Формально эти отчёты — единственный одновременно и официальный, и нейтральный источник сведений о конфликте.

Правда, пытаться выявить тенденции развития конфликта на основе этих отчетов утомительно: надо кропотливо изучать массу цифр и фактов. Впрочем, любая серьёзная организация сама обобщает итоги своей деятельности. СММ ОБСЕ стала это делать почти через 5 лет своего существования. В начале 2019 года она опубликовала новый продукт под названием «Тенденции и наблюдения Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине», где давалась обобщенная информация за позапрошлый год.

В дальнейшем этот красочный постер с обильной инфографикой появлялся ежеквартально. Последний выпуск был обнародован 15 апреля. Информация в нем разбита на 4 раздела, самый большой, как и следовало ожидать, посвящен нарушениям перемирия. Там карта Донбасса, где разными цветами выделены места нарушений в зависимости от интенсивности.

В тылу врага. Украина стала председателем Форума безопасности и сотрудничества ОБСЕ, нафаршированного "агентами Кремля"
В тылу врага. Украина стала председателем Форума безопасности и сотрудничества ОБСЕ, нафаршированного "агентами Кремля"
© РИА Новости, Сергей Аверин | Перейти в фотобанк
В количественном отношении они разбиты по месяцам, неделям, источникам наблюдения (сами наблюдатели и видеокамеры), показано, в какие часы суток больше стреляют, сделана даже разбивка нарушений по дням недели. Оказывается, самыми тихими в первом квартале были среды — 11% нарушений, а самыми горячими — вторники, 19%. Честно говоря, не понимаю, как последняя информация помогает понять характер конфликта, но, видимо, она призвана продемонстрировать, как тщательно работают в СММ.

Но вот о том, кто стреляет, в этой информации нет ни намека. Да, сами патрули СММ обычно фиксируют факт взрывов или выстрелов и их приблизительное место, и по указанию этого места в ежедневном отчете очень трудно определить нарушителя. Однако 44% нарушений выявляются видеокамерами, которые фиксируют полёт снарядов, значит, СММ могла бы определить, кто стреляет, и привести в отчетах статистику, сколько снарядов летело на подконтрольную территорию, сколько на неподконтрольную.

Но таких данных нет. 

И уж совершенно точно можно определить, от чьего огня больше разрушительных последствий. Самое страшное на войне — это гибель людей, к ней непричастных, то есть гражданского населения. Тем не менее, в «Тенденциях и наблюдениях» эта тема игнорировалась до самого недавнего времени. Лишь в выпуске от 15 апреля такой раздел появился.

Из него следует, что в январе-марте пострадали 27 гражданских жителей. Из них погибли 4 и были ранены 23. Дана статистика жертв по полу, возрасту, месяцам и причинам — 44% от мин и неразорвавшихся боеприпасов, 41% от артобстрелов, 15% от стрелкового оружия. То есть, соответственно, 12 человек, 11 и 4 (в этой статистике ОБСЕ не разделяет убитых от раненых). Следовательно, 15 погибших и пострадавших —  это прямые жертвы огня противоборствующих сторон.

«Не тем озаботились». ОБСЕ за коронавирусом не замечают обстрелов в Донбассе
«Не тем озаботились». ОБСЕ за коронавирусом не замечают обстрелов в Донбассе
© РИА Новости, Сергей Аверин | Перейти в фотобанк
Но у каждой из этих трагедий есть свой адрес, можно точно узнать, произошла она на подконтрольной Киеву территории или нет. Однако, сколько человек пострадали на каждой из частей Донбасса, СММ не указывает.

А самостоятельное изучение ее отчетов за этот период показывает, что в ДНР и ЛНР СММ обнаружила 2 убитых и 12 раненых в результате обстрелов из всех видов вооружений, на подконтрольной Киеву территории — лишь 1. Кроме того, как видно из тех же отчетов, за этот период СММ 36 раз выезжала изучать последствия обстрелов гражданских объектов и жертвы среди гражданского населения на неподконтрольной территории и лишь 9 на подконтрольной. Причём на последней почти в половине случаев речь шла об изучении случаев с гибелью или ранением людей от мин и неразорвавшихся боеприпасов, то есть не с последствиями огня со стороны народной милиции.

Эти цифры ясно показывают, от какой стороны конфликта больше страдает гражданское населения. Но в «Тенденциях и наблюдениях» их нет.

Добавлю, что речь идёт не обо всех жертвах, а лишь о жертвах, подтверждённых СММ в результате общения с ними самими, либо с их родственниками, либо с медицинским персоналом. Реально пострадавших было больше.

Так, в квартальной статистике не учтена семья из трех горловчан, раненных при украинском обстреле 13 марта — о них сообщается лишь в отчете СММ от 30 апреля. А ведь, как видно из того же отчета, еще 15 марта СММ разговаривала с одной из пострадавших и с соседями, которые видели, как всех троих увозили в больницу на скорой помощи. Но в отчет происшествие попало лишь после того, как 29 апреля наблюдатели вновь поговорили с той же пострадавшей, что и полтора месяца назад. И, главное, она показала справки, выданные в больнице всем троим.

Наблюдателям пришлось признать, что ранения на самом деле были.

«Лицемер и нытик»: украинцы затравили своего чемпиона из-за позиции по войне в Донбассе
«Лицемер и нытик»: украинцы затравили своего чемпиона из-за позиции по войне в Донбассе
© РИА Новости, Алексей Филиппов | Перейти в фотобанк
Из-за подобных задержек информации занижается, прежде всего, статистика жертв в ДНР и ЛНР. Нередко причиной задержек становится и то, что в больницах республик не дают информации о пострадавших, ссылаясь на необходимость получить разрешение от вышестоящего руководства. (Об этих фактах СММ регулярно сообщает в разделах отчетов о препятствиях своей работе.)

Я долгое время думал, что так вести себе неверно — ведь получается, что подобным образом медработники уменьшают масштаб последствий украинских обстрелов. Но сейчас понимаю, что это поведение — следствие закономерного недоверия к СММ, что есть резон не делиться с ней подробностями о жертвах обстрелов. Ведь всё равно в квартальном отчете жертвы с обеих сторон будут свалены в общую кучу, где нельзя разобрать, сколько погибло с какой стороны.

Да, сотрудник больницы где-нибудь в Донецке или Горловке вряд ли знает специфику этих отчетов, но наверняка у него или его знакомых могли быть другие обстоятельства общения с СММ, которые сформировали подобное отношение. 

При этом в «Тенденциях и наблюдениях» подконтрольных и неподконтрольных территорий не существует лишь в разделах, посвященных обстрелам и жертвам. Но в разделе, посвященном нарушениям отвода вооружений, указаны не только разбивка нарушений по месяцам и по источникам наблюдения, но и то, что 81% нарушений имел место на НППР (то есть в не подконтрольных правительству районах) и 19% в ППР (подконтрольных). А в разделе, посвященном ограничению свободы передвижения СММ, сообщается, что 97% случаев ограничений приходилось на НППР.

Да, статистика явно невыгодная для ДНР и ЛНР. Но замечу, что наличие тяжелых вооружений в нарушение линий отвода, определенных в Минских соглашениях, — это лишь один из видов нарушений, связанных с отводом вооружений. А есть еще два: нахождение этих вооружений за линиями отвода, однако вне выделенных мест хранения, а также отсутствие их в местах хранения, где их раньше видела СММ (правда, с наступлением карантина СММ перестала проверять подобные хранилища по обе стороны линии фронта).

Не Кучмой единым. Ермак рассказал, как Украина намерена предать импульс переговорам по Донбассу
Не Кучмой единым. Ермак рассказал, как Украина намерена предать импульс переговорам по Донбассу
© пресс-служба президента Украины
А здесь картина несколько иная, например, в отчёте от 22 февраля сообщается, что, посещая подобное хранилище на подконтрольной Киеву территории, «наблюдатели отметили, что по-прежнему отсутствуют 81 танк (Т-64 —48 ед., Т-72 —33 ед.), 9 минометов (М120-15 «Молот», 120 мм) и 12 противотанковых пушек (МТ-12 «Рапира», 100 мм). При этом отсутствие 3 минометов (М120-15), 28 танков (Т-64 —16 ед., Т-72 — 12 ед.) и 6 противотанковых пушек (МТ-12) отмечено впервые».

И сообщения об отсутствии на киевской стороне целых арсеналов тяжелых вооружений встречались регулярно. При этом в обнародованном 24 апреля тематическом отчете миссии «Ограничения свободы передвижения и другие препятствия в выполнении мандата СММ», который охватывает второе полугодие 2019 года, сообщается, что из 15 случаев недопуска миссии к таким хранилищам 9 имели место на подконтрольных территориях и 6 на неподконтрольных. Но при этом добавляется, что «значительное количество ограничений в подконтрольных правительству районах также объясняется большим количеством зарегистрированных мест размещения и хранения».

Как будто СММ ищет повод оправдать украинскую сторону.

Кстати, ограничение свободы передвижения миссии — это не единственное препятствие ее работе. Весьма распространено и глушение беспилотников, бывают и случаи стрельбы по ним. И, как видно по отчетам миссии, львиная доля препятствий на подконтрольной территории — это именно инциденты, связанные с БПЛА. В целом же частота инцидентов с беспилотниками примерно одинаковая по обе стороны линии соприкосновения. Однако об этих инцидентах тоже нет данных в этих квартальных отчетах.

Горловка под ударом: украинские силовики накрыли огнем автобусы в центре города
Горловка под ударом: украинские силовики накрыли огнем автобусы в центре города
© Прес-служба Національного університету оборони України | Перейти в фотобанк
Да, «Тенденции и наблюдения» — это вторичная информация, краткое обобщение работы миссии. А любое подобное обобщение предполагает отделение главной информации от второстепенной и подачу исключительно главной. Но при этом неизменно оказывается, что к главной информации отнесена та, что выставляет Украину в выгодном свете, а республики Донбасса — в невыгодном. А вот информация, где Украина оказывается в невыгодном свете, оказывается отсеченной, как второстепенная, хотя речь там и идет о человеческих жизнях.

И нельзя поверить, что это случайность, а не тенденция.

Разумеется, можно пытаться обобщить данные отчетов СММ самостоятельно, однако возникает вопрос: раз миссия так предвзято предоставляет вторичную информацию, можно ли ожидать, что информация первичная, то есть ежедневные отчеты — лишена такой предвзятости?