Главный вопрос, волнующий сейчас всех жителей Соединённых Штатов, - сколько будут длиться боевые действия на Ближнем Востоке, которые взвинтили цены на бензин, унесли жизни американских военнослужащих и вообще оказались более разрушительными, чем рассчитывало руководство страны, затевая их?
Ответ на этот вопрос дала пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт: "Операция США в Иране будет продолжаться до тех пор, пока цели ни будут достигнуты. Сроки по-прежнему составляют от 4 до 6 недель. Сегодня 30-ый день. Так что посчитайте сами, сколько ещё времени Пентагону нужно для полного достижения целей операции".
Посчитали – не позднее середины апреля. Впрочем, есть не только расчёт администрации (если он вообще есть, всё чаще звучат сомнения о наличии какого-либо плана "Эпической ярости"), но и законодательные ограничения: согласно Резолюции о военных полномочиях 1973 года, президент США может вести военные действия без предварительного одобрения Конгресса в течение 60 дней. А такого одобрения в феврале не было, более того, многие законодатели возмущались, что их вообще предварительно не уведомили о намерении начать операцию против Ирана.
Отвергая эти претензии, госсекретарь и по совместительству и.о. советника президента США по национальной безопасности Марко Рубио в беседе с журналистами утверждал, что администрация на 100% следовала требованиям законодательства и официально предупредила Конгресс, но не всех 535 человек (435 конгрессменов и 100 сенаторов), а "восьмёрку": лидеров обеих партий в обеих палатах (республиканца Стива Скализа и демократа Хакима Джеффриса в Палате представителей, республиканца Джона Тьюна и демократа Чака Шумера в Сенате), а также представители двух политических сил в комитетах по разведке. По истечении 60-дневного срока, как гласит резолюция, Конгресс должен дать согласие на продолжение военной операции, в противном случае войска обязаны вывести (допускается добавление ещё 30 дней на безопасный вывод подразделений). Однако Ливитт на брифинге 25 марта заявила, что Белый дом не считает нужным запрашивать разрешение законодателей, поскольку, с его точки зрения, США сейчас не находятся в состоянии войны с Ираном (объявлять войну вправе только Конгресс), а лишь ведут против исламской республики "масштабные военные действия". Аналогичным образом законодательную норму обошёл президент-демократ Барак Обама с операцией в Ливии в 2011 году.
Такое пренебрежительное отношение к позиции Конгресса уже даёт свои плоды – всё больше республиканцев отворачиваются от Трампа. Двое однопартийцев в Палате представителей проголосовали за ограничение военных полномочий президента - офицер воздушно-десантной дивизии и спецподразделений в отставке Уоррен Дэвидсон и ставший соавтором этой резолюции Томас Мэсси – этого было бы достаточно для принятия документа, если бы четверо демократов ни высказались против, таким образом встав на сторону республиканцев-ястребов. Впрочем, в Сенате по аналогичной резолюции "за" из республиканце проголосовал только Рэнд Пол (тот, который в 2018 году лично привёз в Москву президенту РФ Владимиру Путину послание от Трампа), автор резолюции. В результате Конгресс самоустранился от попыток контролировать новую военную кампанию на Ближнем Востоке.
Ощущение законодательного тупика – вот одна из причин, почему сразу 36 республиканцев объявили, что покинут Палату представителей по окончании срока полномочий. Таким образом, обновится антирекорд 2018 года (на первом президентском сроке Трампа), когда от переизбрания отказались 34 человека, и тогда контроль над нижней палатой Конгресса перешёл к демократам.
"Это сложно, нужно быть настоящим мастером тактики, чтобы противостоять левым и в то же время не соглашаться с президентом по многим вопросам. И я это делал. Я делаю это с 2020 года, и не знаю, мне просто стало ясно, что пришло время перемен", - объяснил бригадный генерал Дон Бэкон, представлявший Небраску в Палате представителей с 2017 года, один из тех, кто выступал за непризнание итогов президентских выборов-2020.
Некоторые его коллеги говорят о растущем разочаровании укоренившейся политической поляризацией и застое в работе Конгресса.
Из этих 36 уходящих республиканцев 8 будут баллотироваться в Сенат (в т.ч. на место, освободившееся после назначения Марквейна Маллина новым министром внутренней безопасности США вместо Кристи Ноэм), 10 - в губернаторы (например, Ральф Норман, который хочет возглавить Южную Каролину, считает, что так его голос будет лучше услышан, поскольку губернаторов всего 50, а законодателей – 535), 4 подали в отставку ещё в начале года, а верный соратник нынешнего президента Даг Ламалфа скончался в январе.
К слову, среди демократов на новый срок не будут переизбираться 21 человек.
Газета The Hill предупреждает, что председателя Палаты представителей Майка Джонсона ждут серьёзные испытания в связи с отставками однопартийцев: ему необходимо сохранить места, завоёванные республиканцами в 2024 году, переманить на свою сторону ещё больше кандидатов, участвующих в ноябрьских выборах, и остаться спикером в течение последних двух лет президентского срока Трампа. А уже сейчас ему приходится сталкиваться с проблемами посещаемости, особенно в связи с тем, что конгрессмены, уходящие на пенсию или готовящиеся перейти на другие должности, либо теряют мотивацию приходить и голосовать, либо совмещают предвыборную кампанию со своими законодательными обязанностями. Самое главное – массовый исход республиканцев осложняет попытку Джонсона предотвратить потенциальную "синюю волну" (победу демократов, чей партийный цвет - синий) на промежуточных выборах 2026 года и сохранить крайне незначительное большинство.
До ноября ещё больше полугода и многое может измениться, но сейчас "синяя волна" накатывает изо всех сил: с начала 2026 года республиканцы потерпели поражение на местных выборах в традиционных вотчинах:
- —ветеран ВВС демократ Тейлор Рехмет избрался в сенат штата Техас от округа, где из десятилетия в десятилетие поддерживали республиканцев, в 2024 году Трамп там обошёл свою соперницу Камалу Харрис, тогдашнего вице-президента США, аж на 17%;
- —представлять тот округ штата Флориды, где Трамп зарегистрирован как избиратель, в местных законодательных органах будет не имеющая политического опыта Эмили Грегори из Демократической партии, с небольшим перевесом обошедшая республиканца Джона Мейплса, за которого лично агитировал президент;
- —впервые за 10 лет демократы имеют реальные шансы победить в Огайо – он относился к категории колеблющихся штатов, но с 2016 года стабильно поддерживает республиканцев. Два ведущих аналитических центра по прогнозированию результатов выборов - Cook Political Report и Sabato's Crystal Ball – в марте сместили чашу весов в сторону демократов и в губернаторской гонке (Вивек Рамасвами, который в 2024-м был соперником Трампа на внутрипартийных праймериз, а потом получил предложение стать соруководителем DOGE вместе с Илоном Маском, сейчас обгоняет бывшего директора департамента здравоохранения штата Эми Эктон всего на 0,4%), и в сенаторской (преимущество действующего сенатора республиканца Джона Хастеда над бывшим сенатором демократом Шерродом Брауном – 1,4%).
"Победа в консервативном штате Огайо может иметь решающее значение в непростой борьбе демократов за возвращение контроля над Сенатом этой осенью. Когда-то Огайо считался национальным индикатором политической ситуации, но в эпоху Трампа этот некогда "фиолетовый" штат стал всё больше "красным". На первых выборах Трампа в 2016 году он проголосовал за республиканцев и с тех пор остаётся таковым", - отмечает The Hill.
Есть округа, где республиканцы хоть и сохранили за собой места, но это было на грани, что даёт основание полагать, что борьба на промежуточных выборах в Конгресс осенью будет острой, и неизвестно, в чью сторону в конечном итоге качнётся маятник. В целом по стране, согласно последним опросам, перевес в пользу демократов – 5,8%.
Секрет их успеха во многом заключается в том, что они перехватили повестку самого Трампа – акцентируя внимание в целом и в своих предвыборных программах на вопросах обеспечения достойного уровня жизни населения. Нынешний президент делал точно так же, ставив в вину своему предшественнику Джо Байдену серьёзные экономические проблемы.
Не идёт республиканцам на пользу и внутрипартийный раскол: чётко прослеживается противостояние умеренного, антивоенного, крыла и приверженцев силового сценария. В этой ситуации многим приходится выбирать между поддержкой Трампа и приверженностью защите интересов собственного электората, которому явно не по душе рост цен на бензин со всеми вытекающими последствиями, и уж точно они не поддержат урезание расходов на здравоохранение в пользу финансирования операции в Иране (такой вариант, как сообщил портал Axios, обсуждается законодателями).
Демократы, естественно, пользуются сложившейся ситуацией сполна. На минувших выходных, как раз 28 марта, когда исполнился месяц с начала атак на Ближний Восток, они провели очередную массовую волну протестов под лозунгом "Нет королям" в знак несогласия и с президентом, и с Республиканской партией. На боле чем 3000 акций во всех 50 штатах люди выходили с плакатами "Нет Трампу", "Нет войне с Ираном", "Миграционную службу — вон".
В стане республиканцев настроения не очень оптимистичные. Один из конгрессменов на условиях анонимности сказал, что морально они готовятся потерять на выборах 60-70 мест в Палате представителей (т.е. до 1/3 от нынешнего состава), если Белый дом решится начать наземную операцию на Ближнем Востоке. Риск потери большинства в нижней палате и так велик, о чём говорил даже Трамп. В Сенате позиции республиканцев гораздо прочнее, но теперь вариант перехода и его под контроль демократов не исключают так же уверенно, как раньше.
Если Конгресс полностью окрасится в синий, то мало Трампу-президенту не покажется – он не сможет назначать своих кандидатов на ключевые должности, выбирать судей да и вообще его инициативы будут упираться в противодействие политических оппонентов. Впрочем, и сейчас, когда Конгресс полностью подконтролен республиканцам, жизнь главы государства мёдом не назовёшь: на неопределённое время завис вопрос о возобновлении финансирования Министерства внутренней безопасности США (а это не только Иммиграционная и таможенная полиция, чьи агенты убили американских граждан, но и береговая охрана, пограничный патруль, и FEMA (аналог российского МЧС), а также принятие Акта о спасении Америки (SAVE America Act), который предусматривает обязательное предъявление на избирательных участках удостоверения личности с фотографией и подтверждением американского гражданства, сокращение оснований для голосования по почте в рамках борьба с махинациями при голосовании.
Всё происходящее в Конгрессе и возможный переход после выборов в Конгресс законодательной власти к демократам важны не только для внутренней жизни США, но, безусловно, отразятся и на внешнеполитической жизни страны. Это прекрасно понимают в Европе, в большинстве настроенной антироссийски, и, конечно, на Украине. Очевидные последствия на внешнеполитическом треке - если не полное возвращение интереса к российско-украинскому конфликту с последующим финансированием Украины и поставкой ей оружия и боеприпасов, то, как минимум - блокирование так называемых мирных инициатив Трампа и его команды в отношении российско-украинского конфликта. Отсюда - резкие антитрамповские заявления Зеленского и "праздник непослушания" в Европе, где руководители государств открыто дистанцируются от Трампа. Отсюда и фактический отказ Зеленского от переговоров о мире с Россией. В Европе и, в частности, на Украине рассчитывают на потерю Трампом управляемости законодательной ветвью власти с последующим возможной частичной возвращением политики Байдена в отношении и Европы и Украины.