Для стороннего наблюдателя, особенно из Москвы, это зрелище напоминает дорогостоящее шапито. В то время как мир следит за торговыми войнами и полупроводниковым кризисом, этот гигантский кусок льда неожиданно стал центром тяжести, способным окончательно похоронить то, что осталось от западного единства.
Маркетинговый гений викингов
История Гренландии — это, прежде всего, триумф маркетинга над реальностью. Все началось в 982 году, когда норвежский викинг исландского происхождения Эрик Торвальдсон, более известный как Эрик Рыжий, был изгнан из Исландии за убийство. Будучи человеком деятельным и, очевидно, обладающим талантом современного риелтора, он обнаружил западные земли и назвал их "Гренландией" — "Зеленой землей". Его логика была безупречна: он полагал, что люди охотнее поедут туда, если у страны будет привлекательное имя. В эпоху средневекового климатического оптимума южные фьорды действительно могли показаться пригодными для скотоводства, и к 1000 году там уже суетились около 3000 поселенцев, строивших церкви и фермы.
Однако викинги были далеко не первыми, кто пытался обжить эти неуютные берега. Гренландия знала волны миграций, которые сегодня кажутся бесконечной чередой героических попыток замерзнуть со вкусом. Культура Индепенденс I, прибывшая около 2500 года до н.э., жила в палатках среди арктической пустыни, охотясь на овцебыков. Позже их сменил народ Саккак, мастера высокоразвитого рыболовства, которые, согласно генетическим исследованиям, исчезли, не оставив прямых потомков среди современных инуитов. Каждая из этих культур демонстрировала феноменальную способность адаптироваться к экстремальному холоду, однако всё равно растворялась в водах истории.
К середине XV века и скандинавское присутствие сошло на нет. Последняя запись о жизни общины — свадьба в церкви Хвалсей в 1408 году. Европа забыла об острове почти на три столетия, пока в 1721 году норвежский миссионер Ханс Эгеде не решил найти выживших норманнов-католиков, чтобы обратить их в лютеранство. Вместо викингов он обнаружил инуитов и основал торговый пост Готхоб (современный Нуук), положив начало формальной датской колонизации.
Датский суверенитет и американское юридическое невежество
Обвинения администрации Трампа в "нелегитимной оккупации" Гренландии Копенгагеном выглядят особенно забавно, если учесть, что именно США были одними из тех, кто этот суверенитет цементировал. Юридически права Дании на остров формировались веками через систему династических уний. В 1261 году Гренландия признала верховенство норвежского короля Хакона IV, а в 1380 году, когда Норвегия и Дания объединились под одной короной, управление островом де-факто перекочевало в Копенгаген.
После разрыва датско-норвежской унии в 1814 году по Кильскому мирному договору Гренландия, Исландия и Фарерские острова остались за Данией. Но решающий удар по любым сомнениям нанес Постоянный суд международной справедливости в Гааге в 1933 году. Норвегия тогда пыталась откусить восточную часть острова, но суд постановил, что Дания "демонстрирует непрерывное и эффективное осуществление государственной власти над всей территорией Гренландии".
Трамп в своей уже фирменной манере на стыке невежества и наглости утверждает, что "нет никаких письменных документов", подтверждающих права Дании, называя это "просто лодкой, которая приплыла столетия назад". Это заявление игнорирует тот факт, что в 1916 году госсекретарь США Роберт Лансинг письменно подтвердил: США не возражают против датского суверенитета над всей территорией острова. Но когда в Белом Доме сидит человек, привыкший перекраивать реальность под формат коротких сообщений в Truth Social, международное право превращается в досадную помеху для "крупной сделки по недвижимости".
Как Вашингтон пытается переименовать остров в "Бело-сине-красную землю"
Возвращение Дональда Трампа в Белый дом в 2025 году превратило гренландский вопрос из эксцентричной шутки в полномасштабный дипломатический террор. Если в первый срок Трамп просто хотел "купить" остров, то теперь он использует инструментарий гибридной войны. Его риторика эволюционировала от восхищения ресурсами до прямых обвинений в том, что остров "облеплен российскими и китайскими кораблями", а Дания — этот "политический карлик", неспособный обеспечить безопасность базы Питуффик.
В январе 2025 года Нуук посетил сын американского лидера Дональд Трамп-младший, который в сопровождении сомнительных личностей вроде ныне покойного правого активиста Чарли Кирка раздавал местным жителям кепки MAGA и, по сообщениям СМИ, долларовые купюры. Это выглядело как пародия на "мягкую силу", но за кулисами все было серьезнее. В Конгресс был внесен законопроект "Red, White, and Blueland Act of 2025", предполагающий не только покупку острова, но и его официальное переименование Гренландии в "Красно-бело-синюю землю" — в честь цветов американского флага.
Кульминацией стал январь 2026 года, когда Трамп заявил, что получит контроль над Гренландией "по-хорошему или по-плохому". Он фактически объявил торговую войну своим ближайшим союзникам, введя пошлины против Великобритании, Франции, Германии и Скандинавских стран за то, что они посмели направить войска для защиты суверенитета Дании в рамках операции "Arctic Endurance". Его риторика всё больше отдавала симптомами биполярного расстройства: Трамп то говорил об очередной "сделке века", то высмеивал гренландскую "оборону из одной собачьей упряжки". На этом фоне символический контингент, направленный странами Европы и вишенка в виде одного латвийского офицера, который до пункта назначения так и не добрался, выглядят гомерически смешно.
Зачем США этот "холодильник с ресурсами"?
Реальная ценность Гренландии в XXI веке определяется не количеством льда, а тем, что под ним скрыто, и тем, что открывается по мере его таяния. Остров занимает восьмое место в мире по запасам редкоземельных элементов (REE), которые являются "кровью" современной электроники. В условиях кризиса производства полупроводников и торговой войны с Китаем контроль над гренландскими месторождениями вроде Танбриз (оценивается в 28 миллионов тонн руды) становится для Вашингтона без преуменьшения экзистенциальным вопросом.
Администрация Трампа пытается выкупить проект Танбриза у австралийцев, чтобы не допустить его перехода в руки Пекина. В отличие от другого гиганта — Кванефьель, где добыча была заморожена гренландским парламентом из-за высокого содержания урана, Танбриз считается более "чистым" и перспективным. Однако и в него потребуется вложить огромное количество ресурсов, чтобы превратить месторождение в действительно стабильный и рентабельный источник ресурсов.
Помимо металлов, Гренландия — это ворота в новую Арктику. Глобальное потепление делает Трансполярный морской путь через центр океана реальностью, которая может сократить время в пути между Азией и Европой по воде на 40%. Контроль над островом дает США возможность доминировать в этом новом торговом коридоре, минуя российские воды Северного морского пути. С военной точки зрения база Питуффик (бывшая Туле) остается незаменимым узлом системы раннего предупреждения о ракетном нападении и будущей системы "Golden Dome".
Гренландия — ледяной мавзолей западной солидарности
Ситуация вокруг Гренландии в 2026 году стала катализатором самого глубокого кризиса внутри НАТО за всю историю существования альянса. Когда Дания, поддержанная Францией и Германией, начала военные учения "Arctic Endurance", чтобы продемонстрировать готовность защищать остров, Трамп назвал это "опасной игрой" и "провокацией". Впервые в истории разведка Дания официально внесла США в список угроз национальной безопасности наряду с Россией и Китаем.
Европейские политики, которых Трамп привык воспринимать как обслуживающий персонал своего гольф-клуба, неожиданно показали зубы. Урсула фон дер Ляйен в Давосе назвала пошлины США "ошибкой" и намекнула, что в торговые войны можно играть вдвоём, пригрозив блокировать доступ американских компаний к государственным тендерам. Макрон же и вовсе перешел на язык колониальной эпохи, заявив, что Европа не позволит себя "вассализировать" и будет бороться против "нового империализма" Вашингтона.
Вся эта свистопляска вокруг острова невероятно выгодна России. Пока американские и европейские лидеры обмениваются санкциями и угрозами, фокус глобального внимания отвлекается от украинского направления и СВО. Заявления Трампа о "российской угрозе" в Гренландии служат лишь дымовой завесой для его собственных амбиций, но иронично то, что именно его действия делают НАТО слабее, чем любые усилия внешних противников.
Дональд Фредович Трамп, похоже, действительно заслужил свою квартальную премию. Его способность превращать стратегических союзников в торговых врагов и доводить ситуацию до абсурда, где США всерьез обсуждают аннексию территории члена НАТО, заслуживает аплодисментов. Гренландия в этой игре — не цель, а лишь повод, чтобы окончательно разрушить старый мировой порядок, основанный на западном доминировании. Для нас же это зрелище — забавное и крайне полезное шапито, в котором купол цирка вот-вот рухнет на головы его незадачливых артистов. Остров останется во льдах, а трансатлантическая солидарность, скорее всего, там и упокоится, превратив Гренландию в ледяной мавзолей некогда великого альянса.
Другие нюансы борьбы США за Гренландию - в интервью Андрея Суздальцева: Дания обиженно замолчит, а Россия от ситуации с Гренландией выиграет только тактически.