«Если проект "Северного потока-2" все-таки реализуется, должны быть юридические гарантии, — панически предупреждает постпред Украины. — Не наподобие Будапештского меморандума, а конкретные межгосударственные соглашения. И не двухсторонние, а трехсторонние — между Германией, Украиной и Россией».

При этом Кулеба отмечает, что поставки газа из России в Германию по «Северному потоку-2» обернутся «колоссальными убытками» именно для украинской стороны. Кроме того, что особенно важно в этом контексте, Киев потеряет политический рычаг. 

Штайнмайер призвал Украину перестать винить в «Северном потоке - 2» Германию
Штайнмайер призвал Украину перестать винить в «Северном потоке - 2» Германию
© РИА Новости, Михаил Маркив | Перейти в фотобанк

«То есть будет два крана — один в Москве, а второй будет в Берлине. Всё. — поясняет Кулеба. — Через германскую экономику, которая сама растет и потребляет газ, она будет влиять и на Восточную Европу».
Вот, оказывается, где собака зарыта — теперь не только Россия получает политический рычаг влияния на Европу через поставки газа, но и Германия. А вот Украина в этом процессе может, наоборот, оказаться на обочине.
О таком вот, апокалиптическом для Украины сценарии, Кулеба поведал РБК Украине. Но не только в Украине дело. Потому что США хотят монополизировать рынок газа в Европе, объем которого на ближайшие годы оценивается экспертами в 300-500 млрд долларов.

И вот, чтобы получить эти деньги, Соединенные Штаты и затеяли всю эту историю в Украине — с государственным переворотом, гражданской войной на Востоке страны и прочими «художествами» в виде поставок «Джавелинов» и кредитов МВФ. Теперь, когда Украина полностью оказалась в зависимости от США и их сателлитов в Европе, США через своего клиента и пытаются остановить «Северный поток-2». И здесь Украина с ее газо-транспортными «хотелками» не цель, а средство.

«Дети Гены Козодоева»

Истерические вспышки представителей украинской власти по поводу строительства «Северного потока-2», в последнее время периодически возникающие в публичном пространстве, очень напоминают эпизод из бессмертной комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука», когда юный контрабандист Гена Козодоев бьется в истерике: «Шеф, все пропало — гипс снимают, клиент уезжает», после чего контрабандисты принимают решение привести в действие радикальные средства: снять гипс с Семена Семеновича Горбункова силой.

Примерно в том же духе выдержаны и заявления украинской власти, вдруг обнаружившей, что Европа предполагает в ближайшей перспективе получать российский газ не через Украину, как раньше, а по газопроводу, проложенному по дну Балтийского моря.

В последнее время ежегодно за прокачку газа по газотранспортной системе Украины страна получала 2-3 млрд долларов. Это примерно столько же, сколько кредитовал ежегодно Украину Международный валютный фонд (МВФ). Только МВФ давал деньги, которые со временем придется возвращать и при том давал на определенных условиях: при повышении тарифов, проведении экономических, административных и политических реформ. А за прокачку российского газа Украина получала деньги без условий и безвозвратно, то есть на куда более выгодных условиях и навсегда.

Сергей Караганов: Украина – единственное недееспособное государство бывшего СССР
Сергей Караганов: Украина – единственное недееспособное государство бывшего СССР
© из личного архива Сергея Караганова

И вот теперь, когда реальную конфигурацию обретает альтернативный проект поставки газа в Европу — «Северный поток-2», эти деньги исчезают или, во всяком случае, в 6-10 раз снижаются (в зависимости от того, какое количество газа будет все же прокачиваться через ГТС Украины).

Не цель, а средство: почему Украина хочет сохранить свое право жить за счет России

Но главное, потери измеряются все-таки не в деньгах, а в политическом рычаге, который при этом теряет Украина. При 100 млрд долларов ВВП (внутреннего валового продукта), 3 млрд — сумма все-таки не столь большая, чтобы из-за ее потери паниковать. Здесь важнее другое. Перестав быть одним из главных транзитеров российского газа в Европу (а это — 34 процента европейского потребления «голубого» топлива), Украина перестает быть интересной Евросоюзу и вообще мировым державам — она становится заурядным периферийным государством Восточной Европы со всеми вытекающими отсюда последствиями — нищетой населения и компрадорской буржуазией.
Поэтому потери этого политического рычага, позволяющего украинской власти участвовать в высоких международных переговорах, наиболее болезненно для Украины. Вернее, ее власти. И поэтому Украина пытается всеми силами сохранить себя в этом газотранспортном раскладе.

Но и тут есть нюансы. И дело опять же не только в политике, а в том, что прокачка газа через ГТС Украины является наиболее дорогой в Европе, поскольку оборудование, которое использует для этого Украина — устаревшее, еще советских времен. А поставить новое, более современное и технологически более совершенное власть так и не удосужилась.

В свое время еще президент Украины Леонид Кучма пытался провести модернизацию ГТС, для чего хотел создать совместно с РФ концерн по управлению ГТС. Такой договор был в свое время даже подписан между нашими странами, но так и не был ратифицирован украинским парламентом. И вот теперь «болезни советской экономики» догнали Украину…

Другая сторона дела, что сама украинская власть, начиная с 2005-2006 гг., то есть со времен президента Виктора Ющенко предполагала «вертеть» на газовой трубе Россию — то есть использовать ГТС в качестве дополнительного, а иногда и главного аргумента во взаимоотношениях с РФ. А Порошенко пошел еще дальше, и вообще «газовую политику» возвел в политический абсолют взаимоотношений Украины с Европой.
И вот теперь, когда Россия (имеется в виду «Газпром») во многом вынужденно из-за политических рисков и экономической целесообразности решила вместе с партнерами из Германии реализовать проект «Северного потока-2», на Украине спохватились и завопили в духе Гены Козодоева из «Бриллиантовой руки»: «Шеф, все пропало, гипс снимают, клиент уезжает»…

Политические амбиции против экономики

Что хочет Украина? Во-первых, сохранить транзит. Но тут загвоздка. Для того, чтобы прокачка газа через ГТС была целесообразной (по цене для европейских партнеров и для самой ГТС), надо, чтобы через нее в Европу проходило не менее 40 млрд кубометров газа. Но эти 40 млрд как раз то количество газа, которое, если они будут проходить через ГТС Украины, делают почти бессмысленным «Северный поток-2» с его 55 миллиардами газа в год. То есть, чтобы удовлетворить в общем-то ничем не обоснованные амбиции Украины, Россия и Германия зачем-то (непонятно зачем?) должны идти на экономические жертвы и отказаться от более дешевого и политически менее мотивированного проекта.

Большая энергетическая война: Что общего у протестов в Ереване и киевского Майдана
Большая энергетическая война: Что общего у протестов в Ереване и киевского Майдана
© Sputnik | Перейти в фотобанк

Во-вторых, Украина хочет, чтобы Европа продолжала заботиться об Украине и в случае реализации «Северного потока-2», чтобы у Украины каким-то образом при этом сохранялось бы нынешнее эксклюзивное политико-экономическое положение. Вот и действует украинская власть, как капризное дитя, у которого «плохие дяди и тети» забрали любимую игрушку.

После майской встречи канцлера Германии Ангелы Меркель и украинского президента Петра Порошенко в Ахене, канцлер заявила, что нельзя исключать из поставок газа в Европу Украину. Но всем понятно, что это — политический реверанс в сторону Украины со стороны Германии — и не более того. И что поставки, если они и будут сохранены, будут осуществляться совсем не в тех объемах, о которых мечтают в «Нафтогазе». То есть, если эти поставки в сверх малых количествах и будут, то в виде благотворительной акции со стороны Германии и России. И еще понятно, что со временем даже и это количество может иссякнуть. Поэтому украинская власть хочет закрепить свое иждивенчество документально — в договоре между собой и Германией с Россией.

Не цель, а средство: почему Украина хочет сохранить свое право жить за счет России

И тут надо прямо сказать, что все эти детские игры в реальной экономике не имели бы никакого существенного значения, кабы не шеф Украины, к которому по сути истерически вопиет украинская власть.
Тут ведь все дело в том, кто шеф и в чем его интерес.

Шеф остается пока за кадром

На самом деле, конечно, вовсе не интересы Украины (экономические и политические) волнуют ее партнеров в Европе, например, Германию, которой ближе в этом плане Россия. Просто Германия, Италия, Франция, да и вообще весь Евросоюз вынуждены учитывать в своей внешней и внутренней политике интересы своего «старшего партнера» — США, которые одновременно являются в этой истории и «шефом» Украины..

Как мы уже неоднократно писали, у США здесь вполне прагматический интерес. Еще в 2010 —2013 годах США успешно освоили добычу сланцевого газа, который могут теперь в значительных объемах экспортировать в Европу. А в Европе потребность газа в ближайшие десятилетия эксперты оценивают в 300-500 млрд долларов. Но проблема для США в том, что поставки газа в Европу требуют проведения модернизации и технического перевооружения — нужны заводы по сжижению газа, нужны специально построенные для этих целей танкеры, да и сама добыча сланцевого газа дороже природного. Вот и получается, что природный газ из РФ для Европы почти на треть (а в некоторых случаях и вполовину) дешевле американского.

Газовая война в Европе: от Майдана до Солсбери
Газовая война в Европе: от Майдана до Солсбери
© пресс-служба президента Украины

Отсюда вывод: чтобы газ из США стал выгодным для Европы, надо сделать так, чтобы он был невыгодным (тут не только дело в цене) из РФ. А невыгодность в данном конкретном случае — в том, что газ идет в Европу через нестабильную Украину, к тому же, как уже неоднократно было, газ могут и вообще не поставлять, если начинаются между РФ и Украиной газовые войны.
Поэтому, чем нестабильнее Украина, тем больше шансов у США навязать свой газ Европе. Отсюда — госпереревороты, гражданская война на Востоке, «Джавелины» и прочая военно-политическая нестабильность, откровенно поддерживаемая США.

И вот теперь США и Украина выступают союзниками в борьбе с "Северным потоком-2", а вместе с ними и страны Прибалтики и Польша, у которых в этом деле свои интересы. Прибалтийские республики — сателлиты США, а Польша так же теряет доходы в случае запуска "Северного потока-2", хотя и не столь существенно, как Украина.

Иными словами, помимо Украины, у нового проекта есть еще один, но весьма могущественный противник — США. И вот к кому обращается украинская власть в надежде, что своим авторитетом США обеспечат договорные обязательства Германии и России по прокачке определенного объема газа через ГТС Украины.


Вот такие извивы политической экономики стоят за истерическими заявлениями представителей украинской власти. Да и вообще за всей постмайданной политикой украинской власти.