Для начала вспомним предысторию — опыт Донбасса и Крыма.

В Донбассе началось всё с избрания народных мэров и губернаторов, которые хорошо выступали на митингах, но не справились бы с исполнением административных обязанностей. На смену им пришли «посланцы Москвы», которые не только таковыми не были, но и вида не делали даже (тот же Игорь Стрелков), и, наконец, харизматические лидеры ополчения — Александр Захарченко и Игорь Плотницкий.

Люди отнюдь не святые и имевшие достаточно специфический управленческий опыт. В Москве к ним, скажем прямо, относились без восторга. Плотницкий был отстранён от власти в результате государственного переворота (вообще история в высшей степени мутная), а Захарченко трагически погиб в результате организованного украинскими спецслужбами теракта.

Однако новые руководители республик вышли из той же среды лидеров «Русской весны», хотя они менее популярны (и уже поэтому — более предсказуемы).

Эксклюзив! Неожиданные признания военкора из ДНР
Эксклюзив! Неожиданные признания военкора из ДНР
© Скриншот из видео Украина.ру

Отметим, что, по одной версий, отказ от признания и тем более включения в состав России ДНР и ЛНР состоял в том, что решения о создании республик принимались неофициальными органами власти (облсоветы разбежались) и отсутствовала преемственность власти. Обсуждалась даже возможность принятия в рамках исполнения Минских соглашений передачи власти в республиках более системным людям вроде Виктора Медведчука.

До этого, впрочем, не дошло.

А вот в Крыму с самого начала всё делалось в соответствии с юридической логикой — решения о выходе из состава Украины принимал легитимный Верховный совет (по Конституции он, конечно, такого права не имел, но в это время в стране отсутствовала власть, которая могла бы требовать соблюдения Конституции), а к власти пришли члены старой властной элиты.

Тут не всё было однозначно. Сергей Аксёнов со своей сложной биографией явно выглядел не лучшим кандидатом. И то, что он возглавлял официально пророссийскую партию «Русское единство», наверняка не было главной причиной его назначения. Напротив, он, как руководитель пророссийской партии, был обязан согласиться на предложение российской стороны или даже сам проявить инициативу.

К крымскому руководству, кстати говоря, полно претензий и у крымчан, и, надо думать, в федеральном центре. Но ему даны некие гарантии, а свою часть обязательств команда Аксёнова, судя по всему, исполняет.

В Крыму рассказали об ожидаемом в этом сезоне рекордном наплыве туристов
В Крыму рассказали об ожидаемом в этом сезоне рекордном наплыве туристов
© РИА Новости, Константин Михальчевский / Перейти в фотобанк

Уже исходя из этого опыта можно было сделать определённые выводы, а также учесть, что по объективным причинам в новых освобождённых регионах нет:

— «народных губернаторов» (потому что освобождены они были военной силой извне, а не восстанием изнутри);

— лидеров «Русской весны» и ополчения (это артефакты 2014 года, а сейчас 2022-й);

— пророссийских партий (их зачистили превентивно ещё до 2014 года).

С точки зрения логики, военно-гражданские администрации должны были бы возглавлять российские военные («посланцы Москвы»), но это в случае оккупации, мы же об оккупации не говорим — мы говорим об освобождении. А значит, кадры должны быть местные.

Соответственно, логика диктовала привлечение к сотрудничеству представителей региональных элит, которые недовольны нынешней (а скорее всего, и предыдущей) властью.

Классический пример — Владимир Сальдо, который занимал пост мэра Херсона в 2002-2012 годах, потом был народным депутатом Украины (на Украине народный депутат — депутат Верховной Рады, депутаты местных советов «народными» не называются), входил во фракцию Партии регионов. В 2015 и 2020 годах он принимал участие в выборах мэра, но проигрывал.

Впрочем, у него достаточно высокий уровень поддержки в городе — свыше 15% числа активных избирателей. То есть он имел основания считать себя политически ущемлённым, несмотря на всё своё влияние в регионе.

«Дело не в рублях». Суздальцев о серьезной проблеме, с которой пока не справился Херсон
«Дело не в рублях». Суздальцев о серьезной проблеме, с которой пока не справился Херсон
© Украина.ру

Уроженец Мелитополя Евгений Балицкий с 2012 по 2019 год был народный депутатом, представляя Партию регионов и «Оппозиционный блок». Своих настроений никогда не скрывал, утверждая, что киевские власти сделали всё, чтобы потерять Донбасс и Крым, выступал за права русского языка. То есть он даже более последовательный сторонник «Русского мира», чем Сальдо.

Ещё один важный момент — ни Сальдо, ни Балицкий не являются членами ОПЗЖ. Более того, Балицкий входил в ахметовский Оппоблок, который был прямым конкурентом ОПЗЖ, и при этом случае попал в 2018 году в российский санкционный список. Но сейчас ситуация изменилась и он теперь представляет российское руководство у себя в регионе.

Что касается самих по себе подходов к кадровой политике, то у неё есть как сильные, так и слабые стороны.

Сильные:

— руководители новых администраций — местные, а не присланные из Москвы (почему это важно, мы указали выше);

— они имеют довольно обширный административный опыт;

— они имеют высокую узнаваемость и определённый уровень общественной поддержки;

— они символизируют определённую преемственность и, главное, готовность России считаться с интересами региональных элит.

Слабые:

— поддержка этих руководителей в регионах отнюдь не однозначная;

— за ними остаётся шлейф членства в Партии регионов (она точно не была пророссийской и несёт всю полноту ответственности за события 2014 года);

— сами по себе они люди не святые и, возможно, могут быть в той или иной степени встроены в местные коррупционные схемы (а теперь получат возможность построить новые).

Однако, при всех своих недостатках, у них есть те же достоинства, которые сыграли в пользу Аксёнова, Константинова и Поклонской: они готовы работать, несмотря на вполне реальную угрозу для жизни. А это дорогого стоит. Некоторые прегрешения можно понять и простить.