Инициатива была впервые озвучена на уровне руководства Республики Крым. Глава крымского парламента Владимир Константинов рассказал, что в регионе подготовили альтернативу заимствованным из английского языка выражениям и словам, которые предлагаются заменить исконно русскими вариантами.

По мнению известного крымского политика, необходимо покончить с засильем иностранных слов — поскольку оно представляет опасность для русского языка и культуры.

«Иностранщина, особенно англицизмы, унижают российский язык. Надо изучить наличие иностранных слов в русском языке на предмет соответствия закону», — заявил на заседании Совета Федерации сенатор от Крыма Сергей Цеков.

Он предлагает рассмотреть вопрос на заседании Комитета по науке, образованию и культуре, чтобы оценить проблему неуместного употребления англицизмов. 

Чахлык и Хмарочос. Неожиданный украинский язык
Чахлык и Хмарочос. Неожиданный украинский язык
© коллаж Украина.Ру

«Наша ответственность — сохранять язык Пушкина, язык, которым мы гордимся, и прекратить эти все новые веяния, которые абсолютно неуместны», — поддержала Цекова председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко, которая процитировала по этому поводу иронические стихи, высмеивающие моду на языковую иностранщину:

«Осознав все наши траблы, в ностальгической печали, вспоминаем, как бойфрендов женихами называли. Вместо кастингов смотрины наши мамы проводили. И не мэны, а мужчины девушкам цветы дарили. Вечеринкой были пати, улучшением — апгрейд. Может, все-таки нам хватит русских обижать людей?».

Современный русский язык действительно обогатился огромным количеством новых иностранных заимствований. Причем, все это произошло при жизни нескольких поколений. Россиянин эпохи восьмидесятых не понял бы даже половину слов, которые давно и прочно вошли в языковый обиход россиян второго десятилетия двадцать первого. Хайп, кринж, кэшбек, воркшоп, гаджет, супервайзер, мерчандайзер, коворкинг, стартап — все это прозвучало бы для него загадочной абракадаброй, хотя сегодня эти понятия зачастую знают даже пенсионеры в провинциальной глубинке.

Всё это отчасти объясняется стремительной поступью научно технического прогресса, который добавляет в нашу речь названия для всевозможных информационно-технических новшеств. В первую очередь они связаны с развитием сетевого пространства и цифровых технологий, которые все больше влияют на социальную повседневность.

Но иногда из английского заимствуются понятия, которые дублируют давно укоренившиеся в русском слова. Потому что слово «клинер» якобы звучит благозвучнее, чем слово «уборщица», а слово «чизкейк» кажется кому-то современнее банального «творожный сырок».

Иностранные слова идут сегодня в Россию сплошным потоком, и многие из них укореняются в живой речи. Но угрожает ли это русскому языку, ставит ли под вопрос его дальнейшее будущее? Как и любой богатый и развитый язык с большой и давней историей, он во многом состоит из приобретенных в разное время заимствований.

Этот процесс начался еще во времена существования единого праславянского языка, в который попали многочисленные иранизмы — такие, как слова «бог», «топор» и «собака», или не менее многочисленные заимствования из латыни: «кот», «баня», «капуста», или из готского — например «хлеб», «блюдо», «полк», «стекло» и «серьга». А также тюркизмы: «баран», «хоругвь», «слон», «товар».

Все эти слова кажутся сегодня исконно славянскими — но лишь потому, что мы не задумываемся об их этимологии и не отслеживаем их лингвистическую родословную. То же касается огромного количества немецких, французских и английских слов, заимствованных во времена Российской империи, начиная с эпохи царя Петра.

В этот период российская элита вообще не изъяснялась на родном языке, почитая его «низким» крестьянским наречием. Общение российских дворян начала XIX века велось почти исключительно на французском, о чем можно получить представление из классических романов Льва Николаевича Толстого.

Но панталоны, фрак, жилет,
Всех этих слов на русском нет;
А вижу я, винюсь пред вами,
Что уж и так мой бедный слог
Пестреть гораздо б меньше мог
Иноплеменными словами,
Хоть и заглядывал я встарь
В Академический словарь.

— описывал эту ситуацию Александр Пушкин.

«Какое знание можем мы иметь в природном языке своем, когда дети знатнейших бояр и дворян наших от самых юных ногтей своих находятся на руках у французов, прилепляются к их нравам, научаются презирать свои обычаи, нечувствительно получают весь образ мыслей их и понятий, говорят языком их свободнее, нежели своим, и даже до того заражаются к ним пристрастием, что не токмо в языке своем никогда не упражняются, не токмо не стыдятся не знать оного, но еще многие из них сим постыднейшим из всех невежеством, как бы некоторым украшающим их достоинством, хвастают и величаются.

Будучи таким образом воспитываемы, едва силой необходимой наслышки научаются они объясняться тем всенародным языком, который в общих разговорах употребителен; но каким образом могут они почерпнуть искусство и сведение в книжном или ученом языке, столь далеко отстоящем от сего простого мыслей своих сообщения? Для познания богатства, обилия, силы и красоты языка своего нужно читать изданные на оном книги, а наипаче превосходными писателями сочиненные.

Итак, с одной стороны в язык наш вводятся нелепые новости, а с другой — истребляются и забываются издревле принятые и многими веками утвержденные понятия», — писал в 1803 году литератор, академик и адмирал Александр Шишков в своем сочинении «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка».

Секретарь СНБО назвал русский язык «опасным»
Секретарь СНБО назвал русский язык «опасным»
© Facebook* (*деятельность Meta по реализации Facebook запрещена в России как экстремистская), Олексій Данілов

Шишков предлагал бороться за чистоту русского языка командно-административными методами, отказываясь от иностранщины в пользу реконструированных славянизмов. Однако эти попытки вызывали у его современников едкие насмешки.

Так, недоброжелатели приписывали почтенному академическому чиновнику выражение: «Хорошилище грядет из ристалища на позорище по гульбищу, в мокроступах и с растопыркой». Что переводилось с «очищенного» русского общепонятной фразой: «Франт идет из цирка в театр, по бульвару, в галошах и с зонтиком».

Запрещать французские заимствования не понадобилось, а русский язык избежал угасания или истребления, которого так опасались единомышленники Шишкова. Легко болтавшие на французском россияне разгромили в 1812 году Великую армию Наполеона, а русский язык, в результате своего развития, самостоятельно перерос свое второстепенное положение по отношению к укоренившемуся у дворянства французскому языку. По мере того как увеличивалась образованность широких кругов российского общества и развивалась своя собственная блестящая литература, которую вскоре начали переводить для себя сами англичане, французы и немцы.

Волны иностранных слов еще не раз обрушивались на страну — например, в начале ХХ века, после Первой мировой войны, когда Владимир Ленин жаловался на повальное засилье иностранного сленга:

«Русский язык мы портим. Иностранные слова употребляем без надобности. Употребляем их неправильно. К чему говорить "дефекты", когда можно сказать недочеты, или недостатки, или пробелы? Не пора ли нам объявить войну употреблению иностранных слов без надобности? Не пора ли объявить войну коверканью русского языка?»

Как мы сегодня знаем, слово «дефекты» прекрасно уживается в русском со словами «пробелы» и «недостатки», и уже не режет собой наш слух. То же самое произойдет со многими словами из сегодняшнего модного новояза. Некоторые из них вскоре забудутся — причем, это случится само по себе, без ограничений или запретов. А другие иностранные понятия укоренятся в русском языке, чтобы со временем превратиться в привычные для всех выражения.

Великий и могучий язык Пушкина и Пелевина переварит все, что попадает в его культурную и смысловую орбиту, обогащаясь «иноплеменными словами», которыми пестрит сегодня наш слог.