Изначально "Совет мира" создавался как часть 20-пунктового плана Трампа по мирному урегулированию в Газе. В ноябре 2025 года Совет Безопасности ООН даже принял резолюцию, утверждающую этот план и создание Совета в качестве временной администрации для Газы до конца 2027 года. Главной задачей была координация восстановления и стабилизации на палестинских территориях.
Однако, организация поставила перед собой гораздо более широкие цели: "содействие стабильности, восстановлению законного управления и установлению прочного мира в регионах, затронутых или находящихся под угрозой конфликта".
"Совет мира" представляет собой совет директоров по управлению мировым хозяйством.
Для начала пожизненным председателем назначен Дональд Трамп. Он обладает исключительными полномочиями: приглашать и исключать страны, накладывать вето на решения, назначать преемника. Полноправными членами являются государства, а не отдельные лица. Срок членства — три года. Вход в элитный клуб – за деньги. Страны, внесшие в фонд Совета 1 миллиард долларов в первый год, получают статус постоянного члена. Цель этой модели, по заявлению защитников идеи, — дать больше влияния тем, кто больше инвестирует в международные проекты.
Первыми учредителями на церемонии в Давосе стали 19 государств. Россия тоже приглашение и Владимир Путин предложил внести 1 млрд долларов из замороженных российских активов, но это требует согласия США.
Конечно, Совет мира вызвал бурную дискуссии среди европейских лидеров. Новая организация подрывает авторитет ООН. Пожизненный мандат в Совете и исключительные полномочия Трампа беспрецедентны для международных организаций.
А состав участников обнажил глобальный раскол. Если ключевые западные экономики и доноры останутся в стороне, финансовый и политический вес Совета может быть ограничен. А что думают о создании Совета мира российские эксперты – в обзоре соцсетей.
Политический аналитик Александр Носович
Про Совет мира не хотел ничего говорить, потому что он мне казался и до сих пор кажется чисто трамповской личной историей. По результатам оно так и будет. Кто сейчас помнит байденовскую коалицию демократий? Совет мира если и стоит обсуждать, то как часть тенденции, а не сам по себе. Как вещь вообще, а не вещь в себе. Это очень похоже на "если не можешь остановить, возглавь".
Трамп ещё в прошлом году не меньше Байдена с Обамой раздражался по поводу формирования в мире новых структур, параллельных западоцентричным и американоцентричным. Международных институтов хуже, чем антиамериканских: институтов, в которых нет США и которым нет дела до США. Как он грозился-то адскими санкциями за участие в БРИКС? За волосы оттягивал оттуда Латинскую Америку, чтобы даже думать не смели в ту сторону.
Теперь Трамп сам создаёт такую структуру. Тоже параллельную "коллективному Западу". Но с президентом США во главе.
Политический аналитик Максим Сучков
Опубликован Устав главного детища Трампа - т.н. Совета мира. После беглого просмотра главных выводов два:
- Упоминания Газы там нет. Т.е., как и думали, это проект "совета директоров по управлению мира", а не какого-то локального конфликта (еще бы Нетаньяху исполнял решения какого-то Совета).
- Это попытка Трампа сделать себя Генеральным директором планеты Земля. Действительно, зачем придумывать себе третий срок, когда можно замахнуться на большее. Ключевой пассаж (должность председателя и представителя США по отдельности):
Экономический аналитик Алексей Бобровский
Создаваемый Трампом "Совет мира" видится заменой и одновременно разрушением ООН. Символично, что он создан, типа, для решения конфликта в Газе - той самой темы, которую практически с момента своего основания не смогла решить ООН, хотя даже имела механизмы. Официальные цели же "Совета мира" - "содействовать стабильности, восстановить законное управление и обеспечить прочный мир в регионах конфликтов".
Можно не сомневаться, в какой-то момент, если "Совет" соберется таки, Трамп пихнет его как площадку для обсуждения Украины.
Точно также "Совет" сдохнет сразу после того, как говорил Мюллер в "17 мгновениях", "когда фюрер уйдет в небытие". Но процессы он запустил. А потому надо исходить из данности и признать:
- фрагментация мира произошла
- план у них есть (надо бы его понять)
- надо или зеркалить их план или делать свой. Куда будет это всё развиваться и на что похоже? Переходный период, который ждет мир можно назвать периодом "нового великого беспорядка":
Несколько макрозон не смогут создать общих институтов для разрешения споров. "Право сильного" будет делать любые договоры временными и ситуативными. Мир временной анархии - это мир локальных войн и кризисов. С новой силой продолжится гонка вооружений. Начнется нео-имперское соперничество, как в конце XIX века. В экономике будет практически в ноль уничтожен средний класс - не нужен уже. Начнется конкуренция правовых систем и правил, как во времена торговых республик. Бизнес будет гибко метаться от одного законодательства к другому, сравнивать санкционные режимы - где безопаснее. Крупные корпорации будут местами подменять собой государства.
Общей нормой будет протекционизм (в рамках макрозоны) — технологический, экономический и военный. А основной проблемой будет идеологический вакуум — отсутствие общих глобальных идей.
Какой может быть стратегия или хотя б тактика России? План простой:
- Добивать с Трампом Европу
- Запускать его с инвестициями сюда
- Забирать Украину
- Параллельно менять экспортную модель и ДКП, растить переработку внутри
- Наводить порядок на границах
- Сохранить разум и порядок внутри себя - стать альтернативой всему вышеописанному
Заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН Станислав Притчин
Вероятность того, что Совет мира по Газе сможет добиться каких-либо практических результатов, изначально выглядит крайне низкой. По своей сути Совет больше напоминает персональный политический проект Дональда Трампа, чем полноценную международную инициативу.
Трамп — американский президент, и в текущей конфигурации ближневосточного конфликта он объективно будет в первую очередь поддерживать интересы Израиля. Это подтверждается и всей предыдущей практикой урегулирования палестинского вопроса: многочисленные инициативы в прошлом не привели к устойчивым результатам и в большинстве случаев отстаивали именно произраильскую позицию. Ожидать, что новая структура принципиально изменит баланс или станет эффективным инструментом урегулирования, по меньшей мере наивно.
Дополнительные сомнения вызывает институциональное устройство Совета. Его устав во многом выстроен так, чтобы организация фактически находилась под персональным контролем Трампа. Именно председатель определяет, кого включать в состав, кого не включать и кого исключать.
При этом сохраняется неопределенность в ключевых вопросах принятия решений, а также в процедуре уплаты членского взноса в размере одного миллиарда долларов. Неясно, кто будет распоряжаться этими средствами, через какие инструменты и в рамках каких механизмов контроля. С точки зрения стандартов серьезных международных организаций, подобная конструкция выглядит откровенно несерьезной и подчеркивает персонализированный характер инициативы, ориентированной прежде всего на имидж и политические амбиции Трампа.
Отдельного объяснения требует вопрос, почему в Совет были приглашены Узбекистан и Казахстан, а не другие государства Центральной Азии. Частично это объясняется объективными факторами: это два крупнейших государства региона с точки зрения экономики, политики и демографии. Однако не менее важен и другой аспект — их высокая комплементарность в отношениях с США и готовность участвовать практически в любых американских инициативах.
Эта готовность уже проявлялась, в том числе в рамках саммита в Вашингтоне. Речь идет об открытости к американским компаниям, доступе к природным ресурсам, а также о закупке американских товаров на значительные суммы. Именно такого поведения ожидает американский президент, ориентированный на прямую экономическую выгоду для США и американского налогоплательщика. В этом смысле Узбекистан и Казахстан воспринимаются как партнеры, способные наиболее эффективно встроиться в прагматичную экономическую логику Трампа.
Важно отметить, что всего к участию в Совете приглашено около 50 стран. Среди них — и Российская Федерация. Однако Москва пока не приняла окончательного решения о присоединении. Изучается сама целесообразность участия в организации, эффективность которой вызывает серьезные сомнения. Параллельно проходили контакты с президентом Палестины Махмудом Аббасом.
В итоге ни один из крупных международных игроков на данный момент не дал однозначного согласия на участие. Причина проста — слишком много вопросов к эффективности, прозрачности и реальным целям Совета мира по Газе. В нынешнем виде эта структура выглядит не как механизм урегулирования конфликта, а как персонализированная политическая инициатива, жестко привязанная к фигуре Дональда Трампа и потому лишенная долгосрочной институциональной устойчивости.
Другие подробности в создании Совета мира - в статье Павла Котова "Вся власть Совету. Председатель Трамп создает "убийцу" ООН"