На руинах ялтинско-потсдамского мира: заметки к пресс-конференции в "России сегодня"

Участники конференции *"Актуальные угрозы и вызовы для России и мира. К 80-летию начала Потсдамской конференции" – люди серьёзные, во многих пунктах они друг с другом не согласились (до драки не дошло, хотя полемика между военным экспертом Константином Сивковым и профессором МГИМО Сергеем Лузяниным была острой). Желающие могут посмотреть её сами.

Мы обратим внимание на несколько моментов, которые показались нам особенно важными.

Сейчас принято говорить (и во время конференции говорилось) о том, что по итогам Второй мировой войны была создана ялтинско-потсдамская система международных отношений, которую заменила вашингтонская система и которая сейчас тоже подвергается деконструкции. Это как бы общее место.

Историк Андрей Сидоров дополнил это "общее место" ценным замечанием: оно, конечно, да, но на самом-то деле никакой ялтинско-потсдамской системы и не было. Потому что та конфигурация и те механизмы, которые были выработаны "большой тройкой", в полной мере так и не заработали – началась "холодная война".

И это правда. Достаточно вспомнить, что ялтинско-потсдамская система предполагала существование единой Германии. Сама Потсдамская конференция не планировалась последней – после неё, по логике, должна была состояться ещё одна, на которой решалась бы судьба Азиатско-Тихоокеанского региона (в результате она решалась не за столом переговоров великих держав, а на полях сражений гражданских войн с "добавленным участием" в Китае, Корее и Вьетнаме).

А генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин напомнил ещё и об операции "Немыслимое" – войны западных союзников против СССР, которую в 1945 году планировал Черчилль. Отказ от этой операции сыграл куда большую роль в формировании послевоенного мира, чем решения Потсдама – просто Имперский генштаб пришёл к выводу, что результатом проведения операции будет ещё один Дюнкерк (в 1940 году там едва не были полностью уничтожены британские экспедиционные подразделения, воевавшие на стороне Франции - ред.), и Мальбрук передумал собираться в поход*. Такие опасения поддерживали равновесие в мире вплоть до распада СССР.

Ещё несколько интересных суждений Сидорова:

Мы тут отметим, что это всё именно видимость, потому что привязка завершения срока "ультиматума Трампа" к встрече Владимира Путина и Си Цзиньпина относится к разряду хорошо подготовленных экспромтов.

На конференции же упоминалось, что в США никогда не говорят о вероятных сроках войны с Россией. О неминуемой "российской агрессии" говорят в Европе, причём с удивительной точностью – чуть не до часа. Зато в США с высокой точностью прогнозируют войну с Китаем – примерно в 2027 году.

Очевидно, что такая точность означает не наличие надёжных источников в российском и китайском генштабах, а подготовку агрессивной войны самими "жертвами агрессии" (опыт СВО показывает, что такой ход вполне реален).

По мнению Мухина, существует вариант, при котором можно обойтись без большой войны, по крайней мере в Европе – Западу нужно признать себя стороной конфликта и прямо вступить в переговоры, не прячась за спиной Киева. Есть и варианты достижения компромисса по схеме "вин-вин", когда обе стороны смогут говорить о своей победе (интересно, что участники конференции не смогли договориться относительно того, кто победил в последнем ближневосточном кризисе – Иран, Израиль или США).

Ну и в завершение скажем, что Андрей Сидоров просто и понятно объяснил, почему расчёты на "большую сделку" с Трампом с самого начала были лишены оснований: в Ялте и Потсдаме договаривались победители – причём победители не "по очкам", а по самому что ни на есть "гамбургскому счёту". Очертания нового мира после нынешнего кризиса тоже будут определять победители.

* В силу особенностей титулонаследования сэр Уинстон Спенсер Черчилль герцогом Мальборо не стал. Он, однако, был потомком первого герцога Мальборо Джона Черчилля – героя песни начала XVIII века "Мальбрук в поход собрался".