Начнём с того, для ДНР это, в определённом смысле, возвращение к истокам — ведь первым премьер-министром ДНР был московский политтехнолог Александр Бородай. Правда, он имел определённый опыт работы на Украине, в частности — сотрудничал с Партией регионов и занимался усилением позиций «донецких» в борьбе с «днепропетровскими». В ЛНР же премьером был другой политтехнолог — уроженец Ижевска Марат Баширов.

Судьбоносное сражение, признаки снарядного голода, кадровые перестановки в ДНР. Хроника событий на Украине на утро 9 июня
Судьбоносное сражение, признаки снарядного голода, кадровые перестановки в ДНР. Хроника событий на Украине на утро 9 июня
© РИА Новости, Нина Зотина / Перейти в фотобанк

Если говорить о сути вопроса, то на него есть два взаимозаменяющих ответа:

— Да. Не могут.

— Нет. Не могут.

Российская система выглядит несколько заторможенной в смысле скорости реакции (как и полагается любой бюрократической системе), но в смысле глубины соображает она очень даже неплохо. Опыт 2014 года (причём не только Донбасса, но и Крыма) был «мене, текел, фарес»: исчислен, взвешен и признан лёгким, разделён.

Выводы были сделаны следующие:

Во-первых, власти ДНР и ЛНР в предшествующие годы (главным образом — в 2014-2016) решали специфические вопросы, для которых нужны были управленцы специфического профиля.

Лидеры «Русской весны» и полевые командиры ополчения могли быть символами и даже могли быть управленцами. Однако, результатом их управления могло было быть только Гуляйполе. Это естественный плод самоорганизации на Южной Руси, но состояние слегка неестественное для Российской империи.

Потому отказ от их услуг в качестве управленцев можно смело уподобить разгону Запорожской Сечи Екатериной Великой.

Во-вторых, никто кроме них к власти в республиках прийти не сможет — ни номенклатурным, ни демократическим путём. У них слишком большие заслуги, которые перевесить в рамках самих республик практически нечем.

Не чистку же а-ля 1937 проводить? Значит надо сразу рассматривать ситуацию в республиках в более широком контексте, не останавливаясь перед формальным нарушением суверенитета.  

В-третьих, то, что Россия в принципе оставляла при власти лидеров «Русской весны» и полевых командиров ополчения, да ещё весь регион в кормление Курченко дала (кстати, тоже сигнал — насколько эти люди далеки от экономики) — следствие безальтернативных Минских соглашений. Раз собираются вернуть Украине — не жалко. Пусть она с наследием 2014 года мучается. Сама виновата.

Да, это цинично. Да, это противоречит лозунгу «русские своих не бросают». Да — и т.п.

Ребята, это realpolitik. Ничего личного.

В-четвёртых, другим вариантом учёта «Русской весны» стала политика России в Крыму, которая тоже была признана неудачной.

Судя по всему, условием интеграции была несменяемость местных властей, которые привели Крым в родную гавань, но — с дообучением под имперский стандарт на месте и нещадной борьбой с коррупцией.

Глядя на кадровую чехарду в Крыму на муниципальном уровне трудно избавиться от ощущения, что украинские чиновники непереучиваемы в принципе. Их чистят, их сажают, а они всё равно как грибы растут. Уровнем управления в Крыму недовольны и Москва, и крымчане.

Ирина Белозерова: Крымчане не оглядываются назад
Ирина Белозерова: Крымчане не оглядываются назад

В общем, если хотим быстрой интеграции — надо ставить людей с опытом, образованием и которые вписаны в существующую административную систему. А местным — учиться управлению государством у профессионалов.

Кстати, думается, что временным администрациям в Херсонской, Запорожской и Харьковской (уже есть ВГА — в Купянске) дадут возможность войти в историю, проведя, тем или иным образом, решения о воссоединении регионов с Россией. Но потом от денежных потоков их постепенно оттеснят, оставив почётные должности — продемонстрированное мужество должно быть вознаграждено.

В-пятых, в России заработала система подготовки чиновников среднего и высшего уровня. Подготовленные кадры, которых не было в 2014 году, сейчас есть.

Премьер-министр ДНР Виталий Хоценко — не только директор департамента Минпромторга РФ, но и выпускник «школы губернаторов» и финалист «лидеров России». Ему всего 36 лет. Кстати, начали не с правительства — на муниципальном уровне уже работают российские чиновники.

Таких молодых, но профессиональных кадров в России много и для них освобождённые территории — уникальная возможность для получения опыта и карьерного роста. Как сказал один из моих московских собеседников — через пятнадцать лет трудно будет найти губернатора или федерального министра без записи о работе в условном Северодонецке.

Бывший вице-губернатор Курганской области стал первым вице-премьером ЛНР
Бывший вице-губернатор Курганской области стал первым вице-премьером ЛНР
© oblast45.ru

Конечно, надо было бы провести переучивание и организовать практику в российских регионах для выходцев из ДНР, ЛНР и РК. И не сейчас, а много лет назад. Но сделали как сделали. Донецким, конечно, обидно. Ничего — на обиженных воду возят. И, главное, вы помните из каких регионов были руководители СССР после Ленина? И вы таки правда думаете, что это было случайно?