В 2020 году на Украине стартовал президентский проект «Большое строительство». На строительство дорог «Укравтодор» получил из бюджета рекордные в истории Украины деньги. Даже при сокращении расходов для создания коронавирусного фонда из «Большого строительства» денег не забирали. Более того, летом было решено направить на ремонт и строительство дорог дополнительные средства — более половины денег из фонда противодействия коронавирусу. И только ухудшение эпидемиологической ситуации эти аппетиты несколько поумерило.

Какой экономический эффект получила Украина по результатам «Большого строительства» в 2020 году, насколько строительство дорожной инфраструктуры является первоочередной задачей, рассказал в интервью изданию Украина.ру экономический эксперт Института Growford Виктор Скаршевский.

Виктор Скаршевский. Кто он
Виктор Скаршевский. Кто он
© Facebook, Виктор Скаршевский | Перейти в фотобанк

- Виктор, было официально заявлено, что в 2020 году экономика Украины упала «только» на 5%, «благодаря дорожным работам». Действительно ли «Большое строительство» имеет столь мощный экономический эффект для страны?

— Конечно, какой-то мультипликационный эффект от того, что расходование этих средств идет на смежные отрасли, есть. Но здесь есть два момента. Если кто-то утверждает, что БС существенно помогло избежать спада в экономике Украины в 2020 году, то это, мягко говоря, не может соответствовать действительности. Потому что дорожная отрасль со всеми смежными (теми, кто поставляет им товары и услуги) занимает всего 0,5% ВВП. Но это не означает, что это дало полпроцента роста. Если там и был положительный эффект, то это какие-то сотые доли процента прироста ВВП, в лучшем случае — одна десятая процента.

Виктор Скаршевский: При нынешней экономической политике Украина обречена на бедность
Виктор Скаршевский: При нынешней экономической политике Украина обречена на бедность
© Facebook, Виктор Скаршевский

Второй момент — очень много импортных составляющих в дорожном строительстве. Это импорт того же битума, иностранные подрядчики, иностранная техника. Поэтому мультипликационный эффект очень сильно нивелируется из-за того, что в строительстве дорог в недостаточной степени используются украинские рабочая сила и материалы.
Еще очень важный момент — качество этих дорог. Ведь можно очень много построить, а потом через год начать на том же месте строить опять. Потом нужно будет посмотреть аудит всех этих расходов, чтобы все было точно, правильно и по процедурам — для этого нужно больше информации для анализа. Но самое главное — эффективность этих расходов. Это более важная вещь, чем просто говорить, что мы все больше и больше денег тратим на дороги.

Плюс еще важно понимать, что существенная часть расходов идет за кредитные средства. Расходы на обслуживание кредитов, взятых под строительство дорог, увеличиваются в 2021 году почти в три раза: с 5,4 млрд грн в 2020 году до 14,8 млрд грн в текущем году. И это только обслуживание долга. Таким образом, увеличивается долговая нагрузка на бюджет, и это ложится на украинских граждан, налоги которых и формируют этот бюджет.

Строительство дорог дает очень низкий мультипликационный эффект, это в XIX-XX веках могли что-то дать. Ощутимый эффект дает производство продукции с высокой добавленной стоимостью. Там в самом деле мультипликаторы могут быть один к пяти, один к семи или даже один к десяти что по занятости, что по привлечению средств. Но это не просто проложить дорожное полотно, нужны еще инженерные коммуникации, а это сложнее. И самое основное — должны быть рынки сбыта, но это еще более сложно. Поэтому проще всего, конечно же, заняться дорогами.

«Большое строительство» – 2021. Гордость Зеленского рискует утонуть в коррупции
«Большое строительство» – 2021. Гордость Зеленского рискует утонуть в коррупции
© president.gov.ua

«Большое строительство» служит предметом особой гордости для президента. По вашему мнению, есть ли для этого серьезные основания?

— То, что ремонтируются и строятся дороги, — позитивно для экономики, и в этом нет никаких сомнений. Это то же самое, что выплачиваются пенсии, платятся заработные платы, расходуются деньги на медицину. Но это не есть какой-то подвиг. Это просто то, чем должно заниматься правительство, для чего предназначены государственный и местный бюджеты. Но с «Большим строительством» делают ту работу, которую и должны делать, но пиарят ее как нечто необычное или как супердостижение.

К слову, идея не нова. Вспомните программу «Капитальный ремонт всей страны» от премьера Владимира Гройсмана. Она перешла к Зеленскому и плавно превратилась в «Большое строительство», просто поднялась на более высокий уровень по иерархии власти. Ничего нового здесь нет.
Новое лишь в том, что деньги были взяты из антикоронавирусного фонда — порядка 26 млрд гривен (хотели 35, но потом немножко «порезали»). Вместо этого было бы намного эффективнее во время пандемии направить эти деньги на программу воссоздания инфраструктуры по здравоохранению. Это дало бы намного больший мультипликационный эффект в долгосрочном плане, чем дороги. Потому что чем здоровее люди, тем лучше они работают, и чем лучше они работают, тем больше экономика производит и зарабатывает. А в нашем случае приоритеты были смещены.

- На недавно прошедшем Всеукраинском форуме, посвященном инфраструктуре, профильный министр анонсировал в рамках «Большого строительства» в этом году 40 новых проектов, которые будут способствовать экономическому развитию. Министр утверждает, что реализация этих проектов может привлечь в развитие регионов по 5 гривен на каждую вложенную гривну. Насколько эти планы реалистичны?

— Непонятно, что это за проекты. Пока нет конкретики, пока не предоставлено расчетов, это комментировать просто бессмысленно. Можно сказать, 100 проектов и 10 гривен на каждую гривну, но пока нет перечня объектов — нет сути. Сколько было проектов в прошлом году? Сколько в позапрошлом? Как они реализуются? Точно неизвестно. 40 — это много или мало? Без сопоставления сказать невозможно. Это больше похоже на красивую картинку: 40 — это тоже хорошо, привлечение один к пяти — это вообще замечательно! Но что и кто конкретно имеются в виду? Сказать по сути невозможно, поскольку сути нам не было предоставлено.

- Неоднократно высказывалось мнение, что «Большое строительство» — прекрасный инструмент для «распила» бюджета. Как вы думаете, подозрения обоснованны?

— Мафия в Италии появилась именно в строительной отрасли, на подрядах в строительстве. Потому что, действительно, здесь очень тяжело проконтролировать, сколько было использовано расходных материалов и прочее. Но это общемировая проблема, потому что такова специфика строительных работ. Является ли «распил» бюджета на «Большом строительстве» основной целью — это уже второстепенный вопрос. Тут самое основное — будет ли аудит и понесут ли ответственность и наказание те, кто не придерживался технологий. Но суммы большие, они каждый год растут, и вероятность того, что там есть злоупотребления, очень высокая, как показывают предыдущие года. А насколько крупные это злоупотребления, может показать только аудит, а наказать виновных может только лишь суд. Но, как показывает практика подобных дел на Украине, так далеко мы еще не заходили — чтобы были наказаны ответственные за некачественное строительство либо за злоупотребления при строительстве дорог, ремонте дорог и так далее.

Украинские пенсионеры. Между нищенством и самоубийством
Украинские пенсионеры. Между нищенством и самоубийством
© Украина.ру/Стрингер

- Как вы относитесь к заявлению замглавы Офиса президента Кирилла Тимошенко, курирующего «Большое строительство», что в этом году программа будет расширена, в частности на такие направления, как доступное ипотечное кредитование и финансовый лизинг, развитие региональных авиахабов, создание государственного авиаперевозчика, развитие сети пригородных экспрессов и скоростных поездов?

— Все эти вещи должны быть, они должны делаться. Говорить об этом — это все равно что заявлять: «В этом году правительство выплатит пенсии 11 миллионам пенсионерам», или «В этом году зарплату получат 16 миллионов занятых», или «По такому-то километражу будет прокачано такое-то количество газа». Хорошо, молодцы, пусть расширяют.
Но вы покажите программу экономического развития страны: на чем мы будем зарабатывать деньги? Это же все больше распределение денег. Да, улучшение инфраструктуры — это всегда хорошо, здесь нет вопросов. Но покажите: что у нас с промышленностью? Машиностроение в прошлом году сократилось на 20%, и в этом году ситуация не меняется, потому что нет ни новых заказов, ни модернизации, ни тем более строительства новых предприятий. Рынки сбыта теряются, они не расширяются по продукции с высокой добавленной стоимостью. Сейчас высокие цены на зерно-металл, а особенно на руду зашкаливают по определенным причинам. И это еще хоть как-то держит эти отрасли. А какие у нас приоритеты? В какие производственно-технологические цепочки мы будем встраиваться? Мы снова будем кабели крутить и показывать, что это в экспорте по статье «машиностроение»? Ответов на эти вопросы нет.

И за всеми разговорами про дороги теряется суть экономической политики и ядро экономики. Это производство, это промышленность, это экспорт, это импортозамещение. Это есть приоритет, а не расширение программы по дорожной инфраструктуре.