Об этом она рассказала в интервью изданию Украина.ру.

— Алина, почему вы решили отправиться в Донбасс? И как впервые туда попали?

— У меня русский отец, немецкая мать, поэтому мне всегда тема России в Германии была интересна. После 2014 года я заметила разницу в новостях. То, что случилось в Украине и то, что в Германии рассказывали, не всегда совпадало. Я начала интересоваться, открыла Ютьюб-канал, сначала занималась блогерством как хобби, особенно темой Крыма. В прошлом году мне знакомый, родом из Донецка, предложил туда поехать. 

Украинские СМИ высмеяли приехавшего в Киев канцлера ФРГ
Украинские СМИ высмеяли приехавшего в Киев канцлера ФРГ
© AP, Guglielmo Mangiapane

У меня было свободное время, я летом поехала и впервые увидела, что реально происходит. Мне, конечно, было понятно, что там уже восемь лет какой-то конфликт, но, так как в Германии в принципе ничего не рассказывали, я сама тоже очень мало знала. И когда я поехала в серую зону, я была в шоке, что там уже восемь лет люди живут под обстрелом, что даже украинцы стреляли по мирным жителям. Это мне не было понятно, я думала, это между военными конфликт, и мне было это очень страшно, очень больно, что моя страна, Германия, об этом не рассказывает.

Я еще раз уехала, и потом решила вернуться и остаться. Я сейчас примерно полгода прожила, открыла новые каналы и начала немцам как можно профессиональнее рассказывать правду — снимала освобожденную территорию, общалась с жителями, перевела это все на немецкий.

Это, в принципе, моя деятельность.

— Как реагируют ваши соотечественники на эти материалы?

— Мои подписчики мне присылают очень длинные хорошие письма, насколько они благодарны, что я этим занимаюсь, и хотят поддерживать. Говорят, что я им открыла глаза, они ничего не знали о конфликте. 

Плохих писем я в принципе вообще не получаю, меня саму тоже удивляет это. Но, с другой стороны, официальные СМИ в Германии начали очень-очень плохо обо мне писать после того, как мой канал стал достаточно большим. И потом показывали меня еще на телевидении, и это всегда одно и то же — что это все ложь, то, что я говорю, и на самом деле Россия убивает всех, и разрушает все города. И даже написали, что «Азов» — это защитники Мариуполя.

Вот такое происходит в Германии.

— Вам в Германии грозит уголовное преследование. Причём формулировки просто потрясающие: «вы сеете сомнения в правдивости немецких СМИ», «расшатываете психологический климат населения ФРГ», «вносите раскол в немецкое общество…»

— Я думаю, на самом деле есть в Германии часть общества, которая все понимает и поддерживает решение России начинать спецоперацию. И есть те, кто не верит, что на Украине реальные нацисты.

В принципе, там есть такой раскол в обществе, и можно сказать, что в этом они правы, что я еще, конечно, усиливала это движение. Потому что мой канал реально, они сами сказали — самый быстрорастущий, так как RT в Германии (закрыли. — Ред.), и я — единственная журналистка из Германии на Донбассе, которая постоянно там находится. Поэтому они очень боятся.

Но то, что они еще написали в этом письме — были примеры, почему они открыли уголовное дело. Это было, во-первых, что я говорила: идет денацификация, я просто перевела российские СМИ, сказала, что люди на Донбассе поддерживают это решение, и объяснила, что этих людей убивали восемь лет, поэтому они поддерживают спецоперацию. А для немцев это именно преступление. Во-вторых, 12 марта они написали, что я еще говорила, что это геноцид, и поэтому они решили открыть уголовное дело против меня. 

Новый «Нюрнберг»? Матвейчев озвучил, когда Запад ответит за обстрелы Донбасса
Новый «Нюрнберг»? Матвейчев озвучил, когда Запад ответит за обстрелы Донбасса
© РИА Новости, Сергей Степанов / Перейти в фотобанк

Что у меня удивляло, они сказали еще, что не собираются меня приглашать на слушания, потому что это бы навредило следствию.

— Что вас поразило больше всего в Донбассе?

— Поразил контраст, что в самом Донецке — сейчас уже нет, но, в принципе, все время было спокойно в центре, были какие-то бутики, рестораны открытые, люди тоже были богато одеты. И в десяти минутах от этого видела, как люди жили в разрушенных домах, без лекарств, без еды, очень бедно. И этот контраст меня очень поразил.

— Как думаете, в чем причина такого контраста, почему столь разительные отличия были?

— Просто есть те, которым повезло, что по ним не стреляли, а были те, по которым стреляли. И в этом районе, как я поняла, люди реально зависят от ежемесячной зарплаты. Если они этого не получают, или если дом разрушают — это слишком много затрат, необходимых, чтобы восстановить такой дом. Они за это не могут платить, поэтому продолжают в этих (разрушенных. — Ред.) домах жить. 

ВФУ пять раз за полтора часа обстреляли Донецк из НАТОвских пушек
ВФУ пять раз за полтора часа обстреляли Донецк из НАТОвских пушек
© РИА Новости, Сергей Степанов / Перейти в фотобанк

— Какие впечатления от освобожденных территорий?

— Я была во многих селах и городах, везде встретила только людей, которые поддерживают спецоперацию. Я слышала, что есть те, которые не поддерживают.

Случай был в Бердянске. Там, где сам Донбасс, в этих селах — там все люди пророссийские и все поддерживают. Но если чуть дальше едешь, в Бердянске спросила у женщины — она была против этого всего. Хотя я заметила сразу, что она верит пропаганде. У меня была информация, которой у нее не было. Я знаю, что она поверила тому, что в Киеве говорят.

Но, кроме этого (случая. — Ред.), я заметила, что все поддерживают это решение (о начале СВО. — Ред.), совсем не так, как в Германии говорят, что это все просто нападение на Украину. 

Я у всех спрашивала, как себя ведут российские военные? И все без исключения отвечали, что они очень порядочные, мы ничего не заметили плохого, они помогают. С другой стороны, сказали, «азовцы» зашли в наш дом, выгоняли всех, изнасилования происходили…

— На ваш взгляд, как можно донести правду до тех же жителей Германии? 

— Немного помогает то, что делаем мы, независимые журналисты. А если нас станет больше и больше — это реально очень большая сила. Если не только есть RT, но и те, кто на разных языках для аудитории в своих странах этим занимаются, рассказывают правду, тем больше будет успехов, я уверена. 

Информационная война и экономика России. Никто не проигрывает, это только начало
Информационная война и экономика России. Никто не проигрывает, это только начало
© скриншоты видео

И, слава Богу, больше иностранцев приезжают в Донецк. Я познакомилась, больше людей понимает, что реально происходят, они хотят, как и я — приехать, посмотреть своими глазами, где правда. Правда же очевидна: в Донецке слышны взрывы, и это не российская армия, очевидно.

— Из каких стран еще журналистов вы встречали?

— Из Италии, Греции, Франции, Колумбии, США, Британии, Сербии, но не немцев. Есть еще мой коллега Томас Рюпа, который в Питере живет, он тоже иногда приезжает, но, кроме нас, нет немцев. И к сожалению, я заметила, что это не просто.

Я думала сначала, что эти СМИ в Германии получают какой-то указ сверху от начальника, что нельзя это сказать. Но я сейчас была несколько раз на связи с редакторами, просто потому, что мне важно, что есть какое-то общение. Они сказали: «Вы реально верите в то, что пишете, вы реально верите российской пропаганде?». А я, наоборот, спросила: «А вы реально этому верите, как это возможно? Я же здесь живу. Как вы можете продолжать этому верить»? 

Алексей Мартынов: против нас ведут когнитивную войну
Алексей Мартынов: против нас ведут когнитивную войну
© РИА Новости, Нина Зотина

Все-таки пробить эту стену, блокаду, не получается. Так глубоко сидит в них. Они реально верят, что Россия всех убивает и всю Украину разрушает. Думают, что Россия всех убивает в Донецке, стреляет. Мне самой удивительно, как так.

— Остается поблагодарить вас за вашу работу. Стараемся пробивать вместе эту стену. Вас только на Ютьюбе можно смотреть или есть телеграм-канал  другие платформы?

— Моя главная платформа — это Телеграм, мой телеграм-канал с немецким названием, он на русском и немецком. Ютьюб-канал — не главная платформа, но он на русском,  «Немка в России» называется.