Точнее не отдает власть никому и оставляет ее за собой и своей системой. Система в этой связи, несмотря на единичные случаи впадения в «ересь», сохранила верность своему президенту. Эта схема несколько не похожа на классическую западную модель демократии. Но в Белоруссии так, и будет так до того момента, пока Лукашенко не изменит Конституцию. То, что он это сделает, сомнений нет. Он человек слова и дела. То, что церемонию провели в закрытом режиме, не анонсируя, не должно никого сбивать с толку. Лукашенко никого не боится. Потому что у него бывало и сложнее, и опаснее.

Глазами Невзорова

Можно как угодно относиться к российскому публицисту Александру Невзорову, который сегодня изощренно критикует Лукашенко, но нельзя забывать и то, что именно он спасал его информационно 20 лет назад. Слушателям «Невзоровских сред», особенно молодым, сегодня трудно поверить в это. Но это было. Сегодня Невзоров мечет молнии в Бацьку.

Но в мае 1999 года он прогуливался с «диктатором» по парку его резиденции в Дроздах и вел с ним очаровательную беседу. О том, что массовые протесты в Белоруссии были организованы из-за рубежа, в том числе из Украины. Что Верховный Совет (параллельный парламент) не легитимен, состоит из агентов Запада. Что незаконный «ЦИК» (комиссия Гончара) организован безответственными политиканами. Что «президентские» выборы, организованные параллельным парламентом, — фарс и фальсификация.

Безпалько рассказал, на какие обещания Запада точно не купится Лукашенко
Безпалько рассказал, на какие обещания Запада точно не купится Лукашенко
© Пресс-служба президента Республики Беларусь | Перейти в фотобанк

Информационные бойцы уровня Невзорова в 1999 году были очень нужны Лукашенко. Потому что на тот момент уже три года в Белоруссии было настоящее юридическое двоевластие. Оппозиция не признала референдум 1996 года, на котором первый президент сделал себя автократом, Верховный совет отказался распускаться и продолжал заседать. Его признал коллективный Запад, а Лукашенко ЕС и США не признали. Зато признала Россия. Так продолжалось целых три года. В 1999-м, по мнению параллельных ветвей власти, часы Лукашенко на президентском посту пробили отбой. Верховный совет объявил президентские выборы… и провел их. Все поддерживала протестная улица с флагами БЧБ. Но не та, что теперь, а такая, которая всякий раз лезла в драку. Это был кризис не чета нынешнему. Все было очень серьезно и опасно.

Тени прошлого

Сегодня об этом напрочь забыли даже жители Белоруссии, которые должны бы помнить в силу возраста. Противостояли Лукашенко тогда не домохозяйка Тихановская из Вильнюса, театрал Латушко из Брюсселя или два мальчишки из Варшавы. Врагами был Виктор Гончар — профессиональный политик, вице-премьер у самого Лукашенко и глава ЦИК Геннадий Карпенко — спикер Верховного совета, Зенон Позняк и Семен Шарецкий — политики, главы парламентских партий. Они вели войну, причем умело и профессионально. Они свергали Лукашенко всерьез, объявив президентские выборы. И параллельный ЦИК для подсчета голосов возглавил Гончар. Они провели эти выборы, электорат проголосовал. Президентом Белоруссии в Минске был провозглашен Семен Шарецкий. И коллективный Запад признал его главой государства. Это была драматическая и очень опасная ситуация, а не тот фестиваль молодежи и студентов, что сегодня. Тогда Лукашенко победил. Но уже никто не помнит, как именно. Стоит напомнить.

Альтернативные выборы президента проходили с 6 по 16 мая 1999 года. Без стационарных участков, без составления списков избирателей. Урны носили по квартирам. Избирателям разрешалось сохранять инкогнито и даже не предъявлять паспорт. ЦИК (комиссия Гончара) показала, что из семи с половиной миллионов избирателей Белоруссии за первые три дня участия в выборах приняли свыше одного миллиона человек. Правда, струсил нацист Зенон Позняк, который понимал, что это фарс, и снялся с выборов. Предварительные итоги подвели 17 мая. У Гончара сообщили, что в голосовании приняли участие 53,02% избирателей, то есть более четырех миллионов человек. Хотя было сказано, что это не столько настоящие выборы, сколько средство давления на Лукашенко. «Приемы политической борьбы должны быть адекватны существующей власти, — сказал тогда Гончар. — Если власть аморальна, бороться с ней можно таким же способом».

«Не майдана». Ищенко объяснил, чего на самом деле боялся Лукашенко
«Не майдана». Ищенко объяснил, чего на самом деле боялся Лукашенко
© БелТА | Перейти в фотобанк

Разгром

И вот здесь важно отметить, что Лукашенко тогда вел себя точно так же, как сегодня. Альтернативщикам не мешали, незаконный ЦИК не арестовывали. Глава официального Центризбиркома Лидия Ермошина, которая сегодня вручила Лукашенко удостоверение президента, сказала в 1999-м, что не видит каких-либо причин считать «комиссию Гончара» структурой, угрожающей безопасности государства. Ту же позицию занял Минюст. Правда, Генеральная прокуратура была настроена несколько серьезнее. Она заранее предупредила параллельную «власть», что подобная деятельность может расцениваться как попытка государственного переворота. И, как сегодня, только куда серьезнее, проводились «воспитательные работы». Задержаны, предупреждены, оштрафованы, арестованы, объявлены в розыск полторы тысячи активистов «альтернативных выборов». Сначала давались мягкие приговоры, сутки админареста, но с прицелом на уголовные дела, если был повод. К примеру 30 марта один из двух кандидатов в президенты, Михаил Чигирь был задержан на трое суток для дачи показаний по уголовному делу по ст. 91 УК «Хищение в особо крупных размерах». По факту выдачи «Белагропромбанком», в котором тогда председательствовал Чигирь, кредитов. Ну правда похоже на историю с Бабарико?

Хотя это были цветочки. А в мае, когда журналист Невзоров прогуливался с президентом Лукашенко в парке, в Минске начались ягодки и стали происходить таинственные события.

Вдруг исчез Юрий Николаевич Захаренко. Как и Гончар, он был в первой команде первого президента, но ушел в оппозицию и теперь был в параллельной власти. Захаренко у Лукашенко был генерал-майор, министр внутренних дел. В пятницу вечером 7 мая он прогуливался по Минску в районе улицы Жуковского. Но домой не вернулся. Его искали, хотя и не нашли. Нет слов, что в исчезновении обвиняли Лукашенко. Правда, доказать не смогли. Подобный таинственный случай повторился в сентябре. Бывший глава параллельного ЦИК Виктор Гончар вместе с бизнесменом Анатолием Красовским готовили на 19 сентября расширенное заседание Верховного совета с участием независимых профсоюзов и оппозиционных активистов. Намеревались объявить то ли общенациональную забастовку, то ли «марш женщин с зонтиками» — много лет прошло, сейчас уже сложно вспомнить. Следственные органы искали их там, где обоих видели в последний раз, — на улице Фабричной. Но найти их не удалось.

Этюд в осенних тонах

Находившийся с 15 по 18 мая 1999 года с визитом в Белоруссии руководитель рабочей группы Парламентской ассамблеи ОБСЕ Адриан Северин заявил, что «выборы 16 мая 1999 года составляют важный шаг в направлении»… чего-то там. Чрезвычайный и полномочный посол США в РБ Дэниэл Спекхард считал, что выборы 16 мая — «выражение белорусской оппозицией своего желания добиться укрепления демократических институтов»… и так далее. Совет министров ЕС заявил, что «белорусский народ должен иметь возможность выражать своё мнение демократическим путём по политическим и конституционно-правовым вопросам»… далее по тексту.

21 августа 1999 года депутаты Верховного Совета, верные Конституции 1994 года, назначили Семена Шарецкого исполняющим обязанности Президента Республики Беларусь. Был провозглашен курс на непризнание Лукашенко, отстранение его от власти и возвращение к Конституции 1994 года. Как сегодня. Все сопровождалось подъемом политической сознательности, выходом протестных масс на улицы, формами народной самоорганизации и разными другими формами. «Это была хорошая акция. Вырастали люди на местах, формировались комиссии. Была активность, была форма работы», — отметил Станислав Шушкевич, которого вряд ли нужно представлять. А «президент» Шарецкий сбежал в Литву. Стать и.о. главы государства попытался Виктор Гончар, но и он таинственно исчез. После этого исчезли Верховный совет и вся параллельная власть. А протесты прекратились окончательно после подписания Союзного договора с Россией в декабре 1999-го. Потом были еще протесты, в 2000-м, 2006-м, 2010-м, 2017-м — много было протестов.

20 лет спустя

Вот и в 2020-м протестуют. Есть «президент» Тихановская. Она в Литве. Есть Координационный совет. Его лидер Латушко призывает к неповиновению. Из Европы. Два парня из Варшавы дают инструкции протестным массам, как не платить налоги.

Но инаугурация Лукашенко состоялась. Коллективный Запад уже дал понять, что посла ЕС из Минска не отзовет. Так получилось — Кипр против санкций. США буквально в эти дни назначили своего посла в Минск. Буйствуют только и исключительно те страны, которые в настоящее время являются чисто марионеточными и ненастоящими. Это Литва, Латвия, Эстония, Украина, Польша, Чехия, Словакия. Никаких серьезных причин опасаться их реакций нет. Потому что Лукашенко — это очень серьезный игрок и политик, абсолютно опытный в таких кризисных ситуациях.

Марат Баширов: Лукашенко должен послать чёткие сигналы, в какой форме он видит интеграцию с Россией
Марат Баширов: Лукашенко должен послать чёткие сигналы, в какой форме он видит интеграцию с Россией
© РИА Новости, Владимир Трефилов

Безусловно, кризис налицо. Но повода думать, что президент в чем-то сомневается, раз провел инаугурацию именно так, как теперь, нет. Инаугурация — это всего лишь церемония. Примерно как вручение студенческого билета. И не важно, что думает коллективный Запад. Он всегда будет против Лукашенко. Легитимность признала Россия. Все дружественные страны воздержатся от заявлений в связи с инаугурацией, поскольку еще в августе они признали победу Лукашенко на выборах. Это куда важнее. Но есть в «осеннем этюде» одна важная часть, которая в 2020 году пока не исполнена. Это действия, направленные на реальную интеграцию с Россией. Очевидно, нас ждет это в том месте, где мы увидим проект новой Конституции.

Других вариантов нет.