Полуостров добра. Как волонтёры в Крыму встречают беженцев из Украины
Полуостров добра. Как волонтёры в Крыму встречают беженцев из Украины
© РИА Новости, Дмитрий Макеев / Перейти в фотобанк
Женщины с детьми, пожилые люди, беременные. У каждого испуганный взгляд. Они не знают, что ждёт их в Крыму. Информации на Украине почти нет, а на тех, кто уезжает в республику, смотрят как на врагов народа. Но люди просто спасают свои жизни. И едут туда, где есть шанс жить, а не выживать.

Вышел ночью — убит на месте

Алексей (имя изменено в целях безопасности и по просьбе собеседника) приехал из Мариуполя в Севастополь со своей семьёй. Решение далось ему непросто. Молодая чета жила спокойно — купили квартиру, сделали ремонт. Жизнь только наладилась, но 24 февраля рано утром они проснулись не от звона будильника.

— Как нам было сложно — вы не сможете понять. Чтобы попробовать хотя бы… у вас есть квартира, гараж, вы каждый день возвращаетесь домой. А теперь представьте, что вы приходите после работы домой, собираетесь за несколько минут и уезжаете в никуда, — рассказывает Алексей.

24 февраля около 5.30 он увидел первую ракету своими глазами. Его маленький сын проснулся от взрыва, подскочила жена — пыталась понять, что происходит. Жил Алексей в районе Восточный в Мариуполе. Здесь, по его словам, всегда были слышны взрывы — близко граница с ДНР, периодически бахало. За 8 лет семья привыкла к такому. Но в этот раз было иначе.

«Есть проблемы, но это наш долг». Крымский эксперт о беженцах из освобожденного Донбасса
«Есть проблемы, но это наш долг». Крымский эксперт о беженцах из освобожденного Донбасса
© РИА Новости, Виктор Антонюк / Перейти в фотобанк
- Я уложил жену спать, думал, что ничего такого. А потом прочитал новости, увидел новости о спецоперации. Я бегом отправил тёщу за продуктами в круглосуточный магазин. Мы взяли буквально 1 кг гречки, пару пачек макарон. Думали, что это на пару дней, — добавляет мужчина.

По его словам, Восточный оказался под массивными обстрелами. Причину он объясняет с нескрываемой злостью — в жилых домах прятались украинские военные. Рядом ещё после 2014 года были оборудованы окопы, практически подземные дороги. Но, как поясняет украинец, военные туда не стремились. Они занимали квартиры своих же сограждан. Заходили, выгоняли и оставались в чужом жилье.

— На Восточном сразу было тяжело, буквально несколько дней — бахало везде. Всё хуже и хуже становилось. Мы переехали в другую часть города — на Ильича. 1 марта пропала связь. Везде. Стало совсем страшно, мы начали думать, как уехать, — говорит Алексей.

Но как выбраться из города, он не знал, да и почему украинские власти не пускали машины с громкоговорителями об открытии гуманитарных и эвакуационных коридоров — мужчина не понимает.

— Поймите, так не воюют. Я не понимаю, как украинские военные занимали квартиры своих же людей. Я не понимаю, почему украинские власти не сообщали по громкоговорителям о тишине и так далее. Я не понимаю, почему украинские военные грабили наши магазины, которые принадлежат украинцам же. И самое страшное: я не понимаю, почему во время комендантского часа расстреливали людей на месте. Идёт человек с фонариком после 8 вечера — бац, фонарик падает и горит до утра. Утром смотришь — труп. Если ходишь ночью — ты из диверсионно-разведывательной группы, — дрожащим голосом говорит Алексей, и видно, как он начинает злиться.

Свои? Вперёд по минному полю

Мужчина постепенно начинает приходить в ярость, когда вспоминает свой отъезд. Это только в украинских новостях говорят, что в Мариуполе мирных жителей никто не трогает. И, якобы, российские военные не дают выезжать обычным людям. Реальность, по словам мужчины, существенно отличается.

— Мой сосед пытался выехать из Мариуполя, — взгляд Алексея темнеет. — Посадил в машину вперёд маму, назад — жену с ребёнком. Пытался выехать и попал под обстрел. Мама расстреляна, ему пулей оторвало два пальца, у дочки ранена ключица. И это украинцы. Они просто твари. Так не воюют.

Алексей не скрывает своей ненависти к украинским военным. Говорит, что, проезжая по территории, подконтрольной российским войскам, чувствовал себя намного спокойнее. У него и его семьи спрашивали, нужно ли что-то, быстрее проверяли на блокпостах, так как в машине был ребёнок. А на украинских постах разве что не плевали в машину. Относились к тем, кто уезжает из украинских городов и сёл, чуть ли не как к предателям.

— До 15 марта мы не могли выехать из Мариуполя, было 5 попыток у нас. Так самое интересное в том, что людей вывозят российские военные, а не украинские! Друзья были в активной зоне боевых действий, к ним приходили украинские военные и забирали еду — мол, вы всё равно умрёте, вам еда не нужна. А потом пришли российские, когда заняли эту территорию, ужаснулись, что люди без еды сидят, и эвакуировали всех, — рассказывает Алексей.

Его путь был непростым. Сначала он с семьёй отправились в Запорожье, только туда был открыт коридор. Недалеко от города колонна из машин наткнулась на таблички — мины. Как проехать? Нашлись несколько человек, которые знали окрестности. Автомобили двигались чётко по колее, как можно аккуратнее. К счастью, жертв не было.

— Когда мы проехали минное поле, нас встретила украинская милиция, мол, отлично, мы вас ждали. Стоп. А помочь нам проехать вы не могли? Или вы хотели, чтобы мы своими жизнями вам разминировали землю?— задаётся вопросом Алексей.

В Запорожье легче не стало. Решили уехать в Крым, здесь есть друзья, они и позвали. Пообещали помогать всем, чем могут. Назад путь тот же — через заминированную землю. И никто. Ни один украинский военный не вызвался помочь.

Новый дом

Бензин, овощи и не только. Крым начал торговать с Херсоном
Бензин, овощи и не только. Крым начал торговать с Херсоном
© РИА Новости, / Перейти в фотобанк
История Алексея — типичная для большинства беженцев. Люди, измученные грохотом снарядов, стрельбой и голодом, приезжают на полуостров и не верят своим глазам. Они не понимают, почему здесь все относятся к ним по-доброму, стараются помочь. Для них это нонсенс. На Украине на всех, кто уезжает, смотрят только как на врагов. Хорошо, хоть не расстреливают…

— Объясняю ситуацию, блокпосты с войсками РФ, ДНР и ЛНР вы проезжаете без проблем, проблемы могут быть только на блокпостах ВСУ, там везде просят денег, — поясняет Евгений, один из перевозчиков, занимающийся эвакуацией украинцев в Крым. — Как только начинаются блокпосты РФ, вы уже в безопасности. Это я вам говорю со слов сотен людей, которых я встречаю на границе в Чонгаре. Если едете самостоятельно — выбирайте маршруты через военных РФ, ДНР и ЛНР, тогда с вами всё точно будет в порядке. Если едете через ВСУ в РФ, то готовьте деньги.

Всех беженцев отправляют в пункты временного размещения. Это пансионаты, гостиницы, санатории, даже школы-интернаты. Там можно пожить определённое время спокойно. Еда есть. Никто не голодает.

— В Крым могут въехать все желающие на 90 дней. По внутреннему украинскому паспорту и даже без документов. После прибытия нужно встать на учет в ФМС, — поясняют волонтёры на пункте пропуска Чонгар. — Если места для временного размещения нет, нужно сообщить об этом на границе, беженцев отправят в пункт временного размещения и обеспечат всем необходимым на первое время. Естественно, бесплатно.

Алгоритм действий беженцев простой — проезжаете границу, потом оформляете необходимые документы, ищете работу и жильё. На севере Крыма с последним сейчас крайне сложно. Свободных квартир и даже домов нет. На многие варианты взвинтили цены. Квартира посуточно в Джанкое сейчас стоит так же, как в Севастополе или Ялте, только условия во много раз хуже.

Что касается работы, то в начале курортного сезона актуальны вакансии охранников, горничных, поваров и так далее. Востребованы специалисты на строительных площадках и не только. Но далеко не все украинцы знают об этом. И всё равно едут на полуостров. Потому, что здесь своих не бросают. И тем более не стреляют в них.