Борис Рожин: России не оставляют другого выбора, кроме как решить вопрос Украины силовым путем
Борис Рожин: России не оставляют другого выбора, кроме как решить вопрос Украины силовым путем
© Facebook* (*деятельность Meta по реализации Facebook запрещена в России как экстремистская), Андрей Блинский
Об этом он рассказал в интервью изданию Украина.ру.

Ранее «Ведомости» со ссылкой на источники подробно рассказали о переговорном процессе между Россией и Украиной, который состоит из четырех основных направлений (внеблоковый статус, размер армии, политическое устройство и вопрос территорий). Источник издания, близкий к переговорному процессу, считает, что достижение договоренностей ни по одному из этих направлений невозможно без смены власти в Киеве, притом, что Россия такие цели официально не заявляла.

- Борис, позволяет ли нам положение на фронтах ужесточить риторику и конкретизировать цели спецоперации?

— Позволяет. На выполнение требований, которые выставлены Зеленскому и его окружению, Киев точно не пойдет под давлением США и Великобритании, потому что они заинтересованы в затягивании конфликта. Они готовы и дальше накачивать Украину оружием и воевать до последнего украинца. Поэтому Россия вполне может имитировать переговоры, но продолжать спецоперацию.

Если же ставятся более серьезные задачи, то надо наращивать нагрузку на операцию, наращивая контингент войск, привлекая добровольцев и переходя от уничтожения военных объектов к уничтожению объектов промышленности и инфраструктуры, при помощи которых они будут пытаться строить экономику войны на западе и в центре Украины. Одним словом, мы должны повышать цену ведения войны на Украине.

Все же понимают, что Украину никто восстанавливать не будет. Поэтому чем дольше они затянут, тем больше будут издержки на протяжении лет и даже десятилетий. Это напоминает ситуацию в Сирии, когда боевые действия максимально затягивали, но это не помешало добиться поставленных целей. Мы лишили боевиков возможности опираться на экономику внутри страны, а за счет внешней поддержки они оказались загнаны в Идлиб.  

Надо показать, что мы к этому готовы. Украине это не понравится, но это их выбор, не наш. У них была возможность и «Минск» заключить, и первоначальные требования выполнить. Поэтому, с моей точки зрения, нужно и цели ужесточать, и нагрузку на операцию повышать.

- Поясните, пожалуйста, в формате ликбеза, что сейчас происходит на киевском направлении. Из каких населенных пунктов мы ушли и какие задачи там выполняем теперь?

— На киевском направлении мы практически полностью оставили этот выступ. Произошел отвод войск на север Черниговской области и на север Сумской области. Отошли от Славутича, потому что поскольку мы не контролируем Чернобыль, то его контролировать тоже нет смысла. Идет переброска войск на харьковское и изюмское направление, где будут развиваться главные события. Эти перегруппировки связаны с главной целью, которую озвучил Шойгу, — разгромить группировку ВСУ в Донбассе. Это цель второго этапа, а сколько этих этапов всего — никто не говорит.

- Насколько серьезен информационный ущерб от провокации в Буче — в том плане, что мы не можем защитить людей, которые поддержали Россию или просто конструктивно сотрудничали с войсками?

— Мы в любом случае не могли забрать всех с собой, а убить кого-то и выдать за жертву русских оккупантов — вообще не проблема. Посмотрите, что происходит в Мариуполе и что происходило в Волновахе. От угрозы массовых убийств местное население никак на защищено.

Судя по фотографиям, там не было прямо-таки наших сторонников. Это просто были гражданские, которые гуманитарку получали. И то, там ходили майдауны, которые кричали, что они предатели. Это лишний раз показывает, почему нельзя оставлять уже занятые территории и почему важно зачищать весь этот майданный актив подстрекателей и провокаторов. После Бучи стало понятно, что миндальничать с ними — значит стрелять себе в ногу.

- Эдуард Басурин заявил, что силы ДНР практически взяли под контроль центральную часть Мариуполя, остается промзона и порт. Можем ли мы теперь уничтожить из реактивной артиллерии боевиков, засевших в «Азовстали»?

— В отношении «Азовстали» выбор простой. Либо уничтожать боевиков вместе с заводом, либо вести длительные штурмовые действия, оплаченные кровью солдат. Выбор непростой, но с точки зрения ускорения операции и сохранения жизней наших солдат для дальнейших действий, «Азовсталь» менее приоритетна.

- У нас возник спор по поводу «Байрактаров». Одни говорят, что мы их активно сбиваем, уничтожили уже чуть ли не 36 штук, другие утверждают, что их беспилотники кошмарят бойцов на передовой. Кто тут ближе к правде?

— Там не только «Байрактары» летают. Наибольшую опасность представляют разведывательные БПЛА, которые наводят удары артиллерии. Но БПЛА мы сбиваем порядочно. Неслучайно они постоянно бегают в Турцию и требуют уже третью партию беспилотников, потому что первые две уже вышли из строя. Понятно, что у них есть отдельные успехи по уничтожению какой-то техники. Но пример Ливии показал, что если работает более-менее современное ПВО, то все «Байрактары» нормально сбиваются. И потом, со стороны Украины мы не видим победных картинок а-ля Карабах. Они бы рады, но за месяц с лишним боевых действий им нечего особенно показать. В основном они сбиваются «Торами» и «Панцирями».

- Минобороны РФ постоянно докладывает, что при помощи высокоточного оружия уничтожены склады с ГСМ и боеприпасами. Сколько должно пройти времени, чтобы мы почувствовали у них нехватку боеприпасов, и не получится ли так, что высокоточное оружие закончится у нас?

— У России есть действующая военная промышленность помимо того, что есть в штате и на складах. У нас есть предприятия, которые что-то производят, в отличие от Украины, которая получает с Запада какую-то помощь, но по некоторым направлениям компенсировать потери просто не может. Она клянчит самолеты и ПЗРК, потому что их мало осталось. Они уже не могут обеспечить комплексную систему ПВО.

Что касается наших ракет, то их пропаганда утверждала, что они закончатся к концу первой неделю марта. Но удары продолжаются, за два дня ударили по Кременчугскому и Одесскому НПЗ, устроили настоящий геноцид нефтебаз, разбросанных по всей стране. Да, еще есть куда бить, но для этого ракеты есть — и «Калибры», и «Ониксы». Скорее у них закончатся нефтебазы, чем у нас ракеты.

- А если будет понятно, что мы в нынешних условиях не можем завершить спецоперацию, возможно ли заключение временного договора?

— Вряд ли. Операция будет продолжаться дальше, просто будут некие периоды затишья, как в Сирии. Я не вижу в этом смысла. Любая пауза означает перенос проблемы на попозже, когда их перевооружат, увеличат армию и боевые действия возобновятся в более худшей для нас ситуации. Нужно решать проблему до конца.  Пока мы не достигли своих целей, любое перемирие будет в пользу даже не Украины, а Вашингтона.