.Так сложилось, что я услышал эти слова в Питере утром - наткнулся в сети на интервью "важняка". В том смысле, что у нас кроме следователей "по особо важным делам", появились аналитики "по особо важным темам".
А вечерком, старый знакомый генерал Миша с очаровательной женой-певицей Ириной пригласили в уютную ресторацию "Петров Водкин". (Отмечу, что обожаю этого художника. Он для меня - воплощение русской "мягкой силы" - коктейля красного коня и беленькой).
В общем, вкушали именной напиток живописца, слушали неожиданно богатый репертуар тутошнего запредельно талантливого исполнителя. Сказывалось, видимо, соседство заведения с былым жильцом соседской квартиры - через стенку - самим Чайковским. Несказанно удивила ария Мистера икса из "Принцессы цирка". На венгерском языке!
Андрей потом подсел к нашему столику - оказался давним приятелем моих друзей. Рассказал удивительную историю. Во время блокады в ледяную голодную стужу к филармонии выстраивалась очередь на спектакли Имре Кальмана. В убийственный холод стояли под снегом изможденные ленинградки в подчеркнуто невесомых праздничных нарядах. Легкость оперетного жанра, требовала воздушно-романтического дресс-кода.
В этой истории всё поразительно. Как, например, власти могли позволить исполнять шедевры представителя венгров, когда те были военными противниками?
Но тут многое объясняло то, что Кальман был запрещен нацистами.
Еще его еврейские сестры были репрессированны.
А женой мэтра была красавица из Перми Вера Макинская.
К тому же уже существовал прецедент, когда во времена Первой Мировой топовую оперетту "Королева чардаша (Сильва)" ставили в Российской империи даже в разгар боев с Австро-Венгрией…
Труднее было объяснить, что так влекло изможденных блокадников на легкомысленные оперетты про, бесконечно далекие от их проблем выживания, любовные шалости дворянских бонвиванов, проказы парижской богемы, закулисные страсти цирковых звезд…
Правда, мне повезло соприкоснуться с венгерской историей и культурой.
Ранее рассказывал как жил в будапештской квартире супер-звезды их довоенного кинематографа Каталин Каради. Там, где она прятала от гестапо еврейских детишек, выкупленных ею за фамильные драгоценности.
Бывал на дегустациях в уютном местечке Шиофок на берегу Балатона, где родился король оперетт и чьи искусные виноделы закладывали основы своего хмельного ремесла в царском Крыму.
Бражничал с блестящим историком Центральной Европы Арпадом Цеповичем. Благодатная придунайская земля ему пухом!
Дружу с замечательным политологом и специалистом по Закавказью Ласло Кемени…Много связывает с этой дивной страной.
Могу представить как блестящие оперетты Кальмана стали великим духовным антидепрессантом их нации. Звонкие слова Блока "Да, азиаты - мы. С раскосыми и жадными очами!" про мадьяр даже больше, чем про нас. Пришли на плодородный Дунай, когда вокруг все было поделено местными. Растолкали, оттеснили, приструнили, заняли лучшие земли.
Не все полюбили "неместных". Перечитайте-ка Швека. Непрерывные проблемы с европейскими старожилами , войны, дрязги. Соседи называли их "свирепым народом". По неволе загрустишь, депреснешь. Нация уверенно занимала первое место по самоубийствам. А тут Кальман - вечный праздник жизни: роскошные дамы, очаровательные цветочницы, нежные кружева и оголенные дивные спины, зажигательный чардаш, брызги шампанского…
Думаю, схожий терапевтический эффект и был востребованный блокадным Ленинградом. Людям, напряженно смотревшим прямо в лицо смерти, он дарил три часа передышки. Три часа смеха, улыбок, сладкого забвения и беззаботного бытия. Может его спектакли посещал и выдающийся живописец Иван Билибин, который придумал красного коня для Петрова Водкина и умер от голода во время блокады…
Маленькая страна умеет создавать великие смыслы. Моим любимым изданием еще на философском факультете был журнал "Венгрия" на русском языке. Там открыл для себя гения философии, социологии, психологии Иштвана Бибу.
Там осознал впечатляющую глубину мадьярской метафизики, уходящей корнями в кружки интеллектуалов Яноша Витеза пятнадцатого века.
Там познакомился с мыслями таких корифеев планетарного масштаба как Арнольд Хаузер, Карл Маннгейм и, конечно, Дьёрд Лукач…
Говорят, что военная сила армии определяется глубиной ее тыла. А духовная сила нации определяется глубиной ее интеллектуальной истории…
Украинские коллеги всегда обижались на мой скепсис в отношении возможности построения их самодостаточной державы. Я, в ответ, только спрашивал: назовете хотя бы пятерку украинских мыслителей мирового класса. Нет, не могли. А венгерских легко назвать сотню…
Так вот. Когда украинский вожак бросил вызов венгерскому лидеру Виктору Орбану, откровенно оскорбляя и тролля его, даже физически угрожая, он не вполне понимает на кого "крошит батон". Криворожская интеллектуальная школа не конкурент Будапештской.
Да, за украинцем маячат фигуры Каи Каллас и самой Урсулы ван дер Ляйен. За ними "могучая" "коалиция желающих" имени Эпштейна. За ними хуцпа и блудняк имени Бернштейна - "ни мира, ни войны". За ним бешенство горящей прачечной авиаматки "Генри Форт". Эпическая, блин, ярость…
Но за венгром проступают контуры величин совсем иного порядка. Не шняга названных фриков. А пантеон реальных гигантов философского, можно сказать, масштаба.
Нынешнее венгерское руководство в значительной степени выросло из студенческого кружка имени Иштвана Бибо. Того самого, кто дал, на мой взгляд, самое исчерпывающее определение подлинной демократии: "Демократи - это когда ты не боишься." Поэтому они и не боятся самых брутальных угроз из-за украинской границы. Хотят быть поближе к демократическим устоям, чем к "рагульским", гостеррористическим нарративам соседей.
Еще, Бибо доказал, что национальное чувство, глубже и классового, и кассового. То есть таких химер, которые основаны на однобокой идеологии или убогой жажде аплодисментов и денег. Орбан помнит. Отсюда его фундаментальная невозмутимость. Можно, даже проиграв выборы, оставаться верным защитником своей нации. Быть мадьяром не по фамилии, а по сути.
Через пару недель в Венгрии выборы. И Украина, и Брюссель делают всё, чтобы партия Виктора Орбана "Фидес" проиграла. Первая кошмарит, второй - изолирует.
Насчет страхов, мы вроде разобрались. Насчет изоляции…Если Кальман спасал Ленинград от блокады, то его ли почитателям бояться изоляции от евро-куколдов. Посмотрите-ка сколько сот тысяч настоящих венгров вышло на недавнюю уличную манифестацию в Будапеште в знак своей суверенности и независимости от внешних кукловодов…
Еще в советское время у венгров был сверх-популярный фильм "Воробей тоже птичка". Забавная комедия, которую показывали всем гостям страны. Но подспудная мысль была весьма серьезная. В воробушке важно не то, что он маленький. А то, что он летает. Высокого, вам, полета, своенравные мадьяры!