— Константин Фёдорович, в чем причины беспорядков, произошедших в Казахстане? Это все было спонтанное и стихийное выступление «народных масс», которых внутренние политические игроки решили использовать в своих целях, или это действительно были заранее подготовленные выступления?

— Первоначальные выступления были мотивированы резким повышением цены на газ. Ведь в Казахстане автомобильный транспорт переведен с бензина на газ. К протестующим незамедлительно, причем без какой-то раскачки, присоединились другие участники в разных городах Казахстана.

При этом сразу начали звучать политические требования, выраженные в фразе «Назарбаев, уходи!». В очень скором времени это все переросло, особенно в Алма-Ате, в акты насилия, грабежа, убийств и захвата аэропорта.

Все это означает, что если само выступление в Мангистауской области и было спонтанным, связанным с повышением цен и только с ним, то все дальнейшее очевидно было срежиссировано. Причем срежиссированы были не только сами выступления, которые начались, но и первоначальная беззубая реакция со стороны правоохранительных органов, которые не защищали объекты, которые должны были защищать.

Все это говорит о рукотворности этого кризиса и о его внутриказахском происхождении. Я предположил, и никто это не опроверг, что причиной этих событий является затянувшееся двоевластие, которое связано не только с фамилиями лично Назарбаева и Токаева.

Вполне возможно, что лично они вполне нормально общаются.

Но беспорядки прежде всего, связаны с теми людьми, которые находятся вокруг них, потому что политика Казахстана клановая. Только на поверхности демократическая.

Формально Токаев, два года назад став президентом, оброс обязательствами и людьми, которые не были удовлетворены своим положением, потому что основные вопросы все равно продолжали решаться Назарбаевым и его людьми.

Как минимум это одна из главных причин, если не самая главная, произошедшего. Одни действовали, другие наоборот — бездействовали.

- Кто мог быть зачинщиком: люди из окружения Назарбаева или люди из окружения Токаева?

— Тут могут быть разные версии, хотя речь идет об одном — о желании перетянуть на свою сторону власть. То есть, прекратить ситуацию двоевластия. Неслучайно всплывает фигура первого заместителя председателя Комитета национальной безопасности, Самата Абиша.

Во-первых, он был немедленно отстранен от выполнения своих обязанностей, и только после него был отстранен руководитель этого ведомства, а сейчас уже и задержан, и находится в тюрьме. Речь идет о Кариме Масимове.

Абиша сначала отстранили, но потом пошли разговоры о его возвращении.

- Почему его фигура так важна?

— Да потому что это племянник Назарбаева. На него многие делали ставку как на будущего главу государства, который просто проходит свои университеты на ответственной должности в Комитете национальной безопасности.

-Можно предположить, что кто-то из окружения Назарбаева хотел ускорить переход власти к Самату Абишу?

— Можно. Можно предположить и обратное, что на самом деле это Токаев, или люди Токаева спровоцировали беспорядки для того, чтобы в конце концов последний стал выгодоприобретателем в этом конфликте.

На сегодняшний день выгодоприобретателем в этом конфликте выглядит именно Токаев. Вокруг него призывают сплотиться, он отстранил Назарбаева от должности пожизненно руководителя Совета безопасности.

Но у меня впечатление, что последние дни идет какой-то отыгрыш. С этим и связано изменение информации о судьбе Абиша, ссылки на то, что Назарбаев находится в центре событий, и что с ним беседует Лукашенко.

Первоначальное впечатление, что Токаев на 100% одержал верх, уже выглядит не совсем так. Назарбаев сохраняется, но уже не в той роли, в которой был.

Казахстан и Украина: кто выводит людей на майданы
Казахстан и Украина: кто выводит людей на майданы
© РИА Новости, Андрей Стенин / Перейти в фотобанк

Безусловно, обращение в ОДКБ Токаеву потребовалось для того, чтобы продемонстрировать, что его поддерживают. Не столько ради практического решения вопросов безопасности. Потому что силы ОДКБ не вовлечены, как много раз сообщалось, в конкретные репрессивные акции против протестующих и бунтовщиков. Они охраняют объекты.

Две с половиной тысячи человек — это не то число, которое можно всерьез рассматривать как ударную силу для завоевания Казахстана. Явно, что это просто демонстрация, призванная оказать и оказавшая политическое и психологическое впечатление. Она понадобилась Токаеву для того, чтобы подтвердить — он хозяин в доме, именно с ним разговаривают союзники, и эти союзники его поддерживают. Вот, на мой взгляд, в чем состоит ситуация.

-Последствия этого кризиса долго будут ощущаться в Казахстане? А что вы думаете по поводу русской темы в этой стране?

— Да. Во-первых, будет ли в самом деле предложен другой курс внутри страны? Прежде всего, политический и социально-экономический.

Потому что прежняя модель явно устарела и не выдержала проверку этим кризисом. Здесь возникает много вопросов, в том числе связанных с существованием русского и другого, не казахского населения, в Казахстане.

Что бы ни говорили наши добрые друзья из Казахстана, которые вечно возмущаются нашими имперскими амбициями, желанием диктовать, мы вообще все это время, набрав в рот воды, молчали по поводу того, как складывается этот внутренний национальный диалог.

На самом деле диалога никого нет. Три с половиной миллиона русского населения живут в Казахстане, они не бегут из страны, но больших перспектив, карьерных в том числе, у этих людей нет. Назовите хотя бы одного политика Казахстана с русской фамилией. Они все остались в лучшем случае в девяностых годах.

В списке награжденных президентом Токаевым после подавления мятежа — ни одного русского человека.

Важно было бы всерьез изменить риторику, когда дело касается прошлого и настоящего в отношениях с Россией, и прекратить двойные игры.

-Тут нужно вспомнить о засилье западного капитала, который оттеснил русский.

— Действительно, можно поинтересоваться, кому принадлежат рудники, кому принадлежат предприятия и месторождения в Казахстане, и чей там капитал. Понятно, что Казахстан с девяностых годов достаточно активно привлекал зарубежные инвестиции, но там нет практически российских инвестиций.

Как раз на пути российских инвестиций вечно возникали препятствия. Зато все это отдано американским, канадским, британским и прочим западным компаниям. В свое время и китайские стали проникать.

Потому что правящая элита и любимый нами елбасы Назарбаев, всегда рассматривали это как гарантию независимости — чтобы не было экономической основы для российского влияния внутри Казахстана.

-А если рассмотреть ситуацию в некоммерческом секторе?

— В Казахстане действуют 22 тысячи разного рода НКО. Сколько среди них российских? Я, например, не смог открыть филиал своего Института стран СНГ в Казахстане. В Армении могу, на Украине даже мог в свое время, пока не пришел 2014 год, а в Казахстане нет. Потому что там приветствовали только тех российских экспертов, которые пели осанну Назарбаеву, и всему, что происходит в стране.
Последний пример просто замечательный.

Есть Владислав Иноземцев, который не стесняется критиковать никогда все, что касается Путина, его режима в России, и буквально за неделю до событий он вляпался со своей статьей  в «Московском комсомольце», где на все лады, вернувшись из Казахстана, воспевал внутреннюю и внешнюю политику этой страны, которая, по его мнению, образец не конфликтности и мудрости.

Сколько таких Иноземцевых у нас в политической элите? Я фактически в нулевые годы вынужден был свести всю нашу деятельность, мою собственную в том числе, в Казахстане, исключительно к фактам защиты русских активистов, когда эти факты до нас доходили. И к периодическим конференциям на космодроме «Байконур». Потому что нигде, кроме как на «Байконуре», где действует российская администрация, я не мог бы свободно провести обсуждения.

В этих конгрессах участвовали казахские представители. Мы не злоумышляли против Казахстана, но даже свободный разговор на любые темы там зарегулирован, потому что все был закручено, заверчено и завинчено.

Эта ситуация, на мой взгляд, ненормальна. Если она будет сохраняться, неважно, при ком, при Токаеве или Назарбаеве, она все равно к добру не приведет. Потому что мы видим, как выросло новое поколение, которое очень уязвимо для национал-радикальной аргументации, абсолютно ни во что не ставит прошлые взаимоотношения между Казахстаном и Россией, прошлое Казахстана в составе общего государства. И это поощряется с самого верха.

Назарбаев не раз говорил о том, что Казахстан — наиболее пострадавшая из советских республик. В качестве примера — это пересыльные лагеря на территории Казахстана, и Семипалатинский ядерный полигон.

-А это не так?

— Что касается ядерных полигонов, они были не только в Семипалатинске. В отношении пересыльных лагерей. Туда ссылались лучшие представители интеллигенции из Москвы, Петербурга, и вообще из России.

На следующем этапе — пятидесятые-шестидесятые годы, когда сталинские репрессии ушли в прошлое — это позволило использовать этот трудовой потенциал для создания промышленности, поднятия целины и всего остального.

Казахстан не просто наиболее пострадавшая, но и наиболее выигравшая из всех союзных республик в результате советского периода. Он возник в советские годы сначала как республика, а потом как независимое государство.

За один только факт упоминания об этом доктор исторических наук, депутат Вячеслав Никонов, мой коллега и по факультету, и по Госдуме, с которым я вместе учился в одно примерно время, был подвергнут остракизму. Он во время передачи «Большая игра» сказал несколько фраз о том, что Казахстан, по сути, в нынешней конфигурации — результат того, что целый ряд русских земель отошли Казахстану.

Он не выступал с идеей вернуть эти земли, но в Казахстане это сразу обнажило старые страхи. Страхи эти многократно усилились в 2014 году, мол, Россия рано или поздно затребует эти территории назад.

В 2014 году неслучайно Казахстан не поддержал ничего, и не поддерживает всего того, что связано с нашими отношениями с Украиной, в части, касающихся Крыма и Донбасса. Он примеряет это на себя и очень обеспокоен тем, что в некоторых областях есть преобладание русского населения — на востоке и на севере страны.

Само решение Нурсултана Назарбаева перенести столицу из Алма-Аты, находящуюся на крайнем юге в центр, в бесплодную Астану, которая была переименована сначала из Акмолы в Астану, а потом Нур-Султан.

Геополитически это было связано главным образом исключительно с тем, что надо приблизиться к этим самым проблемным северо-восточным регионам, чтобы они никуда не ушли.

-Тут можно вспомнить и печально знаменитое «Усть-Каменогорское дело» 1999 года?

— Да. Это была чистой воды провокация казахских спецслужб для того, чтобы нанести превентивный удар по любым попыткам русских поднять голову. Выдуманная история о том, как некий полусумасшедший объявил себя Емельяном Пугачевым и собирался отделить восточный Казахстан и присоединить его к России.

Причем определение суда было направлено и против нашего консула, нашего официального дипломата, который пытался защищать и обнажать всю провокационность на самом суде во всей этой истории.

Разве не таким же в наше время является дело Ермека Тайчибекова, который осужден в Казахстане на десять лет. Сначала на семь, а потом еще на четыре. Теперь еще третье уголовное дело на него открыто, причем оно еще не закончено.

И всё за то, что он просто выражал в интернете идеи, что Казахстан должен проводить более последовательную политику дружбы с Россией, и за то, что критиковал внешний и внутренний курс Казахстана. За это ему дали 10 лет.

А сколько дали Куату Ахметову, организатору языковых патрулей, которые преследовали старушек за то, что они разговаривают в магазинах по-русски. Ничего ему не дали, он никак не пострадал.

Вот разница в отношениях. Разница в деяниях. В одном случае слово, в другом случае действия. В одном случае осуждение на дикие сроки, а в другом случае ничего.

Вот эта молодежь как раз стала движущей силой последних беспорядков. Она не то, что была проинформирована о планах, что ей делать на следующий день, если они захватят аэропорт, нет. Она просто всегда готова ко всем этим актам насилия. Вот она и поучаствовала в этих в погромах.

Да, на этом этапе вопросы «русский/не русский», никак не затрагивались. Но после начала миротворческой операции на оппозиционном белорусском телеграм канале я уже прочел заявление некоего фейкового «Комитета освобождения Казахстана», который угрожает русским в России.

-Почему ОДКБ так быстро приняла решение об оказании помощи Токаеву?

— Первое и главное заключается в том, что России не выгоден развал Казахстана со всеми последствиями и для казахского, и для русского населения, которое неминуемо будет втянуто в гражданское противостояние.

России вообще не выгодно, что на ее южной, на восточной границе возникнет дестабилизация. Дестабилизация в Казахстане нам не выгодна. Надо удержать ситуацию под контролем.

Есть выражение Пушкина — «Русский бунт бессмысленный и беспощадный». Казахский бунт еще более бессмысленный и беспощадный в силу большей доли азиатского в этом евразийском коктейле.

Это первое и главное — нужно было поддержать стабильность в Казахстане, раз легитимные, законные власти обращаются.
Второе, мы не могли позволить в этой ситуации, когда обращается руководитель Казахстана, проигнорировать это обращение.

ОДКБ таким образом расписалось бы в том, что оно не существует, если бы оно проигнорировало обращение в такой момент, когда все по телевизору наблюдали эти все бесчинства.

-Как долго миротворческий контингент там будет там пребывать?

— Ответ на этот вопрос сегодня дал Токаев заявив, что миротворцы начнут уходить через два дня и уйдут в течение 10 дней. Приходится только радоваться, что по мнению президента Казахстана, пригласившего наших миротворцев, что необходимость в них так быстро отпала. Я думаю, что это тоже связано с разборками, которые идут внутри казахской элиты. Очевидно, что приглашение миротворческого контингента ОДКБ не у всех вызывает одобрение.

И Токаев вынужден это учитывать. Не говоря уже о давлении со стороны госсекретаря Блинкена, заявлениях Евросоюза и срочного беспокойства Анкары, взволнованной тем, что к операции пригласили ОДКБ, а не организацию Тюркских государств. Как говорится, куда поп с попадьей, туда и рак с клешней

Поскольку ситуация стабилизируется в Казахстане, то постепенно уходят причины пребывания там. Но я бы хотел добавить еще одну ложку дегтя в это наше решение. Мы вынуждены были пойти навстречу этой просьбе, понимая, что пропагандисты на Западе, да и в самом Казахстане попробуют это обратить это против нас, и против русского населения.

Миротворческая операция показала кто есть кто. К большому сожалению, благодаря умелому руководству Назарбаева, к настоящему времени у нас нет внутри Казахстана рычагов для того, чтобы без такой миротворческой операции влиять на нештатную ситуацию в своих интересах.

Даже на Украине в условиях фактической конфронтации существует политическая сила «Оппозиционная платформа — «За жизнь», депутаты которой высказываются в критическом русле, оппозиционно.

Есть такие политики в Казахстане? Нет! Нет никаких политических представителей трети населения, адекватных представителей трети русского населения во властных структурах Казахстана. Население есть, а представителей нет.

Павел Зарифуллин: Россия за 30 лет ничего не сделала для защиты русских в Средней Азии
Павел Зарифуллин: Россия за 30 лет ничего не сделала для защиты русских в Средней Азии
© Facebook, Евразийский Центр им. Льва Гумилева

Мы же не будем с помощью 2,5 тысяч военных что-то навязывать Казахстану. Но политически президент Токаев сделал важный шаг: он продемонстрировал желание опереться на Россию и ОДКБ.

Тут же моментально наши турецкие друзья стали проявлять чрезмерную активность, потому что они рвутся показать, что и они могут быть в этой роли. Им важно, чтобы «Организация тюркских государств» была задействована в этих событиях.
Мы сталкиваемся в случае с Казахстаном с еще одним примером того, как сталкиваются интересы двух интеграций.

Интеграции легитимной в рамках Евразийского Союза и ОДКБ во главе с Москвой, и интеграции, которую пытается насадить на постсоветском пространстве Турция в виде «Организации тюркских государств».

Наши казахские власти вместе с турками учредители этой организации, поэтому они сегодня маневрируют с учетом этих обстоятельств.