, который, как говорит Нетаньяху, тесно работал с "Моссад", но не в самой его системе, разобраться в механизме функционирования спецслужбы с непростой структурой, скоординировать все её части, наконец, планировать операции, что требует и специфического опыта, отсутствующего у будущего директора, и особого склада ума. И всё это в такое непростое время, когда на Ближнем Востоке в разгаре масштабный конфликт, начавшийся не без участия Израиля.