Сколько придется заплатить за мир? Доктрина "многополярности" Трампа

В преамбуле — критика предыдущих администраций, которые "растрачивали ресурсы американского народа на самодовольные обещания поддерживать абстрактные конструкции вроде международного порядка, основанного на правилах". Предыдущие администрации, сказано в документе, поощряли Европу к "нахлебничеству", в результате чего союзники по НАТО оказались неспособными эффективно сдерживать или отражать "российское вторжение на Украину". Зато Израиль, который "продемонстрировал готовность и способность защищать себя после варварских атак 7 октября", показал, что он является "образцовым союзником", но предыдущая администрация связывала ему руки. А в это время Китай нарастил мощь в Индо-Тихоокеанском регионе, который имеет "прямое значение для безопасности, свободы и благосостояния американцев".

Теперь же возвращается "настоящая" роль вооруженных сил США — вести войны и побеждать в них, а также сдерживать те войны, которые выходят за рамки интересов Вашингтона.

Приоритеты видны даже из преамбулы, но все же попробуем предметно разобраться, что лежит за этими пафосными изречениями.

Итак, "Америка прежде всего. Мир через силу. Здравый смысл" — так называется первый пункт стратегии.

Стратегия "Америка прежде всего" раскрывается как реалистичное соотношение целей, способов и средств. Она "не отождествляет интересы США с интересами всего остального мира — не считает, что угроза человеку на другом конце планеты равнозначна угрозе американцу", не исходит из необходимости насильственного внедрения американского образа жизни и не стремится решать все мировые проблемы. Однако в усилении Китая в Индо-Тихоокеанском регионе Америка видит прямую и явную угрозу жизненно-важным интересам страны.

В приоритете — Homeland and Hemisphere, т.е. территория США и Западное полушарие. Главная заявленная "домашняя" угроза — нелегальные мигранты (с потоком которых увязывается наркотрафик) и "несправедливое" движение товаров. Похищение президента Вененсуэлы Мадуро названо привлечением ответственности "наркотеррористов", которые больше не смогут "безнаказанно отравлять американцев". Главная угроза в Западном полушарии — отход предыдущих администраций от доктрины Монро и усилившееся в связи с этим влияние противников США в Гренландии и Южной Америке.

Противников же (помимо нелегальных мигрантов, "наркотеррористов" и настоящих террористов типа Аль-Каиды* и ИГИЛ*) выделено ровно четыре: КНР, Россия, Иран, КНДР.

Если Западное полушарие объявлено зоной прямого доминирования США, то вопрос Индо-Тихоокеанского региона поставлен более тонко. Штаты ставят своей задачей не контроль, но доступ к торговле и инвестициям в этом регионе, который "в ближайшее время будет формировать более половины мировой экономики" и важен для американской реиндустриализации. Итак, цель — не позволить никому доминировать в регионе, сохранить его как зону рыночной конкуренции. Для этого нужно сдержать Китай с помощью "поддержания благоприятного баланса военной мощи". Речь идет не об удушении Китая, смене режима и уж тем более не о войне с ним, но о некоем договоре об обоюдном доступе к ресурсам Индо-Тихоокеанского региона. Добиться такого договора можно только имея подавляющую военную силу. Еще раз, ее не нужно использовать, ее достаточно просто иметь.

С Россией ситуация иная. Она названа устойчивой, но управляемой угрозой, причем даже не для всего НАТО, а только для восточных членов альянса. Война на Украине показывает, что несмотря на демографические и экономические трудности, у РФ по-прежнему есть значительные военные и промышленные мощности и "национальная решимость" вести затяжную войну в ближнем зарубежье.

Также несмотря на то, что основная угроза со стороны России видится лишь в Восточной Европе, наличие крупнейшего в мире ядерного арсенала, а также подводных, космических и кибернетических возможностей потенциально может представлять угрозу и для территории США. Поэтому Пентагон продолжит играть ключевую роль в рамка НАТО, но скорректировав расстановку американских сил в Европе с учетом реального положения дел и возможностей европейских стран НАТО.

"Москва не находится в положении, позволяющем ей претендовать на гегемонию в Европе, — указано в стратегии. — Европейские страны НАТО многократно превосходят Россию по экономическому потенциалу, численности населения и, следовательно, по скрытому военному потенциалу. В то же время, несмотря на значимость Европы, её доля в мировой экономике меньше и продолжает сокращаться. Следовательно, хотя Соединённые Штаты остаются вовлечёнными в европейские дела и будут оставаться таковыми, приоритетом для них являются и будут оставаться защита территории США и сдерживание Китая".

Поскольку совокупная экономика европейских стран НАТО несоизмеримо больше российской, союзники обязались повысить оборонные бюджеты до 5% ВВП и принять на себя основную ответственность за собственную оборону при ограниченной поддержке США. Речь идет и о поддержке Украины. Штаты настаивают на завершении войны и на усилении роли Европы в послевоенном поддержании мира в регионе.

Что касается Ирана, то позиция выражена недвусмысленно — не позволить ему обзавестись ядерным оружием. Указано, что с помощью авианалета во время "двенадцатидневной войны" Ирана и Израиля ядерная программа Ирана была уничтожена, а Израиль добился"исторических оперативных и стратегических успехов", в результате чего иранский режим стал максимально слабым и уязвимым. Кроме того, серьезные потери понесла "ось сопротивления" в виде Хезболлы и ХАМАС, а также снижены ударные возможности йеменских хуситов, которые прекратили атаки на американские суда.

Однако в США считают, что Иран намерен восстановить свои военные возможности, по-прежнему стремиться уничтожить "нашего близкого союзника — Израиль" и с помощью прокси-сил провоцирует региональные кризисы, угрожающие жизни американских военнослужащих. Поэтому должен быть укреплен "образцовый союзник" Израиль, но также и партнеры США из нефтяных монархий Персидского залива, которые могли бы самостоятельно противостоять Ирану и его прокси, покупая американское вооружение.

Политическая цель в регионе — углубление антииранской интеграции между Израилем и арабскими странами Персидского залива, а Вашингтон продаст им оружие.

КНДР названа прямой военной угрозой Южной Корее и Японии — союзникам США. Но и для территории США растет "реальная и непосредственная" опасность со стороны ядерных сил Северной Кореи. Тем не менее, учитывая, что в стратегии этому противники уделен один небольшой абзац, слишком уж серьезной проблемы в КНДР администрация Трампа не видит.

В соответствии с вышесказанным определены 4 "линии усилий".

Линия усилий 1 — защита территории США, которая предполагает несколько стратегий:

Линия усилий 2 — сдерживание Китая через силу, а не конфронтацию.
Предполагается расширение форматов взаимодействия с представителями НОАК ради предотвращения конфликтов. Контакты нужны для доведения до китайской стороны позиции США по свободной торговле в Индо-Тихоокеанском регионе. Переговоры должны вестись с позиции силы, что означает, что американские вооруженные силы не допустят Китай к т.н. Первой островной цепи (от Камчатки на северо-востоке до Малайского полуострова на юго-западе) для выхода в Тихий океан.

Линия усилий 3 касается распределения ответственности с союзниками. США концентрируются на Западном полушарии и Китае, тогда как остальные страны НАТО и союзники вне НАТО "противодействуют другим угрозам" (Европа, Ближний Восток, Корейский полуостров). Вводится понятие "образцовый союзник" (им уже назван Израиль) как тот, кто "инвестирует в оборону на необходимом уровне и наглядно усиливает противодействие угрозам в своих регионах при критически важной, но ограниченной поддержке США". Поддержка заключается в продаже оружия, кооперации в ВПК и обмене разведданными. Здесь интересно отметить, что продажа оружия, кооперация в ВПК и обмен разведданными происходит и с Украиной. Таким образом, значительное уменьшение помощи Украине по сравнению с администрацией Байдена — не столько отказ Вашингтона от влияния на Киев (в пользу России), сколько часть стратегии перекладывания ответственности за собственную оборону на союзников. В данном случае на Европу.

Если конкретнее, то в Западном полушарии, помимо защиты границ от проникновения "нелегальных мигрантов и наркотеррористов", а также контроля над Гренландией, Мексиканским заливом и Панамским каналом, важная роль отводится Канаде "для защиты Северной Америки от иных угроз, включая воздушные, ракетные и подводные".

Европа же должна принять основную ответственность за собственную оборону, прежде всего по военным расходам. США же интересно "снижать барьеры в торговле оборонной продукцией", то есть заставить Европу увеличить военные бюджеты для закупки вооружений в Америке. Этому планы сейчас наиболее активно противодействует президент Франции Макрон, лоббируя вложение средств в собственную промышленность, что может затруднить поставки оружия на Украину.

На Ближнем Востоке приоритетны Соглашения Авраама, т.е. союзническая интеграция между Израилем и арабами Персидского залива против Ирана и его прокси-структур. "Твердая поддержка усилий Израиля по самообороне" и сохранение возможности США для проведения "точеных и решительных" операций.

В Африке речь идет только об исламских террористах, а точнее об убежищах для них с целью нанесения ударов по территории США. Принцип такой же, как на Ближнем Востоке — помощь партнерам и союзникам для борьбы с исламистами и сохранение возможности для "прямых действий" в случае необходимости.

Сдерживание Северное Кореи — ответственность Южной Кореи "при критически важной, но ограниченной поддержке США".

Линия усилий 4 — это реиндустриализация в американском ВПК. Планы по продаже вооружений союзникам предполагают, что эти вооружения будут производиться. ВПК, как указано, является опорой всех ключевых направлений стратегии.

Итак, Пентагон заявляет, что целью является мир, но не любой ценой, не ценой "безопасности, свобод и благосостояния американского народа". Такой мир, считают в Вашингтоне, совместим и с интересами потенциальных противников, при условии, что их требования будут "разумными и ограниченными". Штаты не требуют их унижения или подчинения, но требуют от них уважения к сформулированным в стратегии собственным интересам. По сути, требуют нового (постООНовского) передела мира с учетом изменившегося баланса сил так, чтобы сохранить за собой роль гегемона, но немного в иной форме.

Подводя итоги, "мир через силу" заключается в:

И никаких смен "авторитарных" режимов на "демократические". Пусть делают у себя внутри что хотят, лишь бы сохранялось прописанное в стратегии общемировое положение США.

Это классическая доктрина "многополярности", а не то, что обсуждает Россия в рамках БРИКС. Здесь нет никакого равноправия, но есть готовность переделить мир в соответствии с реальными силами и возможностями тех, кто желает этого передела.

Мы уже неоднократно писали, что первым автором такой доктрины являлся член НСДАП и главный юрист нацистской Германии Карл Шмитт. Идея заключалась в том, чтобы создать некую коалицию империалистов, каждый из которых получит во владение часть Земного шара и сможет делать внутри своих "угодий" все, что вздумается, но друг с другом воевать они не станут. Многие из индоктринированных Шмиттом нацистов (например, философ Хайдеггер) приветствовали заключение пакта Молотова-Риббентропа с СССР как реализацию "многополярности", но очень быстро поняли, что ошиблись. Уязвимость идеи в том, что, в отличие от преддверия Первой мировой войны, и во времена Шмитта, и сейчас, не все крупные мировые игроки являются империалистическими странами. СССР не был империалистом и заключал пакт не для того, чтобы переделить мир, а для того, чтобы успеть подготовиться к войне с фашизмом. Ни социалистический Китай, ни капиталистическая Россия сегодня также не являются империалистами. Актуальная задача Китая — строить социализм (он находится в переходном этапе, его экономика многоукладна и социализм там еще не построен), для чего нужно торговать, внедрять современные средства производства, развивать науку и культуру и ни в коем случае не воевать. Задача России — восстановить полноценный суверенитет, то есть превратить свою экономику в высокотехнологичную, вернуть своей культуре мировой статус, решить демографическую проблему, повысить качество жизни населения и т.д. Это тоже не про территориальную экспансию, а СВО начинали не для захвата Украины, но для ликвидации военной опасности у своих границ. Что получилось — отдельная тема, но цели действительно не были экспансионистскими.

Таким образом Россия могла бы включиться в предлагаемую Вашингтоном игру, но только представляя ее себе неким аналогом пакта Молотова-Риббентропа. Не с целью поделить мир с американцами и еще кем-то (как мы видим из стратегии, России такого даже не предлагают, поскольку ее экономика относительно слаба, а значит ее реальные возможности простираются очень недалеко), а с целью получить передышку и укрепиться. Насколько современная Россия воспользуется такой возможностью — это уже другой вопрос.