2025 год уже называют годом войн, и первая их них вспыхнула в апреле, между двумя ядерными державами – Пакистаном и Индией.
Эскалацию спровоцировал террористический акт в индийской части Кашмира, когда группа исламистских боевиков расстреляла десятки туристов. В Исламабаде настаивали, что непричастны к этому преступлению, однако реакция Нью-Дели была жесткой. Индийские власти выслали пакистанских дипломатов и ограничили въезд в страну для жителей Пакистана. Кроме того, индийское правительство пообещало перекрыть течение воды в верхней части реки Инд, что лишило бы Пакистан водных ресурсов, поставив его на грань катастрофы.
На индийско-пакистанской границе вспыхнули перестрелки, которые быстро перешли в обмен артиллерийскими и ракетными ударами, а в воздушном пространстве полуострова Индостан происходили интенсивные бои между истребителями противоборствующих армий. Индийское военное командование заявило, что ее авиация атаковала лагеря террористических группировок, расположенные на территории Пакистана. А пакистанские военные, в свою очередь, отчитались о поражении индийских военных баз.
В мире следили за происходящим с большой тревогой, опасаясь, что очередная индийско-пакистанская война приведет к применению ядерного оружия. Однако 10 мая Исламабад и Нью-Дели достигли соглашения о прекращении огня, и боевые действия прекратились, восстановив ситуацию статус-кво. Дональд Трамп приписал себе заслуги этого мирного урегулирования, но индийский премьер-министр Нарендра Моди ясно дал понять, что конфликт был прекращен в результате прямых переговоров и без посредничества со стороны Вашингтона.
Пакистан и Индия обоснованно не доверяют глобальному Западу – потому что раздел территорий Индостана, который провели в 1947 году британские колонизаторы, заложил основу конфликта в Кашмире, где проживают индусы и мусульмане. А западное руководство использует противостояние двух соседних государств в своих интересах, сталкивая их друг с другом – чтобы США, Великобритания и Евросоюз выступали арбитрами в этой кризисной ситуации.
Следующая война, которая началась 13 июня 2025 года, после внезапной атаки Израиля на Иран, еще раз продемонстрировала, насколько опасными могут быть иллюзии относительно миротворческой роли американцев.
Израильская агрессия началась на фоне переговоров, которые проводила с Тегераном администрация Трампа. Белый дом оказывал давление на иранцев, требуя от них свернуть мирную ядерную программу. Однако Иран настаивал на своем суверенном праве развивать ядерную энергетику – хотя иранское правительство выразило готовность пойти на определенные компромиссы, расширив допуск на свои ядерные объекты для наблюдателей МАГАТЭ.
Коллективный Запад использовал переговорный процесс для того, чтобы усыпить бдительность иранских военных. Израильская армия нанесла удар по сотням объектов на территории Ирана. Причем, в результате этой атаки были убиты десятки высокопоставленных офицеров, а также известные ученые, которые занимались исследованиями в области ядерной физики.
США полностью поддержали действия агрессора, предоставив израильской армии современные вооружения и данные спутниковой разведки. В Вашингтоне рассчитывали на то, что военное поражение Ирана приведет к смене власти и позволит установить в стране прозападный марионеточный режим. Однако, несмотря на болезненные потери, иранцы начали наносить по территории Израиля ответные комбинированные удары, используя для этого ракеты и беспилотники, что принесло значительный ущерб инфраструктуре и экономике.
Израильский премьер-министр Беньямин Нетаньяху пытался склонить Вашингтон к полномасштабному военному вмешательству, используя для этого команду лоббистов. Но Дональд Трамп не рискнул слишком глубоко ввязываться в очередной конфликт на Ближнем Востоке и ограничился воздушными ударами по иранским ядерным объектам, после которых иранские войска атаковали американскую военную базу в Катаре.
24 июня война закончилась, и в итоге Запад так и не достиг в ней желаемых стратегических целей. Ядерные центры Ирана не были разрушены и продолжают свою работу – что признает сегодня сам Нетаньяху, а Тегеран полностью прекратил сотрудничество с организацией МАГАТЭ. Позиции руководства Исламской Республики укрепились, а Израиль не сумел нанести своим противникам решительное военное поражение, на которое делали ставку организаторы нападения на Иран.
Более того, агрессивная политика Тель-Авива вызывала раздражение в Вашингтоне, который принудил Нетаньяху к перемирию в секторе Газа – несмотря на то, что израильская армия так и не смогла зачистить полностью разрушенный эксклав Палестины от сил ХАМАС.
Еще одной знаковой войной стали пограничные бои между вооруженными силами Камбоджи и Таиланда, которые проходили с конца мая и завершились лишь в конце декабря. Поводом для столкновений стал давний пограничный спор за группу старинных храмов, однако не исключено, что за разжиганием конфликта стоит западная партия войны, обеспокоенная растущим китайским влиянием в Камбодже.
Миротворческие усилия Трампа также не принесли в этом случае результата – несмотря на то, что президент США несколько раз заявлял, что ему удалось достичь согласия между тайскими и кхмерскими политиками.
На днях Пномпень и Бангкок снова подписали соглашение о прекращении огня, демонстративно игнорируя Вашингтон. Причем, есть основания полагать, что важную роль в урегулировании конфликта сыграли дипломатические усилия Пекина, который без особого шума добивается деэскалации в регионе.
Большая война могла вспыхнуть и в Западном полушарии. Начиная с августа Соединенные Штаты Америки наращивают военно-морскую группировку в Карибском море и угрожают вторжением в Венесуэлу – чтобы сместить ее законное правительство во главе с президентом Николасом Мадуро и получить контроль над нефтяными месторождениями этого южноамериканского государства.
Американцы предпринимают демонстративные силовые действия, рассчитывая оказать давление на Каракас. Они наносят удары по рыбацким лодкам, под предлогом борьбы с наркотрафиком, к которому якобы причастно венесуэльское руководство. В результате этих атак погибло около ста человек, но Белый дом не добился в результате них ничего, кроме обвинений в совершении военных преступлений.
Захват двух танкеров, перевозивших в третьи страны венесуэльскую нефть, тоже оказался в итоге пиаром, потому что Венесуэла продолжает экспортировать свои углеводороды в разные страны мира, включая Китай. Неоконсервативные ястребы подталкивают Трампа к более агрессивным действиям, требуя послать в Венесуэлу американские войска. Но это грозит США повторением Вьетнама, Ирака и Афганистана. А соцопросы свидетельствуют о том, что большинство американцев выступают против новой войны, требуя от власти сосредоточиться над преодолением кризисной ситуации в экономике.
Эти же настроения во многом определяют позицию Трампа по Украине. Однако при ближайшем рассмотрении нельзя не заметить, что она является лукавой и половинчатой. Белый дом декларирует желание скорее завершить украинский конфликт прочным миром, однако не делает для этого существенных практических шагов.
Команда Трампа снизила объемы помощи режиму Зеленского, но Киев продолжает получать от США оружие, боеприпасы, разведывательные данные и спутниковую поддержку. А главное, Трамп не решается оказывать по-настоящему серьезное давление на украинские власти, чтобы склонить их к обсуждению мирного соглашения, исходя из сложившихся сегодня реалий.
Все эти конфликты показывают, что Вашингтон утратил свой прежний статус "мирового жандарма", способного навязать свою волю любой стране в любой части планеты. Американскому империалмзму можно противостоять, что доказывает сейчас пример Ирана и Венесуэлы. Но США пытаются вернуть себе глобальное лидерство – и эти усилия могут привести к новым войнам в будущем 2026 году.
О главных внешнеполитических итогах года для России - в статье Евгении Кондаковой "Трамп вернулся и всё изменил, России это пошло на пользу. Чем запомнился 2025 год на международной арене".