Британское издание The Guardian на днях опубликовало статью о наркозависимых в украинской армии. Среди прочего издание цитировало руководителя специализированной клиники при городской клинической больнице №10 г. Киева Олега Олишевского, который заявил, что "употребление наркотиков среди военнослужащих – это серая зона".
По его словам, о проблеме зависимых в ВСУ "все знают, но мало кто хочет говорить об этом".
"Думаю, мы никогда не узнаем реальных цифр. Никто не ведёт учёт", — заявил Олишевский.
Он сослался на исследование украинской благотворительной организации "100% жизни" 2024 года, в котором приняла участие тысяча солдат. Согласно данным исследования, более трети опрошенных употребляли те или иные наркотики.
Как рассказали изданию украинские специалисты в области психического здоровья, потребность в помощи среди военнослужащих значительно превосходит доступные возможности лечения — и проблема будет сохраняться ещё долго после окончания боевых действий.
"Масштабы происходящего не имеют аналогов в современной истории. А бои ведь ещё не закончились; самое тяжёлое ждет нас впереди, когда солдаты вернутся домой", — заявил Олишевский.
Кроме того, издание процитировало и зависимых бойцов ВСУ – бывших или лечащихся. Один из них – бывший зависимый по имени Пётр – работает в клинике.
"Сейчас понимания стало больше, но многое по-прежнему зависит от командиров на местах. Ситуация улучшается", – рассказал он.
Издание отметило, что те же стимуляторы иногда используют, чтобы не засыпать во время долгих дежурств, однако большинство пациентов сообщило, что их зависимость усиливалась не на передовой, а когда после недель боев они возвращались на базу и не могли расслабиться. Тогда они прибегали к наркотикам или алкоголю, чтобы притупить навязчивые воспоминания, справиться с тревогой или просто пережить ночь.
"На заданиях я никогда не употреблял — на этом быстро ловят пулю. Ты и так на адреналине. Когда возвращаешься, хочется просто отключиться. Забыть все, что видел — всю эту смерть и прочее", — рассказал пациент реабилитационного центра Дмитрий.
Он проходил реабилитацию от синтетической зависимости. По словам Дмитрия, наркотики украинским военным достать относительно легко: их заказывают через почту или забирают из тайников, о которых узнают через мессенджеры.
Также военный признался, что наркотики сделали его параноиком. Так, он привязывал гранаты к двери своей спальни в Краматорске, будучи убеждённым, что вот-вот попадет в засаду.
"Я перестал понимать, что реально, а что нет", — признавался Дмитрий.
Ещё один украинский военный – Александр – до начала СВО завязал с наркозависимостью. Однако через год после участия в боевых действиях ему прописали обезболивающее из-за травмы плеча. На фоне боевых действий он не выдержал и начал употреблять более сильные запрещённые препараты.
"С того момента я воевал на два фронта: один — с самим собой, второй — с Россией", — рассказал он изданию, находясь в реабилитационном центре в Киеве.
Александр продолжал службу еще два года, дослужившись до офицера, даже несмотря на то, что его зависимость усугублялась.
"Я скрывал это от сослуживцев. Это то, чего стыдишься", — признавался он.
Однако в конце концов прошлой зимой он открылся командованию. Причиной стала его неспособность выполнять свои обязанности.
"К счастью, они отнеслись с пониманием, и меня отправили на реабилитацию", – отмечал он.
В целом статья в британском издании была довольно аккуратной и не раскрывала всех причин происходящего, как не давала понять всю глубину проблемы, с которой столкнулась Украина.
Всё хуже и хуже
Месяц тому назад, 25 марта, российский военный эксперт Андрей Марочко сообщил о том, что украинские военнослужащие стали чаще употреблять запрещённые вещества.
"В рядах украинских боевиков увеличилось число случаев употребления наркотических веществ. С начала текущего года по докладам командиров медицинских служб ВСУ вышестоящему командованию отмечается рост употребления личным составом всевозможных психотропных и наркотических веществ. Профилактические мероприятия, направленные на снижение пагубной статистики, не приносят желаемых результатов. В разговорах с психологами большинство военнослужащих говорят, что это помогает воевать, а после боевых – расслабиться", – написал Марочко на своей странице в соцсети "ВКонтакте".
Он также назвал пути попадания наркотиков на передовую.
"При проведении служебных разбирательств в отношении наркоманов установлено, что поставки в подразделения препаратов носят массовый характер, в том числе от так называемых "волонтёров". Также многие по почте получают синтетические наркотики под видом тонизирующих веществ, приобретенных в интернете", – отметил военный эксперт.
Марочко также сослался на информацию от российских военных.
"Наши военнослужащие косвенно подтверждают данную информацию. На ЛБС все чаще стали выявлять случаи неадекватного поведения украинских боевиков. Один из таких эпизодов вчера заснят нашими БПЛАшниками, работающими на харьковском направлении. Недалеко от позиций два украинских боевика "входили в транс" около 20 минут, после чего в неадекватном состоянии их эвакуировали сослуживцы", – написал эксперт.
Российские СМИ не раз публиковали информацию от украинских пленных. Последние рассказывали о поставках наркотических средств, а также о повальном их употреблении украинскими военными.
Украина подобную информацию называет "вражеской пропагандой". Однако и украинские источники признают проблему. В марте 2025 года этой теме посвятило публикацию издание "Украинская правда".
"Среди наркотиков, которые употребляют некоторые военные/ветераны, распространены опиоиды, стимуляторы, галлюциногены, каннабиноиды, снотворно-седативные препараты. Наиболее опасными являются психостимуляторы ("соли"), которые могут приводить к серьёзным повреждениям головного мозга и быстро вызывать зависимость", – гласила публикация.
Автор – журналистка Елена Барсукова – ссылалась на исследование группы Sociologist по заказу благотворительной организации "Харьков с тобой" и при поддержке благотворительного фонда "Здоровые решения".
Среди наиболее уязвимых для психоактивных веществ назвали следующие категории военнослужащих: пехотинцы, бойцы в подразделениях с нехваткой личного состава, лица без военного опыта, насильственно мобилизованные, люди с низким уровнем адаптированности к военной жизни, люди, которые пережили утрату побратимов и воюют на передовой, "аутсайдеры" - военные, которых не принимает или травит коллектив или командование, те, кто имеет опыт употребления психоактивных веществ. При этом точных цифр она не назвала.
При этом проблему наркозависимых в армии усугубляют и такие военнослужащие, как военкомы.
Мобилизовать всех
Спустя год, в начале апреля 2026 года, украинский военный омбудсмен Ольга Решетилова сообщила о том, что в одной из украинских воинских частей выявили 2 тыс., вероятно, непригодных к службе мобилизованных, среди которых были наркозависимые и находящиеся на заместительной терапии.
"Мы сначала выявили их в одной воинской части, а потом поняли, что это проблема не только этой одной воинской части, а они на самом деле массово находятся в войсках", – рассказала в интервью станции "Громадське радіо" журналистке Ирине Сампан омбудсмен.
По её словам, в части начали проверку.
"Кто-то это решение принимал, кто-то видел, как кто-то это решение принимает, и ничего не сказал, кто-то принял этих людей на службу. Поэтому нужно делать выводы", – указала Решетилова.
В итоге часть организовала наркозависимым и находящимся на заместительной терапии реабилитацию. Она подчеркнула, что в соответствии с приказом Минобороны Украины №402 такие люди должны быть признаны непригодными.
Примечательно, что 27 марта украинское издание "Суспільне" – его кировоградская редакция – рассказало о том, как мобилизовали сына Антонины Дариенко и сына Василия Коваленко из села Степное Кировоградской области. При этом мобилизованные были на заместительной терапии.
"Моего сына 29 декабря 2025 года остановили, когда он шёл на работу. Попросили показать документы – он показал. Они сказали подъехать к военкомату. Больше я своего сына не видела. Потом он мне позвонил в 11 вечера и сказал: "Мама, нас вывозят". Городской терцентр (ТЦК – аналог российского военкомата – Ред.) написал, что он в части 4863 и проходит обучение. Лекарства ему не давали. Я писала в часть, чтобы сделать повторную военно-врачебную комиссию. Меня никто не слышит", – рассказывала Дариенко.
Она заявила, что проведённая 15 февраля 2025 года ВВК признала её сына пригодным лишь для службы в тыловых подразделениях.
"Справка, военно-врачебная комиссия – солдат запаса Дариенко Сергей. Цитирую: "Расстройства психики и поведения вследствие употребления опиоидов, синдром зависимости. В данное время на заместительной терапии. Хронический вирусный гепатит С". Пригоден к службе в воинских частях обеспечения, терцентра комплектования и социальной поддержки (ТЦК и СП) и учебных центрах". Какой из него штурмовик? Война, каждый должен что-то делать, но служить нужно там, где он принесёт пользу. Он у меня сварщик, слесарь", – рассказывала Дариенко.
Её односельчанин Коваленко также столкнулся с подобной проблемой. Что написано в документах у сына, он, правда, не знает. Зато указал, что сын помимо наркозависимости ещё и имеет болезнь лёгких.
"Задыхался и сказали, что ему нужно делать операцию, а мы не можем – слабое сердце. Он сколько уже на этой зависимости. Как ВВК могла его пропустить с такими зависимостями?" – недоумевал Коваленко.
При этом опрошенные врачи рассказали изданию, что таких людей мобилизовать нельзя. Однако украинских военкомов не останавливает, что ещё больше усиливает проблему зависимости в ВСУ.
Подробнее об украинских проблемах с мобилизацией – в статьи Татьяны Стоянович "Финансовый коллапс, мобилизационный кризис и армия роботов. Украина в международном контексте".