От двух до пяти. Именно столько дней понадобится России, чтобы победить Польшу
От двух до пяти. Именно столько дней понадобится России, чтобы победить Польшу
— Господин Рэнкас, в ходе недавнего визита в Грузию президент Польши Анджей Дуда снова выступил с оскорбительными высказываниями в адрес России, назвав её «ненормальной и агрессивной страной». Как вы считаете, насколько в принципе эффективна внешняя политика Варшавы, проводимая с «позиции жертвы»?

— У меня сложилось впечатление, что политика Варшавы уже прошла этот этап и теперь входит в зону полного отчаяния. Связывая все свои геополитические надежды только с победой Дональда Трампа, политики правящей партии «Право и справедливость» (ПиС), вероятно, уже понимают, что они поставили Польшу в безвыходную ситуацию. Ведь наше государство не только ведёт непрекращающуюся пропагандистскую войну против России и не просто было причастно к жалкой и неудачной попытке государственного переворота в Белоруссии. Благодаря нынешним властям, Польша разругалась практически со всеми своими соседями, даже с теми, кого называет «стратегическими союзниками».

Последней надеждой Варшавы были американские демократические «ястребы», обычно не менее антироссийские, чем крайне правые республиканцы. Однако снова дало о себе знать катастрофическое непонимание поляками американской политики. Польша играла вслепую, требуя продолжить или даже ужесточить санкции в отношении «Северного потока — 2», увеличить присутствие НАТО на Украине и завершить переворот в Белоруссии. Между тем ни один из этих сценариев в настоящее время не реализуется, и Польша с её антироссийской кампанией осталась одна, как… шакал-подстрекатель, поражённый внезапным побегом своего шефа-тигра. В такой ситуации для Польши было бы разумно хоть немного приглушить антибелорусскую кампанию, а также отказаться от самых абсурдных антироссийских деклараций и действий. Даже если бы польское правительство сделало бы такие шаги неискренне и против своей воли — это могло бы стать хоть каким-то сигналом понимания по крайней мере некоторых причин катастрофического международного положения Польши. И хотя в Минске, Москве и на Западе вряд ли кто-то поверил бы, что поляки стали мудрее, но со временем зёрна сомнения могли бы прорасти.

И такие шаги можно весьма легко сделать, а также «продать» польской публике. Ведь если наши соотечественники и помнят что-то из новейшей истории — то это, собственно, лозунг «предательство Запада» (речь о позиции Франции и Великобритании после нападения нацистской Германии на Польшу. — Прим.). Запад постоянно бросает нас в своих интересах, что, надо признать, никого и нигде не удивляет. Поляки же просто возмущаются, вместо того чтобы попытаться самим сделать что-либо подобное.

Конрад Рэнкас: Украину нужно срочно лечить
Конрад Рэнкас: Украину нужно срочно лечить
© vk.com, Конрад Ренкас
— В марте 2021 года был проведён опрос ВЦИОМ, данные которого показали, что, несмотря на обоюдные пессимистичные оценки российско-польских отношений, большинство опрошенных поляков и россиян полагают, что Россия и Польша должны относиться друг к другу как к союзникам (42% поляков, 40% россиян) или как к дружественным странам (соответственно 22% и 28%). Откуда берутся такие настроения и по каким направлениям Москва и Варшава могли бы сотрудничать?

— Эта взаимная симпатия остаётся на удивительно высоком уровне в течение многих лет, несмотря на неизменную — на протяжении почти десятилетия — интенсивность русофобской кампании в Польше. Каждый день поляков засыпают десятками новостей о «проявлениях российской агрессии», «захватнической политике Кремля», «вездесущих московских агентах» и т. д. При этом большая часть польского общества, даже повторяя политические или исторические клише, направленные против России, не видит причин, по которым отношения Польши с современным российским государством не должны быть попросту нормальными.

Можно также предположить, что в Польше наступила усталость от всей этой пропаганды, кроме того, многие её тезисы со временем не подтвердились. Напомню, что антироссийская кампания в Польше усилилась вместе с переворотом на Украине и была прикрытием его поддержки со стороны Варшавы. Именно тогда, ещё в годы правления «либеральной» Гражданской платформы (ГП), началась охота на «русских шпионов». Её целью было запугивание всех кругов, которые поддерживали нормальные польско-российские отношения, а также тех, кто требовал более решительного отношения к возрождению бандеровского нацизма на Украине. Но, несмотря на то что прошло более семи лет, этот «страшный Путин» всё ещё не напал на нас!

Конечно, полякам объясняют: мол, всё это потому, что «московский сатрап» ужасно напуган — благодаря нашим великим правительствам и ещё лучшим союзникам. Но даже оглуплённый поляк всё же имеет славянскую сообразительность. И он может сказать себе: ну, если русские не ТАК страшны — то почему бы не договориться с ними по-тихому? А если они всё же ТАК страшны — то это ещё лучший аргумент в пользу договорённости!

Однако, чтобы не впадать в ложный оптимизм, эти положительные инстинкты поляков пока не воплотились в результаты ни одних выборов. Кроме того, внешняя политика, несмотря на её фундаментальные экономические последствия, остаётся мелким вопросом для большинства польских избирателей, не говоря о ещё более негативном отношении к международным делам со стороны неголосующего большинства. В этом плане Польша не отличается от других «медиадемократических» стран.

— В ближайшие годы Польша рассчитывает получить от Евросоюза 23 миллиарда евро в виде субсидий и 34 миллиарда евро в качестве кредитов. При этом в стране постоянно звучат требования в адрес Германии — «репараций», «компенсаций за СП-2»… В Варшаве не боятся, что результатом такого отношения к Берлину могут стать проблемы с получением денег из Брюсселя, ведь Германия является основным донором бюджета ЕС?

— Стоит напомнить, что антинемецкая кампания, начатая в Польше несколько лет назад правительством ПиС, была крайне инфантильной даже по стандартам Третьей Речи Посполитой (так зачастую называют Польшу после 1989 года. — Прим.). Идея заключалась в том, чтобы создать ещё одну примитивную линию раздела в польском обществе: «хорошая, потому что американская, ПиС — против плохой, потому что немецкой, ГП». И по сей день элементы этой пропаганды можно услышать в выступлениях представителей правящей партии.

Председатель ПиС Ярослав Качиньский мог делать это абсолютно спокойно, будучи уверенным, что почти никто не вспомнит тот факт, что в начале 1990-х «немецкой партией» в Польше была… тогдашняя партия Качиньского, «Соглашение "Центр"» (Porozumienie Centrum). Эта христианско-демократическая политическая сила была основана с благословения, а в некотором роде также на деньги западногерманского Христианско-демократического союза (ХДС).

Потому неудивительно, что ни одно действие правительств ПиС не угрожало сути немецкого господства над Польшей — экономической зависимости, которая сделала Третью Речь Посполитую частью экономики «Великой Германии». ПиС не борется с немецким капиталом в Польше, не препятствует набору польских рабочих рук для немецкой промышленности и вообще не осуществляет никаких антинемецких действий, кроме чисто декларативных, преимущественно касающихся исторических вопросов. В ситуации, когда Германия выступает в качестве главной силы Европейского союза, Варшава покорно сворачивает свои евроскептические транспаранты, которыми размахивала в честь проектов «Американской Европы» от Трампа.

Да, Польша была готова реализовать идеи Дональда Трампа и Стива Бэннона (главный стратег Белого дома во времена президентства Трампа. — Прим.) о построении «малого Европейского союза», реально подчинённого не Брюсселю, а Вашингтону. Однако всё закончилось, как обычно, временным улучшением конкурентного положения Вашингтона по отношению к Берлину (то есть очередным… «предательством Запада»!). Потому, когда Берлин и Брюссель ныне делают что-то важное друг для друга в экономическом плане — все польские партии прислушиваются к ним одинаково внимательно. Независимо от того, кто ею правит, Польша остаётся страной низшего порядка, чем Германия и Евросоюз. А в экономическом плане, в первую очередь из-за своей несамостоятельности, она вообще не поддаётся классификации.

— Польские власти, как и следовало ожидать, болезненно отреагировали на решение Джо Байдена не вводить новые санкции против «Северного потока — 2». Насколько этот проект действительно угрожает интересам Польши как государства, а не русофобскому курсу Варшавы?

— Нет никакой угрозы Польше со стороны СП-2, нет только выгоды, которую мы могли бы получить от более разумной энергетической политики. Ведь можно до тошноты повторять, что именно польская сторона отвергла проект второй ветки газопровода «Ямал — Европа» из России — через Белоруссию и Польшу, причём как в 2000-м, так и в 2013 году.

Польша могла — и должна была — стать первым и самым большим бенефициаром энергетической экспансии России и германо-российского сотрудничества в области энергетики. Ведь совсем не обязательно любое соглашение между Москвой и Берлином должно заключаться за счёт Варшавы. Напротив, у нас были все возможности, чтобы стать хорошо зарабатывающим младшим партнёром в такой конфигурации, что в любом случае было бы выгодным, учитывая текущее подчинённое положение Третьей Речи Посполитой.

К сожалению, все эти планы были со старта отвергнуты. Во-первых — потому, что такие приказы пришли извне. Во-вторых, пользуясь плохими знаниями геоэкономики, в частности энергетики, поляков всегда легко спровоцировать в этих вопросах. Это должно быть одним из многих польских уроков для Украины, которая ныне оказалась не в лучшем положении, чем Польша: в конце европейской и глобальной цепочек поставок энергоресурсов, а не в самом её начале.

И тайно, и явно. Польские эксперты о том, как Варшава «украинизирует» Белоруссию
И тайно, и явно. Польские эксперты о том, как Варшава «украинизирует» Белоруссию
© Sputnik / Перейти в фотобанк
— Каковы ожидания в Польше от грядущей встречи Владимира Путина и Джо Байдена — я имею в виду не только власть, но и оппозицию? Может ли эта встреча стать исторической и ослабить напряжённость в геополитическом противостоянии между США и Российской Федерацией, особенно в отношении Украины?

— Реальные ожидания Варшавы — независимо от того, идёт ли речь о власти или о номинальной оппозиции, — не оправдаются, если только Джо Байден не застрелит Владимира Путина, не изобьёт его или хотя бы жестоко не оскорбит, плюнув в лицо и забрав Крым, Белоруссию и всё остальное, что ему (им) хочется. Уровень пропагандистской аберрации в польских СМИ настолько зашкаливает, что если всё вышеописанное не произойдёт, то это будет считаться «капитуляцией» и очередным «предательством Запада». Но параллельно, конечно, сработают «механизмы самоконтроля». Что бы ни произошло на встрече, о чём бы ни договорились лидеры РФ и США, это будет представлено в польских СМИ как «поражение России», доказательство её «слабости» и, конечно же, «личное поражение Путина». Иначе и быть не может.

Поляки не сразу узнают, о чём на самом деле договорились два президента и какими будут последствия этого для Польши. Только по прошествии некоторого времени, когда колониальные власти получат чёткие указания от соответствующих западных посольств, можно будет ожидать некоторой смены акцентов. Возможно, начнутся атаки в адрес новых «врагов», может быть, какой-то очередной «спор из-за петрушки» с кем-то из соседей, — просто чтобы отвлечь и так мелочное внимание поляков.

При этом фундаментальный принцип польской геополитики, состоящий в том, что на протяжении веков наши отношения со всеми другими странами и народами могли быть только функцией наших отношений с Россией и Германией, а также влияния этих сверхдержав в Европе, ныне изменился лишь формально. Просто Польша находится в аналогичной ситуации между Америкой и Россией. И даже упомянутое выше экономическое господство Германии над Польшей не меняет его, поскольку оно осуществляется (всё ещё) по американскому мандату. Следовательно, у Польши не может быть другой внешней политики, кроме политики в отношении США и Российской Федерации, и никакой экономической политики, кроме политики в отношении Германии. Всё остальное вторично.