"И чёрт с нами": одесское предсказание "августовского путча"

У нас, за редким исключением, редко помнят имена режиссеров и, тем более, сценаристов тех или иных киношедевров. Павловский и Шевцов создавшие вместе "Зелёный фургон", "Трест, который лопнул", "Светлую личность", не исключение.

В сентябре 1988 года они смотрели, как на одном из мероприятий во Дворце моряков участники фестиваля обсуждали и клеймили советский строй – в разгар Перестройки это было модно. Тогда Павловский и Шевцов подумали, а как бы все себя повели, если бы вдруг сюда, в зал, заявился Сталин. Идея им показалась забавной, Шевцов сказал: "Хорошая мысль. Давай сценарий напишем", и к исходу 1989 года он был готов.

Государство выделило на съёмки средства, и средства немалые – порядка $ 1,2 млн по курсу того времени. Павловский потом утверждал, что его фильм стал последним, который профинансировало Госкино СССР. Проверить это утверждение у автора возможности нет, но оно похоже на правду.

Сюжет закручивается с того, что в январе 1953 года Сталин и Берия заставляют одного из репрессированных учёных ввести "вождя всех народов" в анабиоз. В итоге Иосиф Виссарионович не умирает, а засыпает и пробуждается в 1990-м году под Одессой у себя на даче. В это время здесь собираются ничего не подозревающие участники Праздника смеха, которых селит на эту дачу также ничего не подозревающий администратор мероприятия Лёша Муромцев. Он и обнаруживает "воскресшего" генсека, и даже умудряется с ним сдружиться. Ознакомившись с печальной безыдейной перестроечной действительностью, Сталин решает совершить военный переворот. Но ратующий за свободу Лёша Муромцев спасает страну от возвращения во времена репрессий и культа личности. В критический момент он выдаёт себя за врача психлечебницы, и Сталина увозят в психушку.

Сначала кинолента носила название "Нашей юности полёт" – это строка из одной из популярных песен сталинских времён "Сталин – наша слава боевая". Затем Павловский решил изменить его на "И чёрт с нами". Съёмки велись в 1990 году на Одесской киностудии. В Южную Пальмиру пригласили практически весь цвет советского кинематографа, снимавшийся в предыдущих работах режиссёра. Главную роль Лёши Муромцева – администратора фестиваля юмора, сыграла звезда "Зелёного фургона" (1983) Дмитрий Харатьян.

Остальные актёры в большинстве своём также являлись настоящими звёздами того времени: Александр Демьяненко ("Шурик" из фильмов Гайдая), Николай Караченцов, Бронислав Брондуков, Игорь Дмитриев, Михаил Кокшенов, Лариса Удовиченко, Михаил Светин, Виктор Павлов (сдавший банду "Горбатого" "урка" из "Место встречи изменить нельзя"), Сергей Иванов ("Кузнечик").

Александр Демьяненко, похоже, приехал в Одессу не только сниматься, но и отдыхать семьёй – в фильме в эпизодической роли сыграла его жена Людмила Акимовна. Подругу главного героя Лёши Муромцева сыграла звезда фильма "Господин оформитель" (1988) Анна Демьяненко – скорее всего, просто однофамилица Александра Сергеевича. Павловский и сценарист Шевцов тоже "засветились" в киноленте в небольших ролях.

Друг Владимира Высоцкого Всеволод Абдулов, сыгравший в "Место встречи изменить нельзя" (1979) эпизодическую, но запоминающуюся роль трусливого и прижимистого милиционера, у Павловского изобразил Берию. После тяжёлой аварии он плохо запоминал текст, ему тяжело было играть, но в Одессе к актёру относились тепло и, как могли, помогали ролями, пусть даже и небольшими.

Из всех занятых в главных ролях и ролях первого плана актёров не отмечался ранее в Одессе, пожалуй, только Георгий Саакян, который сыграл Сталина. Он родился и учился в Баку, работал там простым инженером-проектировщиком. Его внешнее сходство с Вождём ещё со студенческой скамьи было источником многочисленных шуток и розыгрышей.

В 1978 году, когда ему уже перевалило за пятый десяток, Георгия Маркаровича без всяких шуток пригласили на пробы в выдающийся советский фильм "Тегеран-43". Он их прошёл, снялся, и после этого его стали регулярно приглашать играть Сталина в различные проекты. За его жизнь их было 36. В 1990 году по Баку прокатились масштабные армянские погромы, и Саакян был вынужден бежать из родного города в Москву. Вот как он вспоминал о съёмках у Павловского, на которые его пригласили как раз в этот период его жизни:

"Я был на положении беженца уже четвёртый месяц, я был зол на всю систему, порождённую и укреплённую моим прототипом. Прочтя сценарий, я подумал: "Сыграю назло ему!" И чёрт с нами, если мы такие дурные: пришёл он – и мы опять пошли за ним. Во время съёмок не было никаких сомнений, что фильм – чистейшая фантазия, что не может быть никакой диктатуры. А через месяц после его завершения произошёл военный переворот, о котором у нас с экрана предупреждает Шеварнадзе".

Кинопроизводство шло легко и непринуждённо. Во время съёмок сцен с "ожившим Сталиным" некоторые прохожие, случайно оказавшиеся рядом, принимали происходившее за политическую акцию. Это вызывало разные комические недоразумения.

Актёры также вспоминали, что Караченцов часто импровизировал, превращая серьёзные сцены в фарс, при этом сильно оживляя даже незначительные эпизоды. Музыку к фильму и к песням, которые он исполняет в ленте своим фактурным бархатистым с хрипотцой голосом, написал композитор Максим Дунаевский. С 1982 года, после работы над "Трестом, который лопнул", он без перерывов писал музыку ко всем фильмам Павловского. Тот даже обыграл этот момент в фильме. Сталин спрашивает у героя Харатьяна, кто написал к понравившейся ему песне музыку. Услышав фамилию "Дунаевский", он говорит: "– А-а-а, Дунаевский. Знаю – "Кубанские казаки". – Это его сын. – Хороший сын".

В Москву, в Госкино для получения прокатного удостоверения киноленту сдали 30 июня 1991 года. Одна из редакторов, по воспоминаниям режиссёра, тогда сказала: "Хорошая картина, веселая, радостная. Но вот жалко, что уже не актуальная". Она даже не догадывалась, что всего через полтора месяца предсказанную в "И чёрт с нами" попытку "красного" переворота попытаются осуществить в реальной жизни.

Фильм не пропускали – для 1991 года он оказался слишком смелым. Несколько раз Павловскому приходилось летать в Москву и вместе с Николаем Караченцовым и Максимом Дунаевским демонстрировать фильм Михаилу Горбачёву, Эдуарду Шеварнадзе, в то время министру иностранных дел СССР и члену Политбюро. В фильме присутствуют кадры интервью Шеварнадзе, где он говорит ведущему программы "Вид" Александру Любимову, что если Перестройка не будет доведена до логического завершения, победит диктатура.

Возили "И чёрт с нами" и в Верховный Совет РСФСР, возглавляемый в то время Русланом Хасбулатовым. Караченцов и Дунаевский своим авторитетом как бы поддерживали Павловского, но даже это пока не помогало – фильм "не проходил". А затем в августе грянул путч.

В самом начале попытки переворота, 19 августа, Павловскому позвонили в Москву из Одессы и предупредили, что картину арестовали и забрали в КГБ, и чтобы он не торопился возвращаться. Какой-то знакомый сотрудник итальянского посольства предложил вывезти "И чёрт с нами" на кассете за рубеж дипломатической почтой. Неизвестно, воспользовался этим предложением Павловский, или нет, но вот то, что фильм демонстрировался в Белом доме противникам путча – это общеизвестный факт.

В результате "И чёрт с нами" вышел в прокат только 2 февраля 1992 года уже в независимых странах СНГ. Несмотря на звёздный актёрский состав и замечательную музыку, особую кассу он не собрал. Павловский отмечал, что хотел показать "смешное и страшное одновременно", а Харатьян говорил о "сюрреалистичности" происходящего на площадке. Его актёрская свобода, резко контрастировала со статичностью и жёсткостью "Сталинского" персонажа, создавая комический баланс, придавая "нерв" фильму. Всё это вместе создавало определённую магию сатирической комедии… которую зритель не оценил.

Отечественный кинорынок отказался расчищенным от проклятого "совкового прошлого", в том числе и руками самих бывших советских киноделов. Но, вопреки ожиданиям, на него рванули не их поделки, а широким потоком полилась более профессионально и дорого сделанная голливудская продукция. Она просто смела отечественный кинематограф на два десятилетия, превратив его в периферийное явление.

Кроме того, фильм оказался слишком сумбурным и неоднозначным, вызывающим самые разноречивые впечатления и отзывы. Сталин был изображён каким-то мелким пакостником, подкладывающим на стулья своих соратников яйца или кидающийся ими. И это не мешало ему в тоже время пытаться совершить государственный переворот и одним взглядом усмирять матёрых служебных собак. Граждане СССР последнего года Перестройки изображены эдакими флюгерами, готовыми с первыми изменениями "политического ветра", как сейчас принято говорить, "переобуться в воздухе". Вот мы за свободу, Перестройку и гласность, а вот уже в патриотическом порыве салютуем вождю и поём ему здравницы.

Фильм "И чёрт с нами" стал памятником переходной Перестроечной эпохи: он противоестественно соединил сатиру, фарс и политическую аллегорию. Несмотря на ограниченный успех в прокате, картина сохранила ценность как документ культурного перелома начала 1990‑х. Пересматривая её, невольно задумываешься – а вот теперь, обладая послезнанием, на чьей бы стороне, случись такая, как в фильме, ситуация, за кого выступил бы я? Защищал бы Перестройку, и неизбежно следующие за ней развал Союза, войны в Чечне, в союзных республиках, на Украине, разорённый Донбасс, вымирание населения, деградацию образования, неподъёмную для большей части населения ипотеку и т.д., и т.п., или попытался бы всё же "отмотать" ситуацию назад? Вот лично Вы бы как поступили?