Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру.    

- Андрей, мы прочитали на вашем сайте, что обвиняемый в госизмене журналист Василий Муравицкий формально обрёл свободу, что сейчас в отношении него нет никаких мер пресечения. Рады этому, поскольку следим за процессом с самого начала и поддерживаем нашего коллегу-журналиста. Расскажите подробнее, как удалось добиться такого результата?

Журналисту Муравицкому отменили все меры пресечения и вернули загранпаспорт
Журналисту Муравицкому отменили все меры пресечения и вернули загранпаспорт
© РИА Новости, Стрингер / Перейти в фотобанк
- Впервые за эти три года Василий Александрович Муравицкий, признанный на международном уровне узником совести, не находится больше ни под какой санкцией, ни под какой мерой пресечения. Этому предшествовал долгий путь, в том числе мы искренне благодарны вашему изданию, которое одно из немногих сразу же подключилось к делу, поддерживая Василия Муравицкого, и оставалось с нами все эти годы, — надеюсь, что и по-прежнему остаётся.

Василий Муравицкий был задержан Службой безопасности Украины прямо в роддоме, после родов его жены, 1 августа 2017 года. В течение трёх дней Королёвским судом города Житомира ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Около года он провёл в следственном изоляторе. Затем содержание под стражей ему было изменено по ходатайству адвокатов на меру пресечения в виде круглосуточного домашнего ареста с электронным средством контроля — попросту говоря, с так называемым браслетом.

Затем примерно через два года круглосуточный домашний арест заменили на ночной домашний арест, а летом этого года его заменили на самую лёгкую меру пресечения — это личное обязательство, которое, помимо прочего, сопровождается сдачей паспортов для хранения уполномоченными органами. У нас это Государственная миграционная служба. Плюс был также ряд обязательств — не покидать место жительства без решения суда, являться по первому требованию и прочее, и прочее…

- Похоже, что эту меру пресечения только относительно других видов можно назвать лёгкой. На самом деле она тоже серьёзно ограничивает…

Адвокат Гожый объяснил бесперспективность «следственного рвения имени Зеленского»
Адвокат Гожый объяснил бесперспективность «следственного рвения имени Зеленского»
© Facebook, Андрей Гожый / Перейти в фотобанк
- Да, всё равно это мера пресечения, то есть человек не свободен. А 26 ноября состоялось очередное слушание по делу, в котором прокурор заявил ходатайство о продлении меры пресечения. Однако появились такие обстоятельства, и сторона защиты смогла их предоставить суду — о возможном нарушении прокуратурой равенства сторон.

- Поясните.

— У нас прокурор-обвинитель в деле является одновременно процессуальным руководителем по нападению на меня.

- Как на адвоката в деле Муравицкого?

— Да, как на адвоката. И получается парадоксальная ситуация: получается, что я защищаю Муравицкого от обвинений прокурора, который как бы защищает меня в деле о нападении на меня во время заседания суда по делу Муравицкого.

- Кстати, напомните нашим читателям об этой истории, на вас ведь напали прямо в суде…

— Да, на одном из заседаний по делу Муравицкого в перерыве на меня было совершено нападение неонацистской организацией С14, которая неоднократно заявляла о своём сотрудничестве с СБУ. Плюс к заявлениям о сотрудничестве С14 с СБУ звучали заявления от МВД и непосредственно от министра Авакова.

Недавно наша областная Житомирская прокуратура сменила подследственность этого дела по нападению на меня, передав его из органов полиции Службе безопасности. Очень интересно звучит… И одним из процессуальных руководителей, которые ведут следствие, является обвинитель Муравицкого.

Андрей Гожый: Зеленский – это Порошенко с вытекшей тормозной жидкостью
Андрей Гожый: Зеленский – это Порошенко с вытекшей тормозной жидкостью
© Facebook, Андрей Гожый
А это приводит к следующему: обвинитель Муравицкого имеет возможность как процессуальный руководитель знакомиться с материалами дела по нападению на меня, следовательно — с моими показаниями. А поскольку дело возбуждено по статье о препятствовании адвокатской деятельности, я в своих показаниях раскрываю в том числе определённые свои соображения о том, почему на меня напали, говорю о своих тактических и стратегических целях, о документах, которые я собирался запросить и предъявить суду (уже по делу Муравицкого).

То есть у обвинителя по делу Муравицкого есть прямая возможность просто иметь информацию об адвокатской тайне, о деятельности защиты уже непосредственно в деле Муравицкого — надеюсь, мы читателей не запутали…

- Действительно парадоксальная ситуация.

— Эту ситуацию накуролесили наши следственно-надзорные органы. Это всё мы изложили суду. Кроме того, добавлю, мною заявлен ряд жалоб — в частности, на смену подследственности — что моё дело передали, был также заявлен отвод прокурорам и отвод следователям СБУ. Могу уже сказать, что отвод следователям СБУ суд удовлетворил, и весь следственный отдел Службы безопасности в Житомирской области уже отстранён от моего дела.

Учитывая такого рода обстоятельства, покуда мы не разберёмся в этом всём, во всех этих манипуляциях, суд сказал своё слово — что он в таких условиях, когда существует возможность нарушения равенства сторон, не может рассмотреть ходатайство прокурора об избрании меры пресечения. А поскольку суд не рассмотрел этого, мера пресечения автоматически прекращается в крайний срок, отведённый для него. Этот срок был — 30 ноября.

- И теперь?..

— Поэтому с утра, точнее, с первой минуты 1 декабря, Муравицкий является абсолютно свободным человеком. Воспользовавшись возможностью, мы в этот же день пошли в Миграционную службу и забрали его загранпаспорт. Однако это не означает, что он собирается выехать за границу. Мы собираемся находиться здесь и добиваться оправдательного приговора.

И, что немаловажно, добиваться наказания всех тех лиц, которые причастны к привлечению к уголовной ответственности заведомо невиновного человека.

- Поздравления нашему коллеге, и будем надеяться, что вы добьётесь полного оправдания. Кстати, недавно мы говорили с вами о другой победе в суде — в деле женщины-почтальона, которую преследовали за простой перепост в соцсети. Можно предположить, что что-то меняется в политической и общественной атмосфере? Или суды стали работать по-другому? С другой стороны, видим сообщение о том, что пенсионерке дали срок за публикацию, опять же в соцсети, портрета Брежнева. Всё это как-то противоречиво…

— Единичные случаи положительного исхода дел, хотя они не до конца закрыты, что касается как Муравицкого, так и почтальона Оксаны Курамшиной, это ещё не свидетельствует о каких-то серьёзных изменениях в политической и общественной атмосфере.

Об этом свидетельствовала бы правовая и политическая воля Офиса президента и пересмотр всех уголовных дел по политическим статьям, их закрытие и, конечно же, расформирование всех подразделений, которые были причастны к политическим репрессиям.

Гожый: Тех, кто сажает «за репост», нужно самих судить
Гожый: Тех, кто сажает «за репост», нужно самих судить
© Facebook/Андрей Гожый
Этого не происходит. Вы понимаете, что даже в условиях олигархического режима, в условиях такой вот информационной автократии возможны единичные случаи торжества закона. И в этом очень важную роль играет публичность.

Моё мнение, что в победах в делах Оксаны Курамшиной, Муравицкого, Васильца и Тимонина, Павла Волкова, Вышинского далеко не рядовую роль сыграла консолидация правозащитных и информационных структур, солидарность журналистская. И международная солидарность. Невзирая на границы и на напряжённость, скажем, в отношениях между Украиной и Россией, между Западом и Россией, здоровые силы нас поддерживали — что в России, что в Украине, что в Европе, и даже в США.

Поэтому авангард этих боёв — всё-таки информационное пространство. А юриспруденция идёт, что говорится, в хвосте. Она является формой такой борьбы, но не является её содержанием. Ибо дела политические и решаются политическими методами.

Поэтому, когда создаётся невыносимое международное давление, и правительству становится стыдно, в кавычках, конечно, — тогда и принимаются такие положительные решения. Очень важно в этих моментах убедить здоровые силы общества, вскрыть подложность доказательств, несусветность обвинений, показать отсутствие состава преступления.

Муравицкого судят за критику Порошенко, которому также предъявлено подозрение — Гожый
Муравицкого судят за критику Порошенко, которому также предъявлено подозрение — Гожый
© Facebook, Андрей Гожый / Перейти в фотобанк
Иногда это удаётся. Но мы видим и другую сторону медали — дела Стерненко, дела С14 и прочих, не побоюсь этого слова, отморозков, которые избивают, убивают людей, и никто их за это не наказывает по закону. Это тоже политическая составляющая процесса. И право в олигархической модели построения государства является всего лишь игрушкой — как дышло во всем известной поговорке.

- Дело о нападении на вас продолжается, но каких-либо результатов, насколько мы понимаем, пока нет?

— Дело продолжается, но оно не имеет, скорее всего, никаких перспектив. И я не питаю тут никаких иллюзий. Когда раньше Карась (один из руководителей С14. — Ред.) митинговал, что ему готовят подозрение, я тогда говорил в интервью вашему изданию, что не стоит ожидать победных реляций, ничего не произойдёт. И действительно, ничего не произошло. Применён был старый добрый метод — запутывание процесса, дробление его, волокита… Они просто передали всё это расследовать СБУ.

Вы представляете, как СБУ расследует деятельность С14?

Поэтому я ничего от этого не жду, всё прекрасно понимаю и считаю какую-либо свою работу над этим — своим же — делом контрпродуктивной. Я лучше в это время помогу другим людям, тем людям, которые нуждаются в помощи, нежели буду заниматься этим сизифовым трудом.