Большой скандал в огромной КПСС. 70 лет со дня завершения работы XX съезда

Начнём, пожалуй, с того, что само по себе мероприятие было очень типичным, соответствующим определённом традициям, существовавшим уже в КПСС.

Во времена оны у студентов, учивших истпарт (а его учили все), было простое мнемоническое правило – привязывать номер съезда к названиям "антипартийных" фракций и платформ, разоблачённых на этом съезде. И запомнить проще и главное содержание легко раскрывается – от противного. Если "рабочая оппозиция" выступала за рабочих, то партия была, соответственно против рабочих (это шутка – "рабочая оппозиция" предлагала передать управление производством профсоюзам, дискуссия об их функциях была в основном завершена на XI съезде в 1922 году).

В этом ряду особняком стояли I съезд, на котором была учреждена партия (и который, кстати, остался без последствий в силу ареста всех его участников, что признавалось и в учебниках истории КПСС), XVII – "съезд победителей", на котором никаких оппозиций уже не осталось, что не помешало репрессировать почти всех его участников, и XIX съезд, на котором даже гонять было некого – всё было параллельно и перпендикулярно как в армии.

В этом смысле XX съезд действительно был возвращением к ленинским традициям топтания оппонентов с удалыми покриками и актами идеологического шаманизма в виде призыва духов классиков.

Чего стоит один только "секретный доклад", прочитанный в ночь на 25 февраля на закрытом заседании съезда в отсутствие представителей "братских партий". Доклад был настолько секретный, что стенографическая запись выступления Хрущёва не велась и соответственно по сей день неизвестно, чем сказанное на съезде отличалось от официальной версии, изданной миллионными тиражами (впервые его опубликовали в США – что само по себе огромный соблазн для разного рода конспирологии в духе "американский шпион отчитался перед хозяевами"). Справедливости ради надо сказать, что публикация была предпринята уже летом – после принятия 30 июня постановления ЦК КПСС "О преодолении культа личности и его последствий", причём в сокращённом виде – полный тест был издан только в 1989 году.

Были конечно и различия, которые, собственно, позволяют XX съезд выделять в нечто особенное.

Во-первых, лидеры оппозиций, включая даже блистательного Льва Троцкого или чуть менее яркого Григория Зиновьева, всё же были фигурами примерно равноразмерными, в то время как "культ личности" был настоящим богом-императором. Учитывая же формулу "Сталин – это Ленин сегодня" (обратная формула подпадала почему-то под действие статьи 58.10 УК РСФСР – совершенно непонятно почему…), то коллективное руководство КПСС копало под самого Ильича…

Во-вторых, политика лидеров оппозиций всё же была идеологическими уклонами. Разоблачение же "культа личности" ставило под вопрос всю политику страны с 1934 года… Ставило, хотя произнести это никто не решился – курс был правильный, культ только был какой-то не такой. В полном соответствии с характерной для христианства идеей – священник может ошибаться, но Церковь, суть – тело Христово, не ошибается.

Кстати, сам по себе "культ личности" разоблачители откопали не у кого-нибудь, а у… Сталина. В 1938 году он писал по поводу книжки "Рассказы о детстве Сталина":

"Книжка имеет тенденцию вкоренить в сознание советских детей (и людей вообще) культ личностей, вождей, непогрешимых героев. Это опасно, вредно. Теория "героев" и "толпы" есть не большевистская, а эсеровская теория".

Новое коллективное руководство КПСС и, в особенности, новый лидер Никита Хрущёв, тоже ничего особенного не делало – просто боролось за власть, не задумываясь о том, как это будет выглядеть со стороны.

Хотя нет, об этом они как раз думали – обосновывать своё право на власть после Сталина было очень тяжело. И тут, в общем, не важно, где кончалась личность Вождя и начинался раздутый "культ личности" – второго у коллективного руководства не было, а первое сильно хромало. В таких условиях осталось только разоблачать и культ, и личность, не останавливаясь перед очевидными глупостями вроде управления военными операциями по глобусу…

Но даже с этими поправками ничего чрезвычайного, с точки зрения коллективного руководства, не происходило. Даже наоборот – происходило возвращение к ленинским нормам внутрипартийной демократии. Правда, до отмены решения X съезда о запрете фракций не дошло, но с этим даже XXVIII съезд не справился – не смотря на фактическое наличие в партии фракций, "законопослушно" называемых "платформами".

"Коллективное руководство" всё же не учло, что времена поменялись. Даже помимо указанных выше особенностей надо было понимать, чем КПСС отличалась от ВКП(б), РКП(б) и РСДРП(б). То были партия, сначала, глубоко оппозиционная, даже маргинальная, потом борющаяся за право определять пути развития страны и за выбор самих этих путей. При этом страна сама особой роли в мире не играла. А вот в 1956 году речь шла уже о мировой сверхдержаве и её правящей партии, которая рулила не только собой, но и всей мировой системой социализма через механизм Коминформа (он, кстати, был ликвидирован сразу после съезда).

Результатом была утрата КПСС и СССР значительной части символического капитала. Советский опыт перестал быть безусловным – ведь любое направление политики советского руководства могло быть задним числом объявлено уклоном и отменено.

Собственно, это и было взносом Хрущёва в теорию марксизма-ленинизма, названное "многообразием путей к социализму". Формулировка нейтральная, но за ней скрывается возможность социалистических стран отказываться не только от подчинения СССР, но даже и от его арбитража. Более того, в отношениях с Китаем, Албанией и Югославией дошло до конфликтов (с Китаем даже вооружённым).

С этого времени союзники СССР начали постепенно переходить на товарно-денежные отношения – если "социалистический выбор" разного рода африканских царьков пользовался спросом на Старой площади, то отношение к социалистическому выбору самого СССР стало настороженным. И настороженность эта оказалась оправданной – в конце концов сами же руководители КПСС объявили коммунистический эксперимент неудачным…

В общем, основания считать итоги XX съезда началом декоммунизации есть, хотя сам Хрущёв, конечно, декоммунизатором себя не считал. Есть даже альтернативная точка зрения, что в 1953 году как раз победила фракция идеологически зашореных, в то время как Берия был прагматик… Не думаем, что всё так просто.

На фоне "секретного доклада" потерялись другие решения съезда, а там речь шла о важных вещах – создании нового индустриального ядра в Сибири и на Дальнем Востоке и прекращении производства паровозов. Ну правда – где паровозы, а где массовые репрессии.

Кстати, о репрессиях – очевидцы событий, начиная с авторитетнейшего Фёдора Бурлацкого (в то время – сотрудник международного отдела журнала "Коммунист", позже – заметный учёный, доктор философских наук, в 1990-91 годах – главный редактор "Литературной газеты") – рассказывали о том, что они были потрясены раскрывшейся правдой о размахе репрессий. Это при том, что они сами были свидетелями репрессий… Исчезновение трёх из пяти маршалов они, конечно, заметили, но на уровень реальной жизни такого рода события не проецировались – подавляющее большинство граждан с репрессиями либо не сталкивались вообще, либо не видели в них чего-то необычного.

5 марта 1956 года, в третью годовщину смерти Сталина, в Тбилиси началось стихийное возложение цветов к памятнику генсеку. Оно перешло в демонстрации и митинги с портретами Сталина. Власти утратили контроль над столицей республики и 9 марта в город были введены войска, открывшие огонь на поражение. По данным МВД ГССР, было убито 15 и ранено 54 человека, из которых 7 умерло в больницах, 200 человек было арестовано.

Непосредственным результатом XX съезда стал антикоммунистический мятеж в Венгрии, который пришлось подавлять Советской Армии, и восстание в Познани (поляки справились сами).

На XXII съезде КПСС в октябре 1961 году было принято решение о "десталинизации" –были переименованы населённые пункты, снесены памятники (кроме одного – на родине генсека в Гори), тело Сталина было вынесено из мавзолея, но захоронено в отдельной могиле у кремлёвской стены и до сей день является местом паломничества.

Дискуссия "культистов" и "антикультистов" затихла сама собой к концу власти Хрущёва, а упоминание Сталина в докладе Л.И. Брежнева 8 мая 1965 года положил начало "бархатной ресталинизации"

P.S.: На настоящий момент по данным различных социологических исследований к Сталину положительно относятся значительно больше 50% граждан России. Он, безусловно, относится к числу наиболее авторитетных политических деятелей прошлого.

Данных об отношении к Хрущёву мы даже не нашли – видимо не интересен он социологам.