Чтобы понять, что тут не так, надо вспомнить историю "украинского федерализма".
Начнём с того, что идеи федерализма появились на Украине задолго не только нынешней версии украинского государства, но даже и появления её ближайших предшественников.
Идея федерализма была положена в основу "Книги бытия украинского народа" — основного документа существовавшего в 1846–47 годах "Кирилло-Мефодиевского братства", написанного историком Николаем Костомаровым. Кстати, кандидат философских наук Андрей Тесля называет "Книгу…" "первым манифестом украинского национализма эпохи модерна" (запомним это на всякий случай).
Федералистами были и основатели Центральной Рады, включая пресловутого Симона Петлюру.
Надо сказать, что вокруг этого факта происходит забавная дискуссия. В России принято тыкать в него носом украинских оппонентов — смотрите, даже создатели УНР были автономистами и федералистами! На Украине же уныло отбрехиваются, обвиняя россиян в попытке фальсификации истории и дискредитации лидеров национального движения…
При этом те и другие старательно делают вид, что не понимают — на том этапе федерализм действительно был националистической концепцией. Украина, в отличие от Польши и Финляндии, в Российской империи выделена не была. Территория расселения малороссов была разделена между несколькими губерниями. Федерализация же России позволяла ставить вопрос о том, что субъектом федерации должна стать именно Украина, а не губернии. То есть таким образом украинские националисты хотели получить своё государство из рук российского руководства (республиканского или даже монархического). Ну а уже потом отделяться.
То есть федерализм на том этапе был сепаратизмом. В точности как сказал Виктор Ющенко.
Этот этап украинской федералистской мысли был в основном исчерпан в 1922 году, когда УССР стала частью новой версии "федеративной России" — СССР. Впрочем, на разных этапах существования СССР количество степеней свободы в федерации было разным. И возникали даже идеи федерализации УССР — как второй по размеру союзной республики.
Более предметно о федерализации самой Украины начали говорить в позднесоветские годы, но ещё до распада СССР. Удивительно, опять же, что одним из главных проводников этой идеи был 100% украинский националист Вячеслав Черновол. Опять же, забавно, что федерализм Черновола на Украине сейчас — фигура умолчания…
Между тем, мысль его была очень проста — он боялся, что Юго-Восток, за счёт большего экономического и электорального веса, навяжет Галичине русский язык, православие и политику, дружественную по отношению к России. Черноволовский федерализм был "для своих", о чём он и говорил в 1991 году:
"Муссировать идею автономизации Закарпатья или создания так называемых "Новороссии", "Криворожско-Донецкой республики" — это абсурд. Нам никто не давал права разваливать Украину на какие-то государства! Моя же идея федеративного устройства ничего общего с этим не имеет. Она заключается лишь в более широком местном самоуправлении с подчинением центра центральному правительству".
Так и запишем: федерализм — это централизм (Большой Брат показывает большой палец).
Позже идея федерализации Украины тоже не сходила с повестки дня. Причём выглядело всё крайне нелогично и непоследовательно.
Леонид Кравчук был одним из двух кандидатов на выборах 1991 года, который шёл с идеей унитарного, централизованного государства. Но именно при нём в 1994 году был принят закон, предполагающий прямые выборы председателей областных советов, которые по должности возглавляли и исполнительную власть в областях. Собственно, это был самый мощный реальный шаг в сторону федерализации.
Леонид Кучма шёл на выборы с лозунгом федерализации, приняв в результате сверхцентралистскую Конституцию 1996 года. И даже конституционная реформа 2004 года, лишая президента части административных полномочий, только намекала на возможность расширения прав регионального самоуправления.
Виктор Янукович, тоже выдвигая лозунг федерализации, восстановил действие Конституции в редакции 1996 года.
"Хунта" 2014 года восстановила Конституцию в редакции 2004 года и начала войну против Донбасса, который пожелал большего самоуправления…
Вообще, даже в экспертной среде обмен мнениями по поводу федерализации Украины выглядел очень странно.
В разговорах с буквально любым представителем российского экспертного сообщества обязательно звучал тезис о том, что Украина должна быть федерализирована, потому что это её ослабит. Учитывая подозрительное отношение на Украине к России, такие суждения выглядели провокационно, но нет — российские аналитики действительно так считали. Особенно странно такие суждения выглядели после подписания Минских соглашений, когда было понятно, что даже ДНР и ЛНР, возвращённые в состав Украины, в итоге займут антироссийскую позицию. Но это никаких возражений не вызывало — пусть будет лучше 24 антироссийских субъекта, чем один…
Удивительно, но в беседе с сотрудником посольства США я услышал то же самое — федерализация Украины недопустима, потому что это её ослабит. И в выступлении представителя фонда Эберта звучал тот же тезис — федерализироваться нельзя, потому что федеративная Украина будет слабой…
И только в суждениях украинских федералистов, вроде Михаила Погребинского, чётко звучало — федерализация усилит Украину. Как минимум позволит сохранить её территориальную целостность, учитывая культурно-исторические различия между территориями. Кстати, публично высказанные мнения российских коллег позицию украинских федералистов подрывали, но сочтём это издержками свободы слова.
Для осознания бредовости происходящего — представители России, США и ФРГ могли, конечно, придерживаться мнения о том, что Украине федерализация не подходит в силу каких-то её встроенных особенностей (неважно каких). Но они не должны были говорить о том, что федерализация ослабляет государство. Просто потому, что это не про Украину — это про конституционное устройство их собственных государств…
Какие из всего этого можно сделать выводы?
Первый касается тезиса федерализации как такового — на Украине он всегда был составляющей именно националистического дискурса. Изначально тема федерализма позволяла выделить Украину как отдельную территорию в определённых границах (собственно, по третьему Универсалу Центральной Рады автономная УНР и провозглашалась частью федеративной России), позже федерализация должна была укрепить и усилить Украину.
Отметим, что последнее — понимание национализма, которое озвучивает Владимир Путин и против которого он ни в коем случае не возражает: следование своим национальным интересам по умолчанию должно привести Украину к дружественным отношениям с Россией. Другое дело, что люди, называющие себя украинскими националистами, руководствуются чем угодно, только не интересами Украины…
Второй касается нынешней позиции России — тема федерализации была актуальна до тех пор, пока Россия хотела видеть рядом с собой сильное, целостное украинское государство, с которым можно иметь дело.
После февраля 2022 года вопрос территориальной целостности Украины даже в границах 2015 года снят с повестки дня, да и особых расчётов на адекватное правительство в Киеве нет. Сейчас России нужна слабая Украина.
С одним из взглядов на то, что может потребоваться России от Украины, чтобы обеспечить мирное сосуществование, можно ознакомиться в статье Александра Чаленко "Пять условий "Вечного мира" России с Украиной"