https://ukraina.ru/20260923/mutanty-i-zaraza-iz-krana-eta-zima-na-ukraine-dlya-mnogikh-stanet-posledney-1083360144.html
Мутанты и зараза из крана: эта зима на Украине для многих станет последней
Мутанты и зараза из крана: эта зима на Украине для многих станет последней - 23.09.2026 Украина.ру
Мутанты и зараза из крана: эта зима на Украине для многих станет последней
Украинские чиновники открыто готовят граждан к самой тяжелой зиме за всю историю. Правительство в Киеве спешно перекраивает бюджетные сметы и вытряхивает последние резервы из региональных касс, а гражданские службы уходят на голодный паек
2026-09-23T06:30
2026-09-23T06:30
2026-09-23T06:30
эксклюзив
украина
воз
медицина
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/101744/46/1017444663_0:40:2958:1703_1920x0_80_0_0_c774404f63f99835e0fb4372b1f27573.jpg
И возникает вопрос: а кто будет лечить украинцев? И главное — на какие деньги? "Европейские реформы" системы здравоохранения не прижились, а в условиях энергетического кризиса украинцы могут столкнуться с врагом пострашнее холода: эпидемиями и отсутствием тех, кто может их вылечить.Бюджетный самообманВ украинском бюджете на 2026 год медицине с барского плеча выписали аж 258,5 млрд гривен. Вроде бы рекорд, если бы не рекордная инфляция, сжирающая реальную покупательную способность этих денег. Более того — пообещали-то не свои деньги: каждая гривна на здравоохранение на 100% зависит от западных подачек, кредитов МВФ и траншей европейского фонда Ukraine Facility. Малейший перебой — а они с финансовой помощью Запада Украине случаются все чаще и чаще — и больницам будет попросту не на что работать.Особенно ярко кризис проявляется на региональных больницах — после того, как у тех забрали приток средств от перераспределения военного НДФЛ. Раньше полк, стоящий рядом с райцентром, кормил местную казну: городские власти на эти деньги латали крыши, платили за уголь и рассчитывались за свет.В Ассоциации городов Украины заявили, что у муниципалитетов отобрали свыше ста млрд гривен в год — огромных денег, которые не дойдут до региональных счетов, а значит, и до больниц.Механизм финансирования добивает выживших через Национальную службу здоровья Украины. По закону государство оплачивает только конкретную услугу за пролеченного пациента, а трубы, батареи и воду должны закрывать местные власти. Когда людей в городах выкосило мобилизацией и бегством через границу, гражданские больничные койки опустели, а поток денег сильно истончился.Генератор не греетЭнергетический кризис в стране прямо влияет на состояние системы здравоохранения. Недостача в семь гигаватт генерации гарантирует отключения электричества по 12–18 часов в сутки для каждого жилого квартала и заводского района в отопительный период. Больницы как объекты критической инфраструктуры питаются по отдельным выделенным линиям генерации, но если бездействует сам источник энергии, то не спасут никакие приоритетные линии.Конечно, украинские власти заявляют, что проблема хотя бы частично решается генераторами, однако это лишь фикция: солярка способна дать свет для лампочки над операционным столом, запустить аппарат ИВЛ, но точно не целыми днями напролет прогревать пятиэтажный бетонный корпус на пятьсот коек или поддерживать правильный температурный режим в камерах хранения лекарств — банально в стране нет такого количества топлива.Больницы завязаны на городские ТЭЦ и магистральные трубы с горячей водой, а местные генераторы или котельные рассчитаны в лучшем случае на "поддержание штанов", но точно не на постоянную работу. Если центральные теплосети "лягут", тяжелых больных придется эвакуировать в переполненные западные области, и не факт, что все из них эту дорогу переживут.Зараза из кранаА пока внимание обывателя приковано к сводкам с фронта , настоящая смертельная опасность поджидает его прямо под ногами. В момент резкого падения гидравлического давления в пустой водопроводной трубе возникает эффект вакуумного всасывания, и наружные грунтовые воды вместе с патогенами затягивает внутрь питьевой системы.Звучит как сюжет из фильма ужасов, но прецеденты уже были: такой гидродинамический удар уже приводил к вспышке вирусного гепатита А в Винницкой области. Тогда больницы столкнулись с сотнями пациентов с желтухой после банального веерного отключения фильтровальных узлов. Хотя официальные власти все списали на "грязные руки" и "коммерческие акваматы", даже с этими оговорками угрозу зараженной воды переоценить невозможно.Добавьте сюда и признанные самими властями проблемы с базовой вакцинацией: охват детей прививками от кори, дифтерии и полиомиелита в прифронтовых полосах упал ниже допускаемых ВОЗ стандартов. Если городские насосы встанут посреди морозного января, сотни тысяч людей побегут с баклажками к неконтролируемым уличным родникам, и дизентерия со вспышками сальмонеллеза накроет многоэтажки за считаные дни.Запасы вакцин, как мы уже упомянули выше, в режиме блэкаутов хранить чертовски сложно. Импортные препараты требуют жесткого температурного режима. Поставляемые по линии помощи ООН и ВОЗ медицинские холодильники выдерживают без питания до 48 часов, но не когда света нет по 16 подряд на протяжении месяцев — система рано или поздно просто перестанет справляться с нагрузкой. В неотапливаемых амбулаториях глубинки ампулы с вакцинами от коклюша и столбняка просто перемерзнут.Атака мутантовА в условиях, когда тысячи людей подвержены инфекциям, инфекции имеют свойство неконтролируемо мутировать. И особенно это касается фронта.Еще в прошлом году авторитетнейшее медицинское издание The Lancet Regional Health Europe опубликовало разгромное исследование раневых инфекций из украинских клиник: больше половины штаммов клебсиеллы и ацинетобактера не реагируют ни на один штатный препарат. Даже новейший антибиотик цефидерокол, стоящий астрономических денег, оказался бесполезен почти в половине проверенных случаев.Исследователи в журнале Genome Medicine доказали, что смертоносные штаммы не были завезены извне: это взрывное размножение застарелой внутрибольничной микрофлоры, дремавшей в перегруженных областных больницах. Из-за отсутствия нормальной стерилизации инструментов при перебоях со светом и водой эти бактерии расселились по гражданским хирургическим отделениям. Обычная послеоперационная рана или простая зимняя пневмония пусть и с небольшим, но все же риском могут обернуться сепсисом и ампутацией, потому что лечить воспаление просто нечем.Эта проблема уже давно вышла за пределы Украины. Санитарные ведомства Европы сообщают о прибывающих на лечение в клиники Берлина, Варшавы и Цюриха. В профильных бюллетенях Европейского центра ECDC выпущены строжайшие директивы: любого пациента, лежавшего в украинском стационаре в течение последнего года, принудительно изолируют в бокс одиночного содержания.Охота на врачейОднако на современной Украине самый большой дефицит в здравоохранении представляют не антибиотики и даже не электроэнергия — а сами компетентные врачи. Мужской состав гражданских больниц попал под каток мобилизационного плана. Пока правительственные чиновники рассказывают о гарантии брони для персонала критической инфраструктуры, людоловы из ТЦК без оглядки "винтят" всех, у кого с собой не оказалось нужной бумажки.Кульминация этого административного безумия прогремела на всю страну в 2024 году в Одессе. Бригада скорой помощи прибыла по экстренному вызову в военкомат к задержанному гражданину с гипертоническим кризом. Вместо передачи больного военкомы заперли врачей и водителя внутри казармы, отобрали документы и заявили, что бригада в полном составе отправляется на прохождение комиссии с последующей отправкой в окопы. Фельдшеры успели отправить сигнал тревоги, и через полчаса к воротам призывного пункта слетелись десятки карет скорой помощи с включенными мигалками, а видео массовой рукопашной схватки между медиками в синей форме и военными в камуфляже облетело все мировые агентства.Министерствам пришлось спешно тушить скандал и выпускать экстренные разъяснения о стопроцентной брони для экстренной медицины, но юридические лазейки никуда не делись: интернов, узких специалистов районных поликлиник и вспомогательный инженерный персонал ТЦК продолжают выгребать на улицах. В районных центрах уже некому дежурить у операционных столов, а оставшиеся женщины-хирурги тянут по две смены подряд, засыпая прямо в ординаторских.Иллюзия стабильности украинской медицины держится исключительно на упорстве рядовых врачей и непрерывных финансовых инъекциях западных союзников. Но никакие гранты не способны заменить разрушенную городскую инфраструктуру, вернуть тысячи сбежавших за границу или загнанных в окопы специалистов, отменить морозы по минус 15 градусов и замерзшие трубы.Но киевский режим предпочитает напевать "Все хорошо, прекрасная маркиза". А за паралич энергосистемы и бюджетные махинации центральной власти расплачиваться придется простым украинцам — собственным здоровьем, ампутированными конечностями, дизентерией от грязной воды и страхом, что эта зима может стать последней, ведь лечить их некому, нечем и негде.
https://ukraina.ru/20260922/dyra-v-byudzhete-chernaya-zima-i-demograficheskaya-yama-ukrainu-zhdet-krakh-ekonomiki-1083355712.html
https://ukraina.ru/20260922/bunt-vo-spasenie-vyvedut-li-lyudolovy-lyudey-na-novyy-maydan-1083355036.html
украина
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Никита Волкович
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/05/04/1078579550_361:22:853:514_100x100_80_0_0_16b0cf590fa3715aa8a6687dc8864cfb.jpg
эксклюзив, украина, воз, медицина
Мутанты и зараза из крана: эта зима на Украине для многих станет последней
Украинские чиновники открыто готовят граждан к самой тяжелой зиме за всю историю. Правительство в Киеве спешно перекраивает бюджетные сметы и вытряхивает последние резервы из региональных касс, а гражданские службы уходят на голодный паек
И возникает вопрос: а кто будет лечить украинцев? И главное — на какие деньги? "Европейские реформы" системы здравоохранения не прижились, а в условиях энергетического кризиса украинцы могут столкнуться с врагом пострашнее холода: эпидемиями и отсутствием тех, кто может их вылечить.
В украинском бюджете на 2026 год медицине с барского плеча выписали аж 258,5 млрд гривен. Вроде бы рекорд, если бы не рекордная инфляция, сжирающая реальную покупательную способность этих денег. Более того — пообещали-то не свои деньги: каждая гривна на здравоохранение на 100% зависит от западных подачек, кредитов МВФ и траншей европейского фонда Ukraine Facility. Малейший перебой — а они с финансовой помощью Запада Украине случаются все чаще и чаще — и больницам будет попросту не на что работать.
Особенно ярко кризис проявляется на региональных больницах — после того, как у тех забрали приток средств от перераспределения военного НДФЛ. Раньше полк, стоящий рядом с райцентром, кормил местную казну: городские власти на эти деньги латали крыши, платили за уголь и рассчитывались за свет.
В Ассоциации городов Украины заявили, что у муниципалитетов отобрали свыше ста млрд гривен в год — огромных денег, которые не дойдут до региональных счетов, а значит, и до больниц.
Механизм финансирования добивает выживших через Национальную службу здоровья Украины. По закону государство оплачивает только конкретную услугу за пролеченного пациента, а трубы, батареи и воду должны закрывать местные власти. Когда людей в городах выкосило мобилизацией и бегством через границу, гражданские больничные койки опустели, а поток денег сильно истончился.
Энергетический кризис в стране прямо влияет на состояние системы здравоохранения. Недостача в семь гигаватт генерации гарантирует отключения электричества по 12–18 часов в сутки для каждого жилого квартала и заводского района в отопительный период. Больницы как объекты критической инфраструктуры питаются по отдельным выделенным линиям генерации, но если бездействует сам источник энергии, то не спасут никакие приоритетные линии.
Конечно, украинские власти заявляют, что проблема хотя бы частично решается генераторами, однако это лишь фикция: солярка способна дать свет для лампочки над операционным столом, запустить аппарат ИВЛ, но точно не целыми днями напролет прогревать пятиэтажный бетонный корпус на пятьсот коек или поддерживать правильный температурный режим в камерах хранения лекарств — банально в стране нет такого количества топлива.
Больницы завязаны на городские ТЭЦ и магистральные трубы с горячей водой, а местные генераторы или котельные рассчитаны в лучшем случае на "поддержание штанов", но точно не на постоянную работу. Если центральные теплосети "лягут", тяжелых больных придется эвакуировать в переполненные западные области, и не факт, что все из них эту дорогу переживут.
А пока внимание обывателя приковано к сводкам с фронта , настоящая смертельная опасность поджидает его прямо под ногами. В момент резкого падения гидравлического давления в пустой водопроводной трубе возникает эффект вакуумного всасывания, и наружные грунтовые воды вместе с патогенами затягивает внутрь питьевой системы.
Звучит как сюжет из фильма ужасов, но прецеденты уже были: такой гидродинамический удар уже приводил к вспышке вирусного гепатита А в Винницкой области. Тогда больницы столкнулись с сотнями пациентов с желтухой после банального веерного отключения фильтровальных узлов. Хотя официальные власти все списали на "грязные руки" и "коммерческие акваматы", даже с этими оговорками угрозу зараженной воды переоценить невозможно.
Добавьте сюда и признанные самими властями проблемы с базовой вакцинацией: охват детей прививками от кори, дифтерии и полиомиелита в прифронтовых полосах упал ниже допускаемых ВОЗ стандартов. Если городские насосы встанут посреди морозного января, сотни тысяч людей побегут с баклажками к неконтролируемым уличным родникам, и дизентерия со вспышками сальмонеллеза накроет многоэтажки за считаные дни.
Запасы вакцин, как мы уже упомянули выше, в режиме блэкаутов хранить чертовски сложно. Импортные препараты требуют жесткого температурного режима. Поставляемые по линии помощи ООН и ВОЗ медицинские холодильники выдерживают без питания до 48 часов, но не когда света нет по 16 подряд на протяжении месяцев — система рано или поздно просто перестанет справляться с нагрузкой. В неотапливаемых амбулаториях глубинки ампулы с вакцинами от коклюша и столбняка просто перемерзнут.
А в условиях, когда тысячи людей подвержены инфекциям, инфекции имеют свойство неконтролируемо мутировать. И особенно это касается фронта.
Еще в прошлом году авторитетнейшее медицинское издание The Lancet Regional Health Europe опубликовало разгромное исследование раневых инфекций из украинских клиник: больше половины штаммов клебсиеллы и ацинетобактера не реагируют ни на один штатный препарат. Даже новейший антибиотик цефидерокол, стоящий астрономических денег, оказался бесполезен почти в половине проверенных случаев.
Исследователи в журнале Genome Medicine доказали, что смертоносные штаммы не были завезены извне: это взрывное размножение застарелой внутрибольничной микрофлоры, дремавшей в перегруженных областных больницах. Из-за отсутствия нормальной стерилизации инструментов при перебоях со светом и водой эти бактерии расселились по гражданским хирургическим отделениям. Обычная послеоперационная рана или простая зимняя пневмония пусть и с небольшим, но все же риском могут обернуться сепсисом и ампутацией, потому что лечить воспаление просто нечем.
Эта проблема уже давно вышла за пределы Украины. Санитарные ведомства Европы сообщают о прибывающих на лечение в клиники Берлина, Варшавы и Цюриха. В профильных бюллетенях Европейского центра ECDC выпущены строжайшие директивы: любого пациента, лежавшего в украинском стационаре в течение последнего года, принудительно изолируют в бокс одиночного содержания.
Однако на современной Украине самый большой дефицит в здравоохранении представляют не антибиотики и даже не электроэнергия — а сами компетентные врачи. Мужской состав гражданских больниц попал под каток мобилизационного плана. Пока правительственные чиновники рассказывают о гарантии брони для персонала критической инфраструктуры, людоловы из ТЦК без оглядки "винтят" всех, у кого с собой не оказалось нужной бумажки.
Кульминация этого административного безумия прогремела на всю страну в 2024 году в Одессе. Бригада скорой помощи прибыла по экстренному вызову в военкомат к задержанному гражданину с гипертоническим кризом. Вместо передачи больного военкомы заперли врачей и водителя внутри казармы, отобрали документы и заявили, что бригада в полном составе отправляется на прохождение комиссии с последующей отправкой в окопы.
Фельдшеры успели отправить сигнал тревоги, и через полчаса к воротам призывного пункта слетелись десятки карет скорой помощи с включенными мигалками, а видео массовой рукопашной схватки между медиками в синей форме и военными в камуфляже облетело все мировые агентства.
Министерствам пришлось спешно тушить скандал и выпускать экстренные разъяснения о стопроцентной брони для экстренной медицины, но юридические лазейки никуда не делись: интернов, узких специалистов районных поликлиник и вспомогательный инженерный персонал ТЦК продолжают выгребать на улицах. В районных центрах уже некому дежурить у операционных столов, а оставшиеся женщины-хирурги тянут по две смены подряд, засыпая прямо в ординаторских.
Иллюзия стабильности украинской медицины держится исключительно на упорстве рядовых врачей и непрерывных финансовых инъекциях западных союзников. Но никакие гранты не способны заменить разрушенную городскую инфраструктуру, вернуть тысячи сбежавших за границу или загнанных в окопы специалистов, отменить морозы по минус 15 градусов и замерзшие трубы.
Но киевский режим предпочитает напевать "Все хорошо, прекрасная маркиза". А за паралич энергосистемы и бюджетные махинации центральной власти расплачиваться придется простым украинцам — собственным здоровьем, ампутированными конечностями, дизентерией от грязной воды и страхом, что эта зима может стать последней, ведь лечить их некому, нечем и негде.
