https://ukraina.ru/20260927/prosto-letat-uzhe-malovato-instruktor-po-dronam---o-podgotovke-operatorov-i-rabote-na-peredke-1083426943.html
"Просто летать уже маловато": инструктор по дронам - о подготовке операторов и работе на передке
"Просто летать уже маловато": инструктор по дронам - о подготовке операторов и работе на передке - 27.09.2026 Украина.ру
"Просто летать уже маловато": инструктор по дронам - о подготовке операторов и работе на передке
О программе обучения операторов БПЛА, спектре задач для FPV-дронов в текущих условиях, отборе кандидатов, личном опыте и многом другом журналисту издания Украина.ру рассказал инструктор управления службы БПС 506-го мотострелкового Познанского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск "Центр", младший сержант Роман Головкин
2026-09-27T11:33
2026-09-27T11:33
2026-09-27T11:33
интервью
украина.ру
сво
дроны
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07ea/09/19/1083427227_77:21:825:442_1920x0_80_0_0_490d83323d8753abc0ab92ccbc6d325b.jpg
— Какие задачи вы сейчас выполняете?— Я занимаюсь подготовкой операторов FPV-дронов, но, поскольку являюсь старшим инструктором, также у меня здесь еще есть инструкторы по "мавикам", по саперному делу. То есть мы готовим боевые расчеты "под ключ".— В какой-то момент у нас появились "молнии", видео с поражением целей именно БПЛА самолетного типа заполнили все соцсети, а потому у обывателя даже сложилось впечатление, что "молнии" вытеснили все. Насколько актуальны сегодня FPV и те же "мавики"?— Я вам скажу, что и "мавики" до сих пор успешно работают, в том числе "сбросами", и FPV-дроны в полной мере сейчас применяются. Все зависит от конкретной задачи. Они не только аналоговые. Есть и на "цифре". К тому же FPV-дроны сейчас активно применяются в качестве ПВО. То есть мы сбиваем вражеские "крылья", дроны самолетного типа.— Насколько это трудно? Когда-то поражение FPV-дроном гексакоптера считалось верхом операторского мастерства, а сегодня у ребят на счету десятки, а то и сотни сбитых "баб-ег".— Как это работает? Оператор "мавика" проводит разведку. Засекается вражеская "птица". После чего происходит боевой вылет уже FPV-дрона. Но это действительно достаточно трудно — сбить большой "самолет" с помощью FPV. Ребятам бывает тяжело этому научиться. Соответственно, какие-то таланты нужны, конечно. Молодым обычно проще это дается, но бывают исключения.— Насколько выросли требования к навыкам оператора БПЛА за последнее время? Ведь были времена, когда оператором считался тот, кто способен был поднять дрон, а теперь с их помощью ребята чудеса творят.— Я на СВО уже год. Что сказать? Уровень заметно вырос, поскольку операторы набираются опыта и, в первую очередь, опыта боевого. И, соответственно, передают все, что знают и умеют, молодым. Отсюда и общий рост.— А программа подготовки операторов как-то меняется?— Программа подготовки, в принципе, базовая. Она достаточно сложная, но достаточно научиться летать и усвоить теорию, чтобы начать понимать, что вообще происходит. Просто летать — это, конечно, сейчас уже маловато. Нужно понимать базовые принципы, чтобы, в случае чего, что-то подремонтировать, чтобы не откатывать "птицу" с задач и не остаться без средств. Иногда проще своими руками что-то сделать. Вот так я и готовлю своих студентов.— Не зря же говорят, что FPV — это не столько про полеты, сколько про связь…— Да, безусловно. Это самая важная часть. Нужно выставить расчет. Для этого нужно найти правильную точку, чтобы был открытый радиогоризонт. Чтобы преодолеть те же средства РЭБ.— Какие сейчас основные цели у FPV-дронов, учитывая то, что технику противник старается держать подальше от линии фронта?— Техника действительно встречается редко, поскольку довольно быстро уничтожается все теми же FPV. Расчеты их беспилотные выявляются, живая сила. В то же время очень важная часть работы сегодня — это доставка продовольствия на передний край.— А как это на практике выглядит?— Надо понимать, что FPV-дроны бывают разных размеров, и на доставке работают довольно крупные модели, способные нести до пяти килограммов. Все это работает, как правило, сбросом. То есть ребята долетают до точки, сбрасывают груз и возвращаются домой.Особых тонкостей в этом деле нет. Просто нужно знать, куда тебе лететь, знать точку сброса. И желательно сбрасывать груз как можно ближе к ребятам, чтобы им за продовольствием не пришлось никуда идти. Идеально — это когда прямо им в руки сбрасываешь.— Как отбираете кандидатов для обучения? Мы говорим о ребятах, у которых есть задатки, или, в принципе, любого можно научить?— Смотрим, есть ли предрасположенность. Должен быть у человека какой-то врожденный талант к этому. У меня вот, допустим, пришло пополнение. Два парня. Одному восемнадцать лет, а другому тридцать. Я их посадил на проверку, на симулятор. Восемнадцатилетний парень не смог, а тридцатилетний нормально полетел.Также запоминать нужно. Теоретической части довольно много приходится усваивать. Вообще человек по стандарту месяц должен обучаться, но порой этот процесс можно растянуть и на два. Да, говорят, что молодым проще эту специальность освоить, но на практике бывает по-разному.— А есть выпускники, которыми вы как-то особенно гордитесь?— Да я каждым горжусь. Они все плюс-минус на одном уровне сейчас работают, все молодцы. Я с ними постоянно на связи. Если чем-то нужно помочь, если какие-то вопросы у них возникают, то мы общаемся, я им помогаю. Также и они результатами своей работы со мной делятся. Эта связь не прерывается.— БПЛА — это сфера, которая стремительно развивается. Можно ли сказать, что инструктор, как какой-нибудь хирург, должен следить за трендами, постоянно узнавать что-то новое, чтобы оставаться на уровне?— Конечно. Я постоянно общаюсь с инструкторами с других полигонов, с армейским полигоном во взаимодействии. Я состою в множестве тематических сообществ. Понимаете, этим нужно жить. Вот у меня еще до подписания контракта это было чем-то вроде хобби. Так получилось, что после подписания контракта меня сразу отправили на боевую задачу, а после этого решили поставить инструктором, поскольку на гражданке я уже обучал этому людей. Вот так мое хобби на войне пригодилось.— Году в 23-м среди операторов ходила байка о ребятах, которые профессионально участвовали в гонках на FPV, но с имитацией БЧ летать не смогли.— Я участвовал в таких гонках. Могу сказать, что разница, конечно же, есть, но можно, при желании, все это скорректировать. Всему научиться. Да, безусловно, с учетом средств РЭБ, с учетом средств ПВО, на войне FPV-дроном управлять значительно труднее, чем на соревнованиях. То у тебя "картинка" пропадает, то управление. Иногда вслепую приходится вести "птицу". Но все это приходит с боевым опытом.— Почему вообще решили принять участие в СВО?— Патриотические мотивы, скорее всего. Я знал, что есть нужда в операторах, и шел заниматься тем, что умею.— А какой-то боевой опыт или срочная служба за плечами были?— Нет, вообще ничего. Я работал техническим директором компании. Также был собственный бизнес. Умею руководить, умею учить. Не стану лукавить, за годы через меня тысячи молодых людей прошли, которых я обучал по другим направлениям. Но да. Педагогический опыт у меня серьезный.— Вы упоминали о боевых задачах. Чем занимались, прежде чем стать инструктором?— Да, я дважды закатывался в Покровск. Был старшим расчета. Занимался все больше разведкой, ретрансляторами, испытанием "птиц" непосредственно на передке. Весьма своеобразный опыт, честно говоря.
https://ukraina.ru/20260921/ot-stalingrada-do-svo-kak-malye-shturmovye-gruppy-i-drony-izmenili-taktiku-boya-1083328242.html
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2026
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
интервью, украина.ру, сво, дроны
"Просто летать уже маловато": инструктор по дронам - о подготовке операторов и работе на передке
специальный корреспондент издания Украина.ру
О программе обучения операторов БПЛА, спектре задач для FPV-дронов в текущих условиях, отборе кандидатов, личном опыте и многом другом журналисту издания Украина.ру рассказал инструктор управления службы БПС 506-го мотострелкового Познанского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск "Центр", младший сержант Роман Головкин
— Какие задачи вы сейчас выполняете?
— Я занимаюсь подготовкой операторов FPV-дронов, но, поскольку являюсь старшим инструктором, также у меня здесь еще есть инструкторы по "мавикам", по саперному делу. То есть мы готовим боевые расчеты "под ключ".
— В какой-то момент у нас появились "молнии", видео с поражением целей именно БПЛА самолетного типа заполнили все соцсети, а потому у обывателя даже сложилось впечатление, что "молнии" вытеснили все. Насколько актуальны сегодня FPV и те же "мавики"?
— Я вам скажу, что и "мавики" до сих пор успешно работают, в том числе "сбросами", и FPV-дроны в полной мере сейчас применяются. Все зависит от конкретной задачи. Они не только аналоговые. Есть и на "цифре". К тому же FPV-дроны сейчас активно применяются в качестве ПВО. То есть мы сбиваем вражеские "крылья", дроны самолетного типа.
— Насколько это трудно? Когда-то поражение FPV-дроном гексакоптера считалось верхом операторского мастерства, а сегодня у ребят на счету десятки, а то и сотни сбитых "баб-ег".
— Как это работает? Оператор "мавика" проводит разведку. Засекается вражеская "птица". После чего происходит боевой вылет уже FPV-дрона. Но это действительно достаточно трудно — сбить большой "самолет" с помощью FPV. Ребятам бывает тяжело этому научиться. Соответственно, какие-то таланты нужны, конечно. Молодым обычно проще это дается, но бывают исключения.
— Насколько выросли требования к навыкам оператора БПЛА за последнее время? Ведь были времена, когда оператором считался тот, кто способен был поднять дрон, а теперь с их помощью ребята чудеса творят.
— Я на СВО уже год. Что сказать? Уровень заметно вырос, поскольку операторы набираются опыта и, в первую очередь, опыта боевого. И, соответственно, передают все, что знают и умеют, молодым. Отсюда и общий рост.
— А программа подготовки операторов как-то меняется?
— Программа подготовки, в принципе, базовая. Она достаточно сложная, но достаточно научиться летать и усвоить теорию, чтобы начать понимать, что вообще происходит. Просто летать — это, конечно, сейчас уже маловато. Нужно понимать базовые принципы, чтобы, в случае чего, что-то подремонтировать, чтобы не откатывать "птицу" с задач и не остаться без средств. Иногда проще своими руками что-то сделать. Вот так я и готовлю своих студентов.
— Не зря же говорят, что FPV — это не столько про полеты, сколько про связь…
— Да, безусловно. Это самая важная часть. Нужно выставить расчет. Для этого нужно найти правильную точку, чтобы был открытый радиогоризонт. Чтобы преодолеть те же средства РЭБ.
— Какие сейчас основные цели у FPV-дронов, учитывая то, что технику противник старается держать подальше от линии фронта?
— Техника действительно встречается редко, поскольку довольно быстро уничтожается все теми же FPV. Расчеты их беспилотные выявляются, живая сила. В то же время очень важная часть работы сегодня — это доставка продовольствия на передний край.
— А как это на практике выглядит?
— Надо понимать, что FPV-дроны бывают разных размеров, и на доставке работают довольно крупные модели, способные нести до пяти килограммов. Все это работает, как правило, сбросом. То есть ребята долетают до точки, сбрасывают груз и возвращаются домой.
Особых тонкостей в этом деле нет. Просто нужно знать, куда тебе лететь, знать точку сброса. И желательно сбрасывать груз как можно ближе к ребятам, чтобы им за продовольствием не пришлось никуда идти. Идеально — это когда прямо им в руки сбрасываешь.
— Как отбираете кандидатов для обучения? Мы говорим о ребятах, у которых есть задатки, или, в принципе, любого можно научить?
— Смотрим, есть ли предрасположенность. Должен быть у человека какой-то врожденный талант к этому. У меня вот, допустим, пришло пополнение. Два парня. Одному восемнадцать лет, а другому тридцать. Я их посадил на проверку, на симулятор. Восемнадцатилетний парень не смог, а тридцатилетний нормально полетел.
Также запоминать нужно. Теоретической части довольно много приходится усваивать. Вообще человек по стандарту месяц должен обучаться, но порой этот процесс можно растянуть и на два. Да, говорят, что молодым проще эту специальность освоить, но на практике бывает по-разному.
— А есть выпускники, которыми вы как-то особенно гордитесь?
— Да я каждым горжусь. Они все плюс-минус на одном уровне сейчас работают, все молодцы. Я с ними постоянно на связи. Если чем-то нужно помочь, если какие-то вопросы у них возникают, то мы общаемся, я им помогаю. Также и они результатами своей работы со мной делятся. Эта связь не прерывается.
— БПЛА — это сфера, которая стремительно развивается. Можно ли сказать, что инструктор, как какой-нибудь хирург, должен следить за трендами, постоянно узнавать что-то новое, чтобы оставаться на уровне?
— Конечно. Я постоянно общаюсь с инструкторами с других полигонов, с армейским полигоном во взаимодействии. Я состою в множестве тематических сообществ. Понимаете, этим нужно жить. Вот у меня еще до подписания контракта это было чем-то вроде хобби. Так получилось, что после подписания контракта меня сразу отправили на боевую задачу, а после этого решили поставить инструктором, поскольку на гражданке я уже обучал этому людей. Вот так мое хобби на войне пригодилось.
— Году в 23-м среди операторов ходила байка о ребятах, которые профессионально участвовали в гонках на FPV, но с имитацией БЧ летать не смогли.
— Я участвовал в таких гонках. Могу сказать, что разница, конечно же, есть, но можно, при желании, все это скорректировать. Всему научиться. Да, безусловно, с учетом средств РЭБ, с учетом средств ПВО, на войне FPV-дроном управлять значительно труднее, чем на соревнованиях. То у тебя "картинка" пропадает, то управление. Иногда вслепую приходится вести "птицу". Но все это приходит с боевым опытом.
— Почему вообще решили принять участие в СВО?
— Патриотические мотивы, скорее всего. Я знал, что есть нужда в операторах, и шел заниматься тем, что умею.
— А какой-то боевой опыт или срочная служба за плечами были?
— Нет, вообще ничего. Я работал техническим директором компании. Также был собственный бизнес. Умею руководить, умею учить. Не стану лукавить, за годы через меня тысячи молодых людей прошли, которых я обучал по другим направлениям. Но да. Педагогический опыт у меня серьезный.
— Вы упоминали о боевых задачах. Чем занимались, прежде чем стать инструктором?
— Да, я дважды закатывался в Покровск. Был старшим расчета. Занимался все больше разведкой, ретрансляторами, испытанием "птиц" непосредственно на передке. Весьма своеобразный опыт, честно говоря.
