К чему могут привести такие действия власти, обсудили российские и украинские эксперты и журналисты в ходе состоявшейся в четверг, 14 ноября, пресс-конференции на тему «Команда Зеленского объявляет охоту на ведьм» в рамках проекта «Украинское досье» издания Украина.ру.

«Чтобы было тихо»

Участники дискуссии отметили, что ситуация со свободой слова на Украине тесно связана с политическими, социальными и экономическими процессами, протекающими в стране. Открывая пресс-конференцию, политолог и главный редактор издания Украина.ру Искандер Хисамов напомнил о состоявшемся накануне в Верховной Раде Украины голосовании за закон об отмене моратория на продажу земли сельскохозяйственного назначения и о выступлении одного из спикеров, Никиты Потураева, который «сразу, по-комиссарски вывел эту проблему на острополитический уровень», переведя всех возможных и реальных оппонентов спорного закона в ранг «врагов народа».

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока

Отметим, что и оппоненты партии власти не дремлют, предлагая после голосования по земельному законопроекту переименовать «слуг народа» во «врагов народа». Страсти закипают, пик противостояния впереди — и речь не только о земле. По мнению Хисамова, заявления и действия команды Зеленского, направленные на ограничение свободы слова, вызваны как раз пониманием того, что уже проводимые и планируемые непопулярные реформы вызовут возмущение и противодействие — а власти «нужно, чтобы было тихо».

Для «своих» – свобода слова, для «чужих» – тюрьма. За что стоял Майдан?
Для «своих» – свобода слова, для «чужих» – тюрьма. За что стоял Майдан?
© РИА Новости, Алексей Фурман | Перейти в фотобанк

Гранатомёты и стандарт новостей

Проведший более года в украинских СИЗО бывший главный редактор РИА Новости Украина, ныне исполнительный директор МИА "Россия сегодня", член Совета по правам человека при президенте РФ Кирилл Вышинский рассказал, что у него были более оптимистичные ожидания в отношении всего происходящего на Украине. Увы, оказалось, что для оптимизма пока нет оснований. Журналист вспомнил, как однажды ночью в Лукьяновском СИЗО он проснулся от громкого звука, подумал, что это гром — но позже выяснилось, что это стреляли из гранатомёта по расположенному не так далеко зданию редакции телеканала «112 Украина».

«Для меня это яркий образ, когда ты в тюремное окно, будучи журналистом, слышишь, как обстреливают твоих коллег. Журналистов, работающих на Украине», — сказал Вышинский, добавив, что теперь он смотрит на происходящее в стране уже не через тюремное окно, а черед другие окна — информационные, но то, что он видит, вызывает лишь чувство уныния: свободомыслящих коллег и неугодные СМИ продолжают преследовать и при Зеленском, журналистский цех расколот, солидарности нет, а гонения на медиа организуют (или призывают к гонениям) бывшие журналисты, которых он хорошо знал.

По словам Вышинского, непонятно, что такое «стандарт новостей», который хотят на Украине законодательно утвердить уже до конца этого года. Конечно, в журналистике есть профессиональные стандарты, но при чём тут государство?

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока

«Эта сфера регулируется внтурикорпоративными принципами. И если мы журналисты, мы эти стандарты соблюдаем. Это как «Отче наш». И когда государство говорит, что введёт еще какой-то стандарт, ничего хорошего ждать не приходится», — сказал Вышинский. Он напомнил о том, что и раньше в журналистов на Украине стреляли (и дела не расследуются), но меры новой власти могут привести к тому, что стрелять и не потребуется — «неправильные» СМИ легко можно будет закрыть по закону.

Кирилл Вышинский. Справка
Кирилл Вышинский. Справка
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

В свою очередь Хисамов отметил, что намерения ввести новые ограничения в работе СМИ не вызывают пока противодействия в обществе — рейтинг Зеленского пока не падает. Возможно, так происходит по той причине, что сами украинские СМИ и медиаорганизации, в том числе ранее ратовавшие за соблюдение журналистских стандартов, достаточно сильно себя дискредитировали — «и теперь их легко прихлопнуть, они сами приготовили для этого почву».

Цена свободы

Свобода слова на Украине всё-таки есть, но цена этой свободы непомерно возросла. Об этом рассказал доктор политических наук и популярный блогер Александр Семченко. По его словам, для кого-то цена — это здоровье. На журналистов и блогеров нападают, эта работа опасна.

«Мне пока удается избежать нападений. Предупреждают хорошие люди, что готовится некая провокация. Как правило, я начинаю в этой ситуации громко кричать, что на меня готовится нападение, и люди одумываются», — рассказал эксперт.

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока

Более высокую цену, которую приходится платить за свободу слова, продолжил он, это сама свобода: за время правления Петра Порошенко в тюрьму по политическим обвинениям сели около 4,5 тысяч человек, и по сей день из их числа за решёткой около тысячи человек. Так, в СИЗО находится 85-летьний харьковский учёный-изобретатель Мехти Логунов, арестовали его при Порошенко, и — «ломают уже при президенте Зеленском». Многие, как например, житомирский журналист Василий Муравицкий, находятся под другой мерой пресечения, но так же ограничивающей свободу, отметил Семченко.

Есть и ещё более высокая цена, которую приходится платить за свободу слова, за свободу мысли — это сама жизнь. Эксперт подчеркнул, что ранее совершённые убийства журналистов не расследуются, более того, подозреваемый в убийстве писателя и публициста Олеся Бузины недавно вошёл в состав наблюдательного совета Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ).

Вышинский: Давление украинской власти на СМИ показывает слабость власти
Вышинский: Давление украинской власти на СМИ показывает слабость власти
© РИА Новости, Владимир Песня | Перейти в фотобанк

Семченко рассказал, что, по его наблюдениям и по наблюдениям коллег, примерно с мая этого года какое-то влияние, возможно, оказывается уже и на YouTube: нейтральные видео могут набрать много просмотров, а вот видеосюжеты с критикой представителей власти — например Авакова или Зеленского — имеют некий предел посещений.

Украину освобождают от населения?

Свобода СМИ может мешать осуществлению неких зловещих планов: не нужно, чтобы людям кто-то что-то мог объяснить. Массовая миграция украинцев (страну покинули миллионы — и продолжают покидать), приватизация предприятий и открытие рынка земли говорит о том, что территорию страны будто бы для чего-то освобождают, отметил Семченко.

«Я вижу, что украинский народ ждет бойня. "Бойня" — это фигуральное выражение. Это не означает, что буквально всех будут убивать. Просто эту землю для чего-то освобождают, освобождают нарастающими темпами», — пояснил он. По словам Семченко, если еще в 2013 году ещё могли говорить, что население страны составляет порядка 45 миллионов человек, сетуя на то, что к началу независимости оно равнялось 52 миллионам, то сейчас, по разным косвенным оценкам — например, потребление хлеба —население Украины составляет всего около 20 миллионов человек.

«Официальные цифры, конечно, другие. Но демографы говорят, что хлеба украинцы едят, как будто их 20 миллионов. Для чего все это делается, я не очень понимаю. Но это проще делать, если народ не сопротивляется», — сказал эксперт. Он добавил, что в целом информационная политика власти сводится к тому, чтобы убедить людей в том, что «белое — это чёрное» и наоборот — всё происходит так, как описано в романе Оруэлла «1984».

«Неразбериха в головах»

О пламенном выступлении Никиты Потураева в стенах Рады во время обсуждения земельного законопроекта вспомнил и политолог, обозреватель МИА «Россия сегодня» Владимир Корнилов. По его мнению, это выступление ярко свидетельствует о неразберихе, царящей «в головах этих социалистических либертарианцев, как они сами себя называют».

Либертарианство приведет Украину к социал-дарвинизму – Дудчак
Либертарианство приведет Украину к социал-дарвинизму – Дудчак
© скриншот с видео "Свободная Пресса"

«Это ж надо додуматься обвинить всех своих оппонентов в том, что они наследники Ленина, и закончить ленинским же призывом отдать землю крестьянам», — сказал эксперт с иронией. Он добавил, что такой же подход украинская власть использует и в вопросах свободы слова, когда на парламентских слушаниях на эту тему предлагают лишать лицензий неприбыльные телеканалы и ввести уголовную ответственность для журналистов. А фамилию убитого в 2015 году Олеся Бузины назвала во время слушаний только одна оппозиционная журналистка из издания «Страна» — и больше никто.

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока

Судя по всему, отметил Корнилов, ситуация со свободой слова на Украине, которая по рейтингу Международной федерации журналистов (МФЖ) опасности для журналистов вошла в первую пятёрку стран, вряд ли скоро изменится в лучшую сторону.

Двойные стандарты

Корнилов согласился с высказанным Кириллом Вышинским тезисом об отсутствии цеховой солидарности в рядах украинских журналистов. Он вспомнил, как раньше упорно боролись за коллег, несмотря на то, что те могли работать и в изданиях с другими идеологическими установками: срабатывало чувство самосохранения, сегодня позволите посадить этого человека, а завтра придут за вами, пояснил эксперт. Сейчас, по его словам, «ничего похожего на цеховую солидарность нет», зато есть «двойные стандарты».

Так, преследуют журналиста Владимира Скачко, который писал просто о факте — о радости крымчан после референдума о вхождении полуострова в состав РФ, за якобы посягательство на территориальную целостность Украины. При этом не трогают журналистов и СМИ, которые выступают против реализации «Минска-2», выступают за возведение вала между Донбассом и Украиной, называют «коварным планом Путина» перспективу возвращения региона в состав Украины.

«Но это все нормально воспринимается. Они прямо призывают к сепаратизму, но им можно. Если вы из другого лагеря, то не смейте даже намекать, что Крым и Донбасс должны жить отдельно от Украины», — указал Корнилов. Он добавил, что никто на Украине не собирается расследовать ни убийство Олеся Бузины, ни обстрел из гранатомёта телеканала «112», хотя все знают, кто за этим стоял и кому это было выгодно.

По мнению Корнилова, избирательное преследование СМИ может сыграть с властью злую шутку: в будущем ведь могут возникнуть ситуации, когда ей не на кого будет опереться.

Не нужно удивляться

Не совсем понятно, почему украинцы поначалу возлагали на Зеленского большие надежды, отметил ведущий научный сотрудник РИСИ Олег Неменский. Он напомнил, что даже в свою бытность юмористом Зеленский никогда не был борцом за свободу слова в своей публичной деятельности — хотя вполне мог бы. Почему же ждать от него теперь каких-то положительных действий в этой сфере?

Также, по его словам, Зеленский не критиковал принятие «языкового закона», а лишь высказывал сомнения, что этот документ соответствует Конституции Украины — но после решения Конституционного суда уже не имеет никаких вопросов.

«Русский язык не является иностранным в нашей стране» - Шуфрич о новом запрете для депутатов
«Русский язык не является иностранным в нашей стране» - Шуфрич о новом запрете для депутатов
© Facebook, Пресс-служба Нестора Шуфрича | Перейти в фотобанк

«Касательно войны Зеленский уже на этапе предвыборной кампании позволял себе более жесткую лексику, чем позволял себе Порошенко. Да, Порошенко был очень жестким президентом войны. Но он хотя бы на словах иногда проявлял готовность к допуску в информационное пространство темы компромисса. Зеленский в принципе не проявляет такой готовности, он всё время говорит, что — да, мы за мир, но за мир на украинских условиях… То есть, это и есть победа в войне», — указал Неменский, добавив, что выступления Зеленского — «крайне воинственные».

Политолог отметил, что Зеленский никогда не проявлял должного уважения и к русскоязычному электорату, к его партии, напротив, всё время их высмеивал.

Что касается информационной сферы, то внимание к ней будет только усиливаться в силу объективных причин, считает Неменский. По его словам, Украина пытается выглядеть демократией, это задание Запада. Но демократия работает только в тех обществах, в которых существует не слишком большой разброс во мнениях относительно путей развитие страны, в видении будущего — тогда только можно говорить о существовании единой нации. На Украине единой нации нет, есть две «протонации», восточная и западная, и одна из них травит другую, подчеркнул эксперт. При этом, по его словам, все делают вид, что нация одна, что есть «демократия» — и для поддержания видимости сама система требует жёстких ограничений свободы слова.

Хуже Зеленского только диктатура

Власть Владимира Зеленского продолжила тенденцию, когда каждая новая власть Украины становится хуже предыдущей, считает публицист Владимир Скачко, который до сих пор находится в базе розыска МВД Украины.

Украина: свобода слова есть, но цена ее слишком высока

«О Зеленском можем уже говорить то же, что говорили всегда. При Кучме говорили: этого не делал Кравчук. При Ющенко — этого не делал даже Кучма. При Януковиче — этого не делал даже Ющенко, при Порошенко мы говорили — этого не делал даже Янукович. И что самое позорное, 73% надеялись на лучшее, но при Зеленском мы говорим, что этого не делал даже Порошенко», — сказал он, добавив, что хуже будет только тогда, когда эту власть «абсолютно логично сметут каким-то государственным переворотом и установят диктатуру».

Владимир Скачко. Справка
Владимир Скачко. Справка
© https://vesti-ukr.com/

«И тогда мы сможем с полным основанием сказать: этого не делал даже Зеленский», — отметил Скачко, пояснив, что тогда неугодных «будут ловить прямо на улицах и убивать их», к чему уже призывают «некоторые спичрайтеры… которые остаются безнаказанными».

Зеленскому, добавил Скачко, следовало бы освободить многочисленных политических заключенных, и на это у многих были надежды — но президент этого так и не сделал. Что касается ситуации со свободой слова, то Украина находится в мировом тренде, во всём мире традиционная журналистика — в коме, а на Украине она «умирает вот в такой страшной агонии».

По мнению публициста, в стране сейчас «устанавливается исключительно агитационно-пропагандистская журналистика, которая обслуживает только идеологические мифы правящего режима». Какое уж тут свободомыслие, какая может быть свобода слова? Скачко подчеркнул: в таких условиях «никакая другая точка зрения не приемлема, и она выдавливается».