Иван Евсеевич Кипаренко родился 25 января 1906 года в селе Старая Мусиевка Хорольского уезда Полтавской губернии в семье крестьянина-бедняка. Из имущества у его отца Евсея Кипаренко имелись лишь хата и 0,35 га земли, с которых прокормиться было невозможно. До революции все Кипаренки работали по найму у кулаков за откос хлеба.
Иван тоже рано начал свою трудовую деятельность — помогал отцу по хозяйству, пас чужой скот. Закончить ему удалось только три класса церковно-приходской школы и один класс земской школы.
После революции Евсей Кипаренко получил 3,5 га земли, после чего начал вести собственное хозяйство. Иван работал вместе с отцом на земле до самой мобилизации в сентябре 1928 года.
Его определили в базировавшийся в городке Хорол 224-й стрелковый полк 75-й стрелковой дивизии (сд), где юноша стал курсантом полковой школы. По её окончании с сентября 1929-го по март 1932 года он занимал в этом же полку должность младшего командира. Летом 1932 года его направили в Киевское пехотное училище на ускоренные курсы средних командиров.
С 1 января 1933 по 1 июля 1940 года Кипаренко прошёл путь от комвзвода до командира 140-го отдельного пулемётного батальона (далее – ОПБ), с которым отправился служить в Каменко-Струмиловский укрепрайон на стыке Волынской и Львовской областей УССР. Этот УР являлся частью так называемой "Линии Молотова".
Батальон вступил в бой в первые же часы войны.
Гарнизоны дотов сражались отважно. О них упоминал в своих дневниках начальник Генерального штаба сухопутных войск вермахта генерал-полковник Франц Гальдер:
"24 июня 1941 года. 3-й день войны. (…) Следует отметить упорство отдельных русских соединений в бою. Имели место случаи, когда гарнизоны дотов взрывали себя вместе с дотами, не желая сдаваться в плен".
Ветеран войны Г.Ф. Сидоренко вспоминал о бойцах 140-го ОПБ:
"Во многих дотах гарнизоны сражались во вражеском окружении от 3 до 5 дней, большинство их погибло героической смертью, но не сдались врагу. В артиллерийском доте у шахты №4 "Великомостская" гарнизон во главе с Дмитрием Яковлевичем Рогаченко, когда фашисты в одной из амбразур повредили орудие и подкатили задним ходом к ней танк, чтобы выхлопными газами отравить воинов гарнизона, защитники дота взорвали себя уцелевшими снарядами, и этим взрывом был уничтожен вражеский танк и много солдат".
Есть свидетельства, что в первых боях капитан Кипаренко лично уничтожил нескольких гитлеровцев. Это подтверждают воспоминания Михаила Ефимовича Лыкова– политрука учебной роты 140-го ОПБ:
"Я вместе с командиром 140-го батальона капитаном Кипаренко И.Е. уничтожили трёх фашистов, которые убегали на мотоцикле, и двух гитлеровцев (офицера и солдата), которые ехали в легковом автомобиле. Выстрелом через ветровое стекло водитель-солдат был убит, а офицер намазал свое лицо кровью водителя и залег сбоку с маузером. Когда наши бойцы подбежали к машине (…) фашист в упор хотел застрелить командира Кипаренко. Курсант Чиквадзе заколол фашиста штыком".
22 июня 2023, 08:00История
Другой сорок первый. Как сражалась Красная армия 22 июня 1941 годаЗа последнюю четверть века мы привыкли слышать, что 22 июня 1941-го — это сплошные поражения Красной армии: отступление, куча пленных и разбитой техники. Все эти годы нам упорно вбивают в сознание, что в те трагические дни Красная армия никаких успешных действий не велаИз 1200 человек личного состава батальона к Киеву Кипаренко вывел едва ли десятую часть.
9 июля командование Киевского укрепрайона (далее — КиУР) назначило капитана Кипаренко командовать 28-м ОПБ. Во время августовского штурма Киева именно 28-й пульбат первым принял на себя удар 6-й армии вермахта.
КиУР построили в первой половине 1930-х. Доты возводили, рассчитывая, что основным противником будет Польша. Проектировались они в основном пулемётными. На занимаемом 28-м ОПБ участке КиУРа только в районе села Круглик находился артиллерийский полукапонир на два казематных 76-мм орудия. Дополнительно во второй половине 1930-х были возведены ещё несколько открытых железобетонных артиллерийских позиций.
Киевляне осматривают трофейную немецкую САУ StuG III Ausf С, захваченную у села Вита-Почтовая, 1941 год
Доты строились в несколько линий, но круговой обороны практически не обеспечивали. В них невозможно было хранить достаточное количество боеприпасов, подземная связь между огневыми точками отсутствовала, вентиляция была плохая или вовсе отсутствовала. Перед многими дотами и в глубине обороны отсутствовали противотанковые и противопехотные препятствия.
В 1940 году укрепления были законсервированы, а вооружение демонтировано. Только с началом войны КиУР стали приводить в боевую готовность.
12 июля в расположение 28-го ОПБ с инспекционным визитом прибыл начальник оперативного отдела Юго-Западного фронта полковник Иван Христофорович Баграмян. Он оставил некоторые воспоминания об этом визите и о капитане Кипаренко:
"Заглянули мы и к хозяевам укрепрайона – в подразделения 28-го отдельного пулемётного батальона, которым командовал бравого вида капитан И.Е. Кипоренко (так в тексте. — Авт.). Вблизи Юровки находился опорный пункт "Крым", в который входили доты № 205, 206 и 207. Мы тщательно ознакомились с их состоянием. (…) Несмотря на общую мрачную обстановку на фронте, среди бойцов и командиров не было и тени уныния".
Атаки на советскую линию обороны начались 31 июля.
Части 147-й и 175-й сд, отошедшие в предыдущие дни на линию обороны КиУРа, и составили его полевое заполнение, не выдерживали обстрелы и бомбардировки. На отдельных участках линии обороны стрелковые подразделения оставили окопы и отступили.
Доты были обречены. В борьбе с ними немецкие войска использовали крупнокалиберную осадную артиллерию, авиацию, противотанковую артиллерию, самоходные артиллерийские установки StuG III, ранцевые огнемёты, реактивные шестиствольные миномёты, дымовые шашки и 3-килограммовые сапёрные заряды.
Гарнизоны отдельных дотов травили выхлопными газами бронетехники. Есть основания подозревать, что против защитников КиУРа немцами применялось и химическое оружие.
В тех боях погибло более половины личного состава 28-го ОПБ – большая часть гарнизонов сражалась до последнего. Хотя есть и свидетельства, что набранный из резервистов Киевской и Житомирской областей рядовой состав в нескольких случаях связал своих командиров и сдался в плен.
Гарнизон дота № 205 оказался блокирован. Это сохранившееся до нашего времени фортификационное сооружение представляет собой целую подземную крепость – 375 метров подземных ходов, соединяющих пять дотов-оголовков на шесть пулемётных амбразур.
Комендант ДОТа лейтенант Ветров отверг все предложения противника о сдаче и лично пристрелил парламентёров. 10 дней ДОТ сражался в окружении. Немцы вывели из строя генератор, после чего освещать себе дорогу гарнизону приходилось лучинами, добытыми из разбитых патронных ящиков. На них же кипятили чай, благо, воды было много – ДОТ даже немного подтапливало.
Вела огонь по доту и артиллерия, и вражеская самоходка. Топкий берег протекавшей рядом реки не дал ей приблизиться вплотную, а с дистанции 100 метров её 75-мм снаряд смог только заклинить одну из бронезаслонок, которую ночью гарнизон при помощи кувалды и лома быстро расклинил.
Через десять дней осады подошли к концу патроны и провизия, но к этому времени его, наконец, смогли деблокировать войска 37-й армии.
Генеральный штурм Киева длился до 18 августа 1941 года и закончился тем, что немецкие войска были оттеснены или отошли почти на те же позиции, с которых они этот штурм начали.
Провал штурма Киева и Ленинграда вынудил Гитлера остановить наступление группы армий "Центр". 24 августа фюрер приказал входившей в неё 2-й танковой группе Гудериана прекратить наступление на Москву и развернуть свои во фланг оборонявшим Киев советским войскам.
20 сентября 2023, 08:00История
Бой под Лохвицей: жизнь и смерть генерала КирпоносаКомандующий Юго-Западным фронтом, Герой Советского Союза, генерал-полковник Михаил Петрович Кирпонос погиб 20 сентября 1941 года в урочище Шумейково близ Лохвицы на Полтавщине вместе со всем своим штабом. Уцелел только оперотдел во главе с полковником Ованесом Баграмяном. Это был последний акт трагедии ЮЗФ, разгромленного в "Киевском котле"14 сентября в тылу Юго-Западного фронта в Лохвице войска Гудериана встретились с прорвавшимися к ним навстречу из района Кременчуга частями 1-й танковой группы Клейста – вокруг оборонявших Киев войск замкнулось кольцо окружения.
17 сентября 37-я армия генерал-майора А.А. Власова получила приказ, разрешавший ей оставить Киев.
В ночь с 18 на 19 сентября 28-й ОПБ отступил в левобережную часть города. 20 сентября он оборонял Дарницу (единственный в то время левобережный район столицы УССР) и покинул Киев одним из последних.
Отступавшему на восток батальону удалось добраться до села Барышевка, где части 37-й армии подошли к резервной линии советской обороны по реке Трубеж, но эти укрепления уже были заняты немцами. Здесь 24 сентября 1941 года 28-й ОПБ был разгромлен, а капитан Кипаренко попал в плен.
Перед пленением Иван Евсеевич, опасаясь быть расстрелянным как коммунист, закопал свой партбилет. Началась длинная цепочка концентрационных лагерей и этапов – Киев (Дарница), Васильков, Шепетовка, Ровно, Владимир-Волынский.
В сентябре 1941-го нацисты организовали во Владимире-Волынском концлагерь "Офлаг-ХІ-А". Историкам этот лагерь известен под названием "панцирного". За первые пять месяцев существования "Офлага" из 8000 военнопленных советских командиров умерло 3000. Рядовых выморили голодом полностью.
14 сентября 2024, 16:01История
Украинская предыстория генерала Власова14 сентября 1901 года родился Андрей Власов. Сегодня его имя чётко ассоциируется с предательством. Однако до трагической Любанской операции Власов был на хорошем счету у высшего военно-политического руководства СССР. Войну он начал в составе Юго-Западного фронта и отличился в приграничном сражении и особенно при обороне Киева.Как выжил капитан Кипаренко навсегда останется тайной. Известно только то, что через весь плен он пронёс маленькую самодельную записную книжечку с фамилиями и адресами своих сослуживцев по 28-му ОПБ (в том числе и лейтенанта Ветрова). Эту книжечку капитан хранил в пришитом под мышкой потайном кармашке.
В лагере во Владимире-Волынском Иван Евсеевич пробыл до 15 июля 1942 года. После этого его этапировали в Германию, в лагерь города Хаммельбург. Здесь, в офицерском лагере "Офлаг-XIII-D", он познакомился с генерал-лейтенантом Дмитрием Михайловичем Карбышевым.
Вскоре бывшего капитана в составе рабочей команды военнопленных № 10115 отправили на котельный завод в город Швандорф, где он работал до апреля 1945 года. Длительный период времени бесплатных рабов хозяин предприятия кормил варевом из гречневой шелухи, от чего у них из заднего прохода шла кровь. Рабочие объявили забастовку, и только после этого администрация завода улучшила рацион.
Памятник советским военнопленным Дарницкого лагеря
6 апреля 1945-го имевшиеся в городе команды военнопленных построили стали конвоировать в сторону Альп, однако 1 мая на марше их освободили наступавшие американские войска.
Кипаренко, как и всем военнопленным советским офицерам, пришлось пройти через лагерь проверки НКВД и запасной офицерский проверочный полк Красной армии. Ивану Евсеевичу не удалось отыскать свой зарытый в спешке партийный билет, и он был понижен в звании до младшего лейтенанта, а в декабре 1945 года демобилизован.
Дома, на Украине, Кипаренко разыскал свою семью. Оказалось, что его сына Михаила в конце 1943-го мобилизовали, и через несколько месяцев он погиб. Жена и дочь чудом уцелели в оккупации. Герою войны только в 1966 году удалось восстановиться в партии.
Его боевые заслуги оценили в это же время, вручив медаль за "За оборону Киева".
Умер Иван Евсеевич Кипаренко в 1975 году от рака прямой кишки — немецкая "диета" не прошла для него даром.
По воспоминаниям родственников (автору довелось беседовать с ними лично), он с достоинством встретил и это последнее в своей жизни тяжёлое испытание. Похоронен бывший командир 140-го и 28-го ОПБ в вымирающем ныне селе Ревуха Хмельницкой области.