Сын казака-эсэсовца и правая рука Пиночета: 80 лет Мигелю Краснову-Марченко

Мигель Краснов-Марченко появился на свет 15 февраля 1946 года в городке Лиенц в Австрии. Здесь в нескольких лагерях для перемещённых лиц англичане держали служивших немецким нацистам казаков и членов их семей из т.н. "Казачьего Стана" и 15-го казачьего кавалерийского корпуса СС. Всего в Тироль ушли 18 395 строевых казаков и 17 014 беженцев.

Немцы ранее активно использовали казаков-коллаборационистов против итальянских партизан и против войск наступавших союзников, так что особой причины относиться к ним лояльно у последних не было. До этого казаки отметились в карательных действиях против белорусских и украинских партизан, при подавлении Варшавского восстания, так что у советской стороны вопросов к ним было ещё больше.

28 мая, под видом вызова на "конференцию", англичане отделили от основной массы казаков 2756 офицеров и генералов и передали советской стороне. Среди них оказался бывший белый казачий офицер, некий Семён Николаевич Краснов – генерал-майор Вермахта, начальник штаба Главного управления казачьих войск рейсхминистерства по управлению восточными территориями. Он любил говаривать: "Против большевиков хоть с чёртом".

Он принадлежал к старинному казачьему роду Красновых, был прямым потомком воевавшего под началом генерала Суворова и атамана Платова и погибшего в Бородинском сражении генерал-майора Ивана Козьмича Краснова.

Нацистского генерала выдали советской стороне вместе с его двоюродным дядей, Петром Николаевичем Красновым. В годы Гражданской войны тот был атаманом Всевеликого войска Донского, а при немцах возглавлял нацистское Главное управления казачьих войск. В Гражданскую Семён Николаевич также служил под его началом, был полковником Донской армии. Обоих, после расследования, казнили вместе с другими высокопоставленными казачьими коллаборационистами 16 января 1947 года в Москве.

Выдача казаков 28 мая была не единственной. 1 июня возле лагеря Пеггец у полевого алтаря во время причастия, которое проводили одновременно 18 священников, англичане штыками прикладами и дубинками загнали всех в грузовики и отправили в советскую зону оккупации. В различных источниках утверждается, что при этом погибло до тысячи казаков и членов их семей. Депортации продолжались до середины июня.

Жена Семёна Краснова, Дина Владимировна Марченко, была кубанской казачкой и бывшей студенткой Парижского университета. Со своим мужем она познакомилась в разгар Второй мировой войны, и оказалась в лагере и без мужа. Однако некий работавший в Италии чилийский дипломат, Санта-Крус, помог ей и её матери Марии Марченко бежать из лагеря и поселиться в снятом им доме. Он также оказал помощь ещё нескольким казачьим семьям.

За чьи деньги осуществлялась данная операция и по каким причинам доподлинно неизвестно. Мигель Краснов утверждает, что имя благодетеля он не знает до сих пор. Бытует мнение, что никакого дипломата Санта-Крус не существовало, а переселение в Чили семей немецких нацистов, в том числе и казачьих, было проведено американскими спецслужбами.

Михаил Краснов родился в австрийском Лиенце и был там же крещён в православной церкви Святого Николая. Через несколько месяцев его семью смогли переправить в итальянский Триест, где нужно было дождаться возможности эмигрировать в Чили. 19 августа 1948 года на судне "Mercy" семья прибыли в Вальпараисо.

Сначала они с сотнями других беженцев жили в лагере на стадионе "Насиональ де Чили" в столице Сантьяго. Но затем Дина Владимировна устроилась на работу в Министерство иностранных дел – она в совершенстве знала шесть языков, в том числе испанский. Постепенно быт наладился, удалось снять хорошую квартиру, дать Мише, который в Чили стал Мигелем, приличное образование.

Дина Владимировна хотела, чтобы её сын поступил в университет, получил гражданскую специальность. Но бабушка, Мария Иосифовна, была другого мнения. Она спросила Мигеля, как он смотрит на поступление в самую престижную в Чили Военную школу города Сантьяго, и тот с радостью согласился. Он её окончил с отличием в 1967 году в звании младшего лейтенанта пехотных войск.

Карьера у потомка казаков-нацистов шла в гору. Сначала он послужил на севере страны, помотался по гарнизонам. Затем его вернули в его военную альма-матер служить там инструктором.

24 октября 1970 года президентом страны стал лидер Социалистической партии Сальвадор Альенде. Он начал популярную в народе аграрную реформу – было национализировано до четверти сельхозугодий страны, ранее принадлежавших крупным латифундистам. Те ответили массовым забоем скота, бойкотированием снабжения страны провизией. Национализировались бумажная и медеплавильная промышленности. Последнюю, дававшую 4/5 доходов страны от экспорта, на 80% контролировали американские корпорации. Поэтому политика Альенде не могла не вызвать в Вашингтоне раздражение.

Американцы пытались в 1969 году устроить в Чили военный переворот, но он провалился. Уже в наши дни США рассекретили данные, что с приходом к власти Альенде чилийский филиал ЦРУ запросил разрешение головного офиса на вербовку в армии Чили новых агентов – старых после провала с переворотом власти "повыбили". Разрешение было получено.

11 сентября 1973 года в Чили состоялся успешный военный переворот. Краснов со взводом кадетов захватил резиденцию Альенде. Самого президента в ней не было – он сражался и погиб в президентском дворце "Ла Монеда".

Всех противников Хунты военные согнали на стадион "Насиональ де Чили", где когда-то давно семья Краснова ютилась после бегства из Европы. Теперь же он активно участвовал там в пытках несогласных, руководил допросами. Всего через этот концентрационный лагерь прошли около 40 000 человек. Сколько из них погибло, точно неизвестно до сих пор. Чилийская комиссия по делам политзаключённых сообщает о 1850 убитых и 1300 пропавших без вести. Чилийские военные практиковали высотный сброс своих жертв над океаном с вертолётов, после чего ни тел, ни свидетелей, ни протоколов допросов не оставалось.

После переворота карьера Мигеля Краснова-Марченко пошла вверх. Его зачислили в штат DINA – Директората Национальной разведки, который был создан хунтой после переворота. DINA курировала целую сеть нелегальных тюрем, где пытали и убивали несогласных. В 1974 году Краснова отправили в Панаму, где американцы устроили для чилийских офицеров курсы. На них обучали борьбе с партизанами, с подпольщиками, проведению допросов и т.д. Краснов на курсах оказался одним из самых лучших за всю историю их существования. Вскоре он вернулся обратно в Чили и с головой погрузился в работу.

Одним из самых известных мест службы Краснова стала бывшая штаб-квартира Социалистической партии Чили. Хунта превратила её в одну из своих секретных тюрем с кодовым названием "Юкатан". Людей здесь пытали, чаще всего используя электричество и тостеры, а также привлекая к пыткам их родственников. Родственников перед жертвой могли избить, запытать, изнасиловать. Краснов и те, кто пытается его реабилитировать и в Чили, и в России, горячо утверждают, что он не имел к этим преступлениям никакого отношения, но осталось множество свидетелей, а материалы расследований признаны всеми правительствами Чили, в том числе и правыми.

В декабре 1974 года Краснова впервые за сто лет наградили высшей чилийской медалью "За мужество". Этой чести он удостоился за ликвидацию руководителя леворадикальной организации MIR Мигеля Энрикеса. 5 октября 1974 года 200 солдат политической полиции DINA блокировали его и ещё нескольких товарищей в доме на одной из рабочих окраин Чили. По версии DINA подпольщики два часа вели неравный бой и погибли. Последующее расследование установило, что боя не было – их банально убили.

После того, как левое движение в Чили было загнано в глубокое подполье, хунта приступила к активному уничтожению партизан – часть несогласных ушла в горы и создала там боевые отряды. С 1975 по 1976 годы Краснов командовал батальоном в 1-й Горной Бригаде, реализовывая на практике то, чему его обучали в Панаме.

Краснов оказался у Пиночета на особом счету. В ноябре 1975 года он летал вместе с ним в качестве телохранителя в Испанию на похороны диктатора Франко. В 1980 году Мигель с отличием закончил Военную академию Чили, после чего дослужился до звания бригадира. Есть известная постановочная фотография, на которой он стоит за спиной сидящего в кресле Пиночета, всем своим видом демонстрируя важность своего положения.

Службу Краснов оставил в 1998 году после добровольной отставки своего благодетеля. Военное руководство отправило его руководить на пенсии санаторием для военных, но долго ему там прохлаждаться власти не дали.

Уже через три года Краснова арестовали и предъявили первые обвинения. Впоследствии появлялись всё новые и новые эпизоды, которых уже набралось более 80-ти, по каждому из которых Краснову присуждали новые сроки. В отличие от нашего гуманного судебного права в Чили не работает принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, нет наказания по совокупности преступлений. Сроки суммируются, и у Краснова их уже набралось 910 лет плюс один день. Есть сроки, которые ему присудили суды Германии и Франции, так как среди его жертв числятся и граждане этих стран. Никакие апелляции во внимание не принимаются. Краснов настаивает, что его нельзя судить, так как истекли все сроки давности. Но по тем же чилийским законам, если тело не найдено, исковая давность не исчисляется.

При всём при этом, камера у Краснова довольно комфортабельная, пенсия превышает $ 3 тыс., так что сказать, что казак-любимчик Аугусто Пиночета так уж сильно страдает, нельзя. В свои 80 лет он выглядит весьма бодро и уверенно – его поддерживают и армейские организации, и американцы – и планирует жить он ещё очень долго.