Свинья — самое близкое к человеку по внутренней физиологии существо. Может быть донором даже желудка, что не раз подтверждала влиятельнейшая организация FDA. Но вот с сердцем не сложилось. Пишут, что пациент вдруг затосковал и ушел из жизни без видимых физиологических проблем. А я думаю, что не там лепилы искали: проблемы, скорее всего, возникли психологические.

Дело в том, что у каждого народа есть свое строго обозначенное тотемное животное. Орёл у США, медведь у русских, дракон у китайцев, корова у индийцев, ванский кот у турков, грифон у англичан… Там, например, где родился и вырос я, таким священным животным считался «борз» — волк. И детей с младенчества учили воспитывать соответствующий характер.

Дмитрий Выдрин: кто он
Дмитрий Выдрин: кто он
© РИА Новости, Владимир Трефилов / Перейти в фотобанк

Был у меня замечательный друг — писатель Чингиз Айтматов. Я когда-то спросил у него, почему все его главные герои животные, а не люди: волчица Акбара, верблюд Коронар… Он пояснил, что звери — более цельные и непротиворечивые существа, чем непостоянные и вечно изменяющие своей природе человеки. Поэтому научиться у первых можно большему, чем у вторых.

Так вот, наверное, человеческая природа упомянутого пациента оказалась не совместима со свинской сущностью. Видимо, он не был из тотема хряков.

Поэтому меня пугает по аналогии более масштабный, уже не физиологический, а геополитический эксперимент: явственная попытка переселить американскому орлану украинское свиное сердце.

Нет, я не критикую замечательных и хлебосольных украинцев. Просто так исторически сложилось, что свинья оказалась их культовым тотемным существом еще со времён казачества. Просто именно производство свинины было приоритетным еще в советские времена — треть всего союзного объема. За это стоял сам Майдан: там не новую элиту готовили, а разводили в палатках элитных поросят…

Сало, шкварки, колбасы — сильное искушение для простой и плотоядной души.

Помню еще блестящий видеосюжет одесских «Маски-шоу» о первом местном олигархе начала девяностых. Добротный дом посреди села, шезлонг, громадная уличная лужа, и в ней вместе со своими длинноногими «телками» и натуральными свиньями, плещется «хозяин жизни»… Это не стёб, а просто констатация близости сфер обитания.

Еще припоминаю прекрасный ресторан с национальной кухней, который открыл мой тамошний приятель — руководитель автопрома страны. Под высоченными сводами заведения парил громадный гуттаперчевый хряк с малюсенькими крылышками. Вечная украинская трагедия — несоответствие массы тела с площадью крыла. Кстати, этот мой приятель так и не смог «поставить на крыло» автопром. Рухнул вместе с ним в мертвое пике. Но это отдельная история.

Сейчас я о том, что тотем свиньи очень близок украинской элите. Близок и понятен. Внушает благоговение. Это многое объясняет: в частности, ее ненасытность в плане зарубежной «подпитки». Свинья ведь не знает чувства сытости. Все лишнее уходит в сало, то есть про запас.

Заборы бросают вызов. От США до Китая через Украину
Заборы бросают вызов. От США до Китая через Украину
© РИА Новости, Алексей Вовк / Перейти в фотобанк

Есть и другие многие свинские качества, которым ее фетишистам не стыдно поучиться. У свиньи нет и чувства благодарности. А за что? Если тебя готовят только на убой. Свинья поразительна жестока. Так и мир жесток. Свинья показательно националистична — в свой свинарник не пускает чужих уборщиков. А нечего чужим там шляться. Не благородное животное? Но живем-то не в доме благородных девиц. Скверно пахнет? Ну, это такое…

Она даже по своему эстетична. Был у меня мимолетный роман с очаровательной свинаркой по фамилии Вона, которая утверждала, что её питомцы лучше набирали вес, когда она приходила к ним в гламуре. Я об этом даже аксиологический трактат написал «Вона: свиньи обожают Луи Виттон»…

В общем, всё это особенности породы за которые украинский истеблишмент боготворит это парнокопытное, встраиваясь, тем самым, в ее код и генезис. И главное в этом коде — беспощадная свинская страсть к доминированию. Не зря ведь в скотном дворе у Оруэлла власть резко захватывают именно свиньи. Видимо, абсолютная власть и беспредельное свинство неразделимы…

Понимание этой тотемной близости проясняет и некоторые дипломатические казусы. Когда украинский посол называет немецкого канцлера «ливерной колбасой», он его вовсе не оскорбляет. Он же его не салями обозвал. А ливерная делается из вареного свиного сердца. То есть посол канцлера фактически назвал «братское сердце». Тем более, согласно части архаичных культов знаково съесть живое сердце врага. Но по другим культам, еще важнее закусить вареным сердцем друга…

Сейчас посол уже называет немецких политиков «грушами». А что? Имеет право. Наверняка разбирается в этих фруктах, как в апельсинах.

Говорят, сегодня США спасают Украину, фактически дарят ей по ленд-лизу свое старое оружие почти на сорок «ярдов». Да, это много. Больше всего довоенного бюджета Украины и почти десятая часть помощи Афганистану. Но это еще не делает американцев спасателями незалежной.

Полагаю, все обстоит строго наоборот. Это Украина пытается спасти Штаты, даря им свое молодое бесценное сердце. Типа, для «коррекции кармы». Беда только в том, что орлану свиное сердце не подходит. Европе да, подошло. Ну, нет у них своего тотема. Кроме разве что Венгрии с их культовым серым буйволом, что уже привело к уникальной позиции. Это отдельная история — маленькая пока страна, но с огромным бычьим сердцем. А американцам вот, нет, не подходит.

И бедолага Дэвид тому живое свидетельство. Или мёртвое?

Быть как Зеленский. Украинский синдром Эммануэля Макрона
Быть как Зеленский. Украинский синдром Эммануэля Макрона

Когда в Грузии была литература, там вышел замечательный роман про академика, которому больное изношенное, но родное сердце заменили молодым и здоровым. Только вот погибший в катастрофе донор оказался с криминальным душком. И уважаемый ученый вдруг неожиданно для себя начал «химичить». Современный такой вариант «собачьего сердца». Но свиной «мотор» по своей энтропии еще круче. Он на такое свинство подвигнет, что сам Шариков покажется академиком. Правда, душить в геополитике медведей — это вам не котов в очистке давить.

Тем не менее, интрига налицо — приживётся ли свиное сердце у орлана? Я не исключаю и такого варианта. Тогда мы увидим возвращение легендарных ковбойских времен. Тех, когда упомянутая среда обитания свиней и фермеров были максимально близки. Помните диалог того времени: «Сынок, папа дома? Нет, в хлеве. Вы узнаете его — он в шляпе.»

Сейчас можно будет узнать по айфону. Хотя…

Да, уровень жизни рядовых американцев из-за бессердечного расточительства их власти уже свински понизился. Но не это все же главное. Как жить с чужим сердцем, в которое рано или поздно начнет стучаться, как у Клааса, пепел Одессы? Как не засАлить некогда трепетную американскую мечту? Как не променять свободу человеческого слова на утробное хрюканье?

«Только каменное сердце не болит». Ну, как у статуи Свободы.