Алексей Анпилогов: Если Россия ударит по центру принятия решений, Украина только выиграет

Подписывайтесь на Ukraina.ru
После того как будет разбита группировка ВСУ, цепляющаяся сейчас за запад Донбасса и донецкий кряж, наступление будет идти гораздо более управляемо, спокойно и прогнозируемо. Наше преимущество в артиллерии, тактической авиации и средствах разведки станет подавляющим, считает военный эксперт, президент фонда «Основание» Алексей Анпилогов.
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру.
Гибель Дарьи Дугиной вновь вызвала в российском обществе дискуссии о том, что необходимо наносить показательные удары по центрам принятия решений в Киеве. В то же время некоторые эксперты стали высказывать контраргументы, что этого делать нельзя, так как Россия гораздо уязвимее Украины в плане инфраструктуры.
Алексей Анпилогов: ВСУ боятся наступления России на Днепр, поэтому выжигают Донбасс
— Алексей, что вы думаете по этому поводу?
— Мы можем ударить по зданию СБУ или штаб-квартиру ГУР в Киеве, которые причастны к терактам в отношении РФ и освобожденных территорий. Как еще можно расценить обстрелы Запорожской АЭС, разбрасывание «лепестков» и попытки подрыва ЛЭП, которые не являются военными объектами? Армия без ЛЭП спокойно существует, а попытка вывести из строя Курскую АЭС путем подрыва ведущей к ней ЛЭП – это самый настоящий теракт.
У нас нет никаких технических сложностей ударить по зданиям, которые мы считаем «центром принятия решений». Российские крылатые и оперативно-тактические ракеты спокойно достигают целей по всей территории Украины и поражают достаточно защищенные цели.
Например, гиперзвуковым «Кинжалом» был поражен бункер в карпатской гряде на территории Ивано-Франковской области, где хранилось атомное оружие во времена Советского Союза. Вопрос в другом.
Сейчас в преддверии празднования Дня независимости Украины Зеленский и его офис выпустили распоряжение, что киевским чиновником вменено в обязанность работать из дома и не появляться в центре Киева.
То же самое происходит в Харькове. Там ввели длинный комендантский час и отменили пригородные поезда. Я не исключаю, что украинская сторона готовит масштабную провокацию в Киеве, Харькове или любом другом крупном городе. Они могут взорвать большое взрывное устройство, привезти останки какого-нибудь «Калибра» (часть таких ракет они сбили) и объявить о теракте РФ в качестве мести за Дарью Дугину.
Поэтому я бы сейчас опасался такой провокации украинской стороны с целью получить максимальный медийный эффект от того, что они объявят свой теракт под ложным флагом нападением РФ на мирных жителей. Это сразу же отразится на западной повестке, где сейчас вовсю обсуждается вопрос о причислении России к числу стран, спонсирующих международный терроризм.
Странный теракт: покушение на Дугина
Таким образом, удар по центру принятия решений – это обоюдоострое оружие в политическом плане. Такой удар должен нести четкий сигнал (кто попал под этой удар) и должен быть осуществлен с максимальной эффективностью.
— Вопрос по ситуации на фронте. По поводу линии Северск — Соледар — Артемовск (Бахмут) изначально были прогнозы, что мы не будем заходить в города, пока не выдавим вражескую артиллерию из окрестных сел. Тем не менее бои там идут в городской черте, но села мы так и не заняли. С чем вы это связываете?
— Я бы не хотел комментировать вопросы, связанные с оперативной обстановкой. Мы можем понять общую стратегию, находясь в Москве или Петербурге, но мы не знаем обстановки на фронте, которую знает глава Генштаба или командир подразделения.
Здесь никакие рекомендации, посланные из высоких кабинетов или даже из штаба группировки объединенных войск, не действуют. Потому что каждый командир действует, исходя из сложившейся обстановки и из своего понимания целей и задач приказа.
Поэтому, если сейчас штурмовые группы заходят в Соледар, в Бахмут, оттесняют украинские части к Северску и от Горловки, это значит, что решаются оперативно-тактические задачи, без завершения которых стратегический перелом осуществить невозможно.
В этих условия контрпродуктивно рассуждать о том, почему не подавлены артиллерийские точки. Может, их трудно было подавить или они не представляют большой угрозы для наступающих войск.
Более того, даже если бы я знал планы Союзных войск, я бы не стал их раскрывать, потому что это попахивает изменой. Поэтому давайте просто следить за развитием событий.
В целом все заклинания украинской стороны о контрнаступлении и ответных ударах остаются не более чем пропагандистскими финтами. Они сами признали, что никакое контрнаступление на Херсон они не собирались вести и что сейчас у них нет сил для такого наступления. Поэтому давайте просто следить, как развивается оперативно-тактическая и стратегическая обстановка на фронте.
— А вы разделяете расхожее мнение, что после ухода из Донбасса ВСУ потеряют около 40% своей боеспособности и что у них не останется мощных укрепрайонов, потому что «там до Днепра голая степь»?
— Там есть несколько вариантов обороны. Нельзя сказать, что там голая степь, как расчерченный листик в клеточку. Там есть небольшие реки и города вроде Павлограда или Красноармейска (Покровск), Межевая и Лозовая. Там есть пункты для обороны, за которые Украина будет держаться.
Но в целом после того, как будет разбита группировка ВСУ, цепляющаяся сейчас за запад Донбасса и донецкий кряж, наступление будет идти гораздо более управляемо, спокойно и прогнозируемо. Потому что наше преимущество в артиллерии, тактической авиации и средствах разведки станет подавляющим.
— Способно ли описанное вами преимущество полностью перевесить наш недостаток в пехоте?
— А это уже происходит. Украинская сторона разменивает свою достаточно мотивированную в обороне пехоту на артиллерийские и воздушные удары союзных войск. У этой пехоты заканчивается мотивация, потому что все больше и больше украинских военнослужащих либо сдаются в плен, либо отказываются выполнять приказы, которые отправляют их на заклание. Так что перелом состоится. Он может произойти завтра-послезавтра, а может произойти через месяц и через два.
Артем Шарлай о будущем Украины и о том, почему так много мата в украинском интернете
Основное, что пока еще позволяет украинской стороне неплохо держать оборону – это рельеф местности, не очень подходящий для наступления (балки, овраги, холмы), городская застройка и погода. Как только настанет зимний период, обороняться в сыром, продуваемом окопе под дождем, получив воспаление легких, достаточно трудно.
Поэтому зимой, особенно после окончания периода распутицы, наступающая армия при воздушном и артиллерийском превосходстве получит ощутимое преимущество.
— Разве в марте нам было проще в плане погодных условий?
— В марте мы после февраля сразу попали в распутицу. На Украине зимний сезон гораздо меньше. Март на Украине – это уже полностью весенний месяц с плюсовыми температурами, когда у нас танки в черноземе вязли. Это не Подмосковье. Мы в декабре боевых действий еще не вели.
Рекомендуем