Михаил Онуфриенко: У России все меньше шансов провести операцию, которая бы нанесла ВСУ смертельный удар

Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал военно-политический обозреватель, уроженец Харькова Михаил Онуфриенко, который хорошо знает места боевых действий на Украине и регулярно публикует обзоры о ходе СВО

Ранее на вооружение 52-й артиллерийской бригады Украины поступили американские 203-мм самоходки М110А2, которые до этого находились на хранении у греческой армии. По своим характеристикам и тактике применения они близки к российским "Пионам" и "Малкам". Может быть, по меркам СВО они недостаточно точные и дальнобойные, но их разрушительная мощь остается очень высокой.

- Не думаю, что США свои поставки как-то согласовывают с планами киевского режима, которые меняются и реализуются через известное место. Это больше свидетельствует о том, что более современные гаубицы поставлять на Украину американцы не готовы.

Напомню, что М110А2 были разработаны еще во время войны во Вьетнаме. Да, их поражающая способность близка к "Пиону". Но дальность стрельбы в 23 километров по нынешним меркам – это гарантированная досягаемость большинства фронтовых дронов-камикадзе. Потому я и говорю, что здесь дело не в каких-то грандиозных планах киевского режима. Просто США за бешеные деньги посылают на Украину снятые с хранения гаубицы.

Повторюсь, знаменитые М-777 в сводках сейчас фактически не мелькают. Видимо, мы их повыбивали. А поставить что-то старенькое за бешеные бабки – это отличный бизнес.

Насколько я помню, речь идет о 60 таких самоходках. Понятно, что лучше нам не будет. Но по меркам общего масштаба ни к каким решительным изменениям на линии соприкосновения это не приведет.

- Теоретически – да. Если установить М110А2 в самом Запорожье, то до линии соприкосновения (20 километров до реки Конка) они худо-бедно достанут, а вот достать сами гаубицы нам будет проблематично. Вытащили – сделали пять выстрелов-утащили куда-то в подвал. Еще их можно поставить куда-то в арку, закрыв их маскировочной сеткой. Но вытащить их куда-то под Гуляйпольское, где на окраинах уже стоят наши войска, это совершенно нереально. Ее ты нигде не спрячешь. Ее разнесут первым же залпом.

- Во-первых, маскироваться научились все. Во-вторых, если создать прочный зонтик из дронов-перехватчиков, то применять "Пионы" реально.

Как вы знаете, киевский режим первым сделал ставку на дроны-камикадзе. Мы больше года ликвидировали свое отставание, а сейчас об этом говорить не приходится. Крупнокалиберную артиллерию мы прикрываем достаточно плотно. ВСУ это тоже пытаются делать. Но у нас есть преимущество по оптоволокну и абсолютное превосходство в боевой авиации.

Сами украинцы говорят, что в марте мы использовали 8 тысяч планирующих авиабомб, поставив очередной рекорд. Их ты ничем не перехватишь. И это дает нам возможность бороться с выявленными позициями тех же старых и новых американских гаубиц, которые поставляются киевскому режиму.

- Как я уже сказал, мы достаточно обеспечены средствами огневого поражения. Не только для того, чтобы продержаться, но для того, чтобы продолжать наступать.

Я бы все же не делал такого упора на "Старлинк". Мы же в 2022, 2023 и 2024 годах без него как-то наступали. И связь у нас все равно была. Я понимаю, что когда следом за "Старлинком" у нас отрубили "Телеграм", ситуация у нас лучше не стала. Но она не стала хуже, чем в предыдущие годы. Тянем кабели. Да, они не живут долго, потому что бронетехника ездит.

Я бы вообще не стал ставить вопрос, что "вот сейчас мы связь наладим и будем наступать". Тем более, верховное командование вообще заявляет, что "у нас со связью проблем нет". У кого их нет – не уточняется.

Тем не менее, помимо оптоволокна, у нас есть масса нереализованных ударных возможностей для воздействия на украинский фронт и тыл, которые можно использовать в любой момент.

Почему не использовали до сих пор – другой вопрос.

- Те же планирующие авиабомбы. Ими можно бить по мостам через Днепр. Я понимаю, что я с этим уже всем надоел, но этих мостов не так много. Количество железнодорожных мостов вообще можно по пальцам на одной руке посчитать. А ведь все снабжение полумиллионной группировки ВСУ на Левобережье идет через мосты. Авиацией они ничего не доставляют. Морем тоже.

С количеством авиабомб у нас проблем нет. И если мы хотя бы часть из них начнем использовать по мостам через Днепр, результат будет очевиден. Даже если попадет одна из десяти, нам хватит пару сотен бомб, чтобы вывести их из строя.

Повторюсь, резервы для существенного нанесения вреда противнику, чтобы лишить его возможности к организованному сопротивлению, у нас имеются. Когда мы будем их использовать и будем ли вообще – вопрос открытый. Это уже решение политического руководства страны.

- Для ударов по некоторым мостам через Днепр даже реактивные авиабомбы не нужны. До мостов в Запорожье от наших не передовых позиций около 40 километров. ФАБы без реактивного двигателя это расстояние спокойно пролетают. Из района Пятихаток, который мы освободили в прошлом году, можно ударить по мосту через Днепрогэс.

Я уже не говорю, что дальность управляемых ракет от "Торнадо-С" составляет 120 километров. Это так, вдогонку. Опоры моста ими разрушить нельзя, но уничтожить дорожное покрытие (ВСУ тоже самое делали "Хаймарсами" в случае с Антоновским мостом) вполне реально. Даже одна "Герань", которая ударила по железнодорожному мосту в Кривом Роге, вывела его из строя на четыре дня.

В общем, для ударов по мостам через Днепр не требуются дорогие и дефицитные средства поражения.

- Я бы еще хотел поспорить насчет ваших слов, что в 2022-2023 годах мы без "Старлинка" наступали. Во-первых, тогда не было столько ударных дронов. Во-вторых, мы тогда могли компенсировать отсутствие разведывательных БПЛА тем, что вываливали на один украинский опорник вагон артиллерийских снарядов. Сейчас мы так уже не повоюем.

- Мы же говорили не о "Старлинках" для управления дронами, а о связи в войсках. Конечно, в части наведения "Гераней" сейчас есть проблемы, но они решаются вне параметров организации связи между воинскими частями. А если уж и будет страдать точность, то мы снова будем брать количеством. Артиллерийскими снарядами в том числе.

- Снаряды есть. Другое дело, что стволов не хватает. Иначе мы бы не использовали гаубицы Д-20 и много чего еще. Я на фронте один раз даже "сорокопятку" встречал (45-мм противотанковая пушка образца 1937 года – ред.).

- А у нас нет другого выхода. Иначе не надо было начинать СВО.

О том, что Украина превосходит нас по связи и координации, было известно еще до 24 февраля. Все же знали, что у нас нет своего "Старлинка", потому что нет достаточного количества спутников наземной разведки, которых у противника сотни. Наши сильные и слабые стороны были и так ясны. И наши сильные стороны мы в полной мере по-прежнему не используем.

Мы не пользуемся превосходством в воздухе для ударов по стратегическим мостам и сухогрузам, которые заходят в порты Измаила и Причерноморья. Удары по ним носят редкий и выборочный характер. Зато противник бьет по нашим танкерами в Черном и даже Средиземном море.

Повторюсь, без подобных ударов провести стратегическую наступательную операцию невозможно. Более того, провести стратегическое наступление с каждым годом будет все сложнее и сложнее.

Еще два-три года назад было достаточно прорваться на 10 километров за линию обороны противника, чтобы выйти за пределы дальности украинских дронов-камикадзе. А сегодня надо уже прорываться минимум на 30 километров. Все сложнее и сложнее использовать нам наши преимущества. Дроны совершенствуются с такой скоростью, что эти стратегические наступления будут невозможны. Мы не выйдем за их дальность действия, и они сожгут всю нашу бронетехнику, на которой можно быстро и передвигаться.

- Глуховский район Сумской области, где мы недавно заняли автомобильный пункт пропуска на трассе "Киев-Москва", может стать главным направлением удара в такой операции?

- Направлением главного удара в такой операции может стать междуречье вдоль реки Псел. Оттуда можно наступать на Днепр. Это более 200 километров марша, но там нет таких укреплений и городской застройки, как в Донбассе. Правда, для такой операции надо задействовать группировку в 200 тысяч человек, не считая средств усиления и огневой поддержки. Но это позволило бы нам, при условии полного уничтожения мостов через Днепр, отрезать Левобережье от остальных территорий, которые контролирует киевский режим.

Повторюсь, это действительно стратегическая операция. Она идет в стыке с Курской областью. Позволяет прикрыться реками с востока и запада. Но это требует огромного количества средств огневого поражения. Нам же придется блокировать части, которые противник будет перебрасывать из Киева и Чернигова для удара по фланг.

Тут у нас тоже есть преимущество. У Украины нет дронов, которые бьют на такое расстояние, кроме "Лютых", которые летят по нашим тыловым регионам. Количества войск, которое задействовано в Донбассе, тут тоже нет. Быстро перебросить их не получится. Даже если они попробуют что-то перебросить из Харькова, то это не один десяток часов пути. И эти войска еще надо сформировать.

Одним словом, противнику нечем отвечать на подобный удар.

Как мы можем скрытно сосредоточить эту наступательную группировку? Это уже к опыту Великой Отечественной войны. Понятно, что тогда у немцев не было спутников. Была только агентурная и авиаразведка. Но если задача ставится, то ее всегда надо решить. Если же задачу не ставить, всегда можно найти массу отговорок, почему этого делать нельзя. Причем иногда же доходит до смешного: "Мы не бьем по мостам через Днепр, потому что не можем по ним попасть".

Возможности для такой операции у нас есть. Нужна она или нет? Все зависит от поставленных задач. В рамках задачи по денацификации и демилитаризации всей территории бывшей Украины без нее не обойтись. Может быть, есть еще какие-то задачи, но они официально не озвучиваются.

- Да поддержка киевского режима ни на минуту не прекращается. США не прекращают передавать им разведданные, а это стратегический инструмент. "Старлинк", на котором висит вся связь ВСУ, тоже не отключается. Да и продажу оружия Трамп не отменил. Да, деньги за эту технику платит Евросоюз. Но для нас-то ничего не меняется.

Допустим, вместо Трампа придет кто-то еще. Может быть, он даст что-то сверх того. А, может, не даст. У Украины-то все неплохо. Темпы нашего продвижения снижаются в этом году от месяца к месяцу. Да, это оправдывается подготовкой к большому наступлению. Так это или нет, посмотрим.

Пока же ВСУ медленно отступают, но фронт у них держится.

- Насчет подготовки к наступлению. Сейчас ходят слухи, что осенью после выборов будет еще одна волна мобилизации, потому что в последнее время правительство слишком часто стало говорить, что ее точно не будет.

- Разговоры про еще одну мобилизацию у нас начались в зимой 2023 года после первой мобилизации. С тех пор эта всплывает три-четыре раза в год, но ее до сих пор нет. И потом, надо не забывать, что даже в случае мобилизации новых бойцов надо готовить еще четыре-шесть месяцев. Подобные вещи проводить надо заранее. И, честно говоря, я не вижу смысла в этом мероприятии по одной простой причине.

У нас под ружьем находится около миллиона срочников. Понятно, что их не хотят отправлять в окопы на передовую, но обеспечить ими тыловые части, усиление охраны границы и логистику до фронта можно. Это высвободит у нас сотни тысяч солдат.

В общем, и без мобилизации у нас есть способ нарастить численность группировки войск в зоне СВО.

- Нет, не сможем. ВСУ более-менее приспособились к нашей тактике, которую мы используем с осени 2023 года. В рамках этой тактики речь может идти лишь об освобождении нескольких сотен квадратных километров в месяц.

С осени 2025 года у нас есть проблемы с ликвидацией Купянского укрепрайона, включая позиции противника на восточном берегу Оскола. Есть проблемы с полным освобождением Константиновки, бои за которую начались еще в прошлом году. Мы не продвинулись западнее Часов Яра.

Я был против того, чтобы за него сражаться. Но это оправдывали тем, что якобы это кратчайший путь на Краматорск. Только у нас не смотрели на карту и не обращали внимание, что за Часовым Яром находится громадная сеть укреплений, опирающихся на мелкие населенные пункты. И то, что мы до пор ведем бои за Николаевку, которая непосредственно примыкает к юго-западу к Часов Яру, подтверждает, что за два года мы здесь не смогли продавить оборону ВСУ.

И Константиновку мы вынуждены были атаковать с одного направления – с юго-востока. Это тоже была ошибка. Когда вы атакуете такие укрепрайоны с одного направления, вы неизбежно упираетесь в длительные бои. Кстати, в Купянск, мы тоже заходили только с севера.

Это достаточно наглядные примеры, чтобы понять, что не поменяв стратегию ведения боевых действий, мы целей СВО не добьемся.

- Также хотел бы с вами обсудить налеты ВСУ на наши тылы. Понятно, что из активных мер защиты надо проводить стратегическую наступательную операцию. Но предпринимаем ли мы достаточно пассивных мер защиты, чтобы укрепить нашу ПВО?

- Нет, недостаточно. Я, например, не понимаю, почему мы не используем дешевые и легкие в изготовлении акустические датчики обнаружения украинских БПЛА. У этих аппаратов низкая отражающая способность. Большинство РЛС их засечь не в состоянии. А вот акустическими датчиками они определяются на "раз, два, три".

Я на эту тему разговаривал со специалистами и видел опытные образцы таких изделий.

Во-первых, акустические датчики позволяют за несколько десятков километров четко определить направление, откуда приближаются беспилотники по характеру акустического сигнала. Во-вторых, они даже позволяют определить тип дрона. В-третьих, при достаточном количестве датчиков можно определить точное направление и скорость движения БПЛА. После всего этого уже можно осуществлять визуальный захват цели.

Понятно, в каком секторе он может находиться. И вот туда могут выдвигаться мобильные огневые группы. Они у нас уже массово применяются. И у нас хорошая разветвленная сеть дорог, чтобы МОГи могли быстро доехать до места назначения и посбивать эти беспилотники.

Пока мы этого не делаем. Но это было бы хорошей подмогой. К сожалению, РЛС не могут обнаружить низколетящие цели. К тому же, эта штука дорогая и маломобильная. Да и прикрыть всю территорию РФ нельзя.

Я в этом плане привожу пример Израиля. У него крохотная территория. Он десятилетиями ее прикрывает новейшими разработками в части СВО. Но он не в состоянии даже эту крохотную территорию закрыть. Поэтому говорить о том, что мы сейчас создадим кучу средств ПВО и все будет нормально, нельзя.

Повторюсь, нужны дешевые и массовые способы противодействия беспилотникам. Почему мы этого не делаем – не знаю. Но предложения эти существуют уже много лет. И даже до СВО в Минобороны опытные образцы поступали.

- От "Фламинго" защищают существующие средства. "Фламинго" - это примитивная ракета, сделанная на коленке. Прицепить к трубе реактивный двигатель и простенькую систему управлению – дело нехитрое. Она прекрасно захватывается РЛС. И как раз к уничтожению таких целей у нас прекрасно готовились со времен СССР.

С обычными крылатыми ракетами все как раз проще. А вот противодействие беспилотникам (по нам к концу года будут запускать тысячи дронов за один раз) может быть только таким же дешевым и массовым. Потому что ни одна существующая система ПВО, опирающаяся на базовые РЛС и зенитно-ракетные комплексы, не в состоянии выдержать такие налеты.

Даже если РЛС захватит их все цели и начнет вести, у нас "Панцирей" не хватит, чтобы их все сбить. А вот мобильные группы с ними справятся. Чего-чего, а пулеметов у нас хватает. И учетверенные "Максимы" тоже работают эффективно.

Также по теме - в интервью Геннадия Алехина: Если Россия начнет укрывать производство под землей, ВСУ будут бить по нему еще точнее