Какие рычаги давления есть у США на Зеленского и почему они их не используют

Главы государств "высказали, по сути, схожие оценки поведения киевского режима во главе с Зеленским, который, подстрекаемый европейцами и при их поддержке, ведёт линию на затягивание конфликта". После лидеры тепло распрощались и договорились продолжать диалог. Трамп даже заявил о военном поражении Украины.

Однако нас уже не удивить ни очередным "историческим звонком", ни очередными "прорывными переговорами". Возникает только вопрос: если Вашингтон и Москва так единодушны в оценке строптивого Киева — неужели у США нет реальных рычагов, чтобы усадить Зеленского за стол? Тем более что Трамп позиционирует себя как величайший миротворец всех времён, а это как будто обязывает.

Рычаги, конечно, есть. И вот лишь некоторые из них.

Начнём с очевидного: Украина получает от США 86% всей ракетной артиллерии — каждый снаряд HIMARS, каждая ракета GMLRS. Системы ПВО большой дальности Patriot — на 70% американские. Разведывательная и спутниковая поддержка — практически на 100% и без реалистичной замены в краткосрочной перспективе.

В феврале 2025 года, после того как визит Зеленского в Овальный кабинет завершился провалом, Трамп на несколько дней просто выключил военную и материальную помощь Украине. Полностью. Шок оказался столь ощутимым, что Киев в течение нескольких дней публично скорректировал свою позицию в сторону хотя бы теоретической возможности переговоров. Взбучка была сделана, Зеленский сигнал услышал.

С тех пор именно этот рычаг остаётся главным — и именно он не задействуется в полную силу. Но долго ли?

В апреле 2026 года администрация Трампа представила проект оборонного бюджета на 2027 финансовый год — рекордные 1,5 трлн долларов. Среди приоритетов: 750 млрд на систему противоракетной обороны "Золотой купол", 102 млрд на авиацию, 71 млрд на ядерную триаду. Финансирование Инициативы содействия безопасности Украины (USAI) — программы, по которой Киев получал оружие специально под свои нужды — ноль долларов ноль центов.

Исполняющий обязанности финансового директора Пентагона Джулс Хёрст на слушаниях в Сенате подтвердил: "Всё верно: USAI в новый бюджет не вошла". И это, на секунду, впервые за все годы существования программы.

Оставшиеся 400 млн долларов из бюджета 2026 года министр обороны Пит Хегсет разблокировал лишь 28 апреля — и то только после гневной колонки в Washington Post о том, что помощь Украине "пылится в Пентагоне". Но 400 млн для привыкшего мриять о миллиардах Зеленского — даже не слабое утешение.

Война США и Израиля с Ираном подарила Вашингтону удобнейший инструмент давления — совершенно ситуационный, абсолютно неопровержимый и политически безупречный. Называется он "национальные интересы в приоритетных регионах".

По оценкам Гарвардской школы Кеннеди, за первые четыре дня иранской войны Пентагон израсходовал больше ракет-перехватчиков Patriot, чем передал Украине за 4 года. Зеленский, узнав об этом, посетовал в интервью ZDF: "Более 800 ракет Patriot использовано за три дня. А у нас сейчас такой дефицит, хуже не бывает".

Иран создаёт легитимную конкуренцию украинским нуждам. Каждый Patriot, летящий в иранский дрон, — это Patriot, который не летит в дрон российский.

К марту 2026 года спецпосланник президента США Стив Уиткофф посетил Москву восемь раз. В Киев он не заехал ни разу.

Вашингтон с приходом Трампа сознательно выбрал в рамках СВО роль "силового посредника" — того, кто с одной стороной договаривается, а вторую — ставит перед фактом.

Ярким примером такого посредничества стал опубликованный в западных СМИ (однако не подтверждённый Москвой официально) план Уиткоффа–Дмитриева из 28 пунктов, разработанный американским спецпосланником совместно с российским представителем Кириллом Дмитриевым. Он предусматривает, в т.ч. и проведение на Украине общенациональных выборов в течение ста дней после подписания соглашения.

Про выборы стоит сделать отдельную оговорку. При нынешних рейтингах Зеленского это означает не просто смену курса, а смену президента. По опросам, он гарантировано проигрывает во втором туре экс-главкому ВСУ Валерию Залужному.

В феврале Дмитриев презентовал американской стороне пакет экономического сотрудничества на сумму от 12 до 14 трлн долларов. Совместная добыча нефти в Арктике, редкоземельные металлы, восстановление доступа России к долларовой системе, закупка американских самолётов — словом, возвращение "сытых нулевых" для тех, кто по ним так ностальгировал.

Для Украины такого рода экономические рычаги будут особенно болезненными. Они переориентируют интересы американского крупного бизнеса от военно-промышленного комплекса, кормящегося войной, к мирному освоению ресурсов. Война становится не источником прибыли, а помехой. Каждый день, пока Зеленский отказывается от переговоров, — это день, когда триллионная сделка лежит на столе нетронутой.

Киев назвал это "продажей украинских интересов". Но от правды не убежишь: даже трижды перезаложив себя всем банкам мира, Украина не сможет предложить США ничего сопоставимого.

Украина живёт с дефицитом бюджета в 52 млрд долларов в год, и программа расширенного финансирования МВФ на сумму 8,1 млрд долларов, одобренная в феврале, закрывает лишь часть этой дыры. Интересно здесь то, что США обладают правом вето в МВФ и статусом крупнейшего донора. То бишь любой транш может быть задержан или заблокирован под любым технически обоснованным предлогом — коррупция, реформы, "рекалибровка программы" в связи с изменением условий. А их у США накопилось немало.

Инструментарий деликатный, но эффективный: антикоррупционные требования используются для ослабления конкретных политических фигур в Киеве, требования по энергетической реформе в разгар зимы создают социальное напряжение, а клаузула о "немедленном пересмотре" программы в случае мирных переговоров превращает помощь МВФ в морковку перед носом ослика: подпишешь — получишь.

10 ноября 2025 года НАБУ запустило операцию "Мидас". Тысяча часов аудиозаписей, семьдесят обысков, девять подозреваемых, предполагаемый ущерб государству — около ста миллионов долларов через схемы на контрактах "Энергоатома". Через восемнадцать дней после начала операции главе Офиса президента Андрею Ермаку устроили публичную порку обысками — и он подал в отставку. И в тот же вечер Уиткофф и Кушнер оказались в Майями для встречи с российскими делегатами.

Идеально выверенное время для удара по Зеленскому — и едва ли случайное. Антикоррупционные расследования, финансируемые через западные структуры, создают атмосферу, в которой любой украинский политик или бизнесмен, вне зависимости от своего масштаба, становится уязвимой целью и разменной фигурой в играх американской метрополии.

Чтобы лишить Киев поддержки, необязательно давить на Киев напрямую. Всегда можно надавить на Берлин. Трамп в апреле объявил о выводе пяти тысяч американских военных из Германии с угрозой более масштабного сокращения присутствия. Вдобавок к этому Трамп выкатил пошлину в 25% на европейские автомобили — сильнейший удар по немецкой экономике, несущей основное бремя поддержки Украины.

Трамп публично потребовал от канцлера Фридриха Мерца "сосредоточиться на завершении войны", а не критиковать американскую политику в Иране. И сейчас иранский вопрос из немецкой повестки потихоньку испаряется… Что мешает поступить так же и в случае с украинским дискурсом? В общем-то, только политическая воля.

Аргумент Эпштейна самый тонкий и, пожалуй, самый интересный для анализа. В январе Министерство юстиции США опубликовало более 3 млн страниц из архивов Джеффри Эпштейна.

Украинские "уши" торчат там отовсюду: тут и модельные агентства в Киеве, и переписка с деловыми партнёрами, и упоминания связанных структур — при всём желании найти более мощного компромата было бы невозможно.

Месяц назад Трамп уволил генерального прокурора Пэм Бонди — в том числе из-за скандала с Эпштейном. Так что файлы давят и на самого Трампа, и ему нужна быстрая внешнеполитическая победа, которая переключила бы внимание.

Мы с вами без особого труда насчитали сразу несколько рычагов воздействия на Киев. Каждый из них в отдельности, при последовательном применении, способен усадить Зеленского за переговорный в считанные дни. Если задействовать их все, счёт пойдёт уже на часы. И тем не менее этого не происходит.

Почему?

Да потому что США не заинтересованы в мире на Украине! И не потому, что американцы злодеи, а потом что прямо сейчас война служит их интересам лучше, чем мир.

Украина — это дорогостоящий, но крайне эффективный испытательный полигон. Именно там в реальных боевых условиях обкатывается военный искусственный интеллект, системы распознавания целей, беспилотные роевые технологии и логистика в условиях современной войны. Ни один тренировочный центр в Неваде этого не заменит.

Украина — это то, чем занята Россия, пока Вашингтон разбирается с Китаем. Украинская война — это самый дешёвый способ удержать главного евразийского конкурента в состоянии стратегического истощения.

Наконец, война продаётся электорату — и продаётся неплохо. Трамп посетовал по телефону, что украинцы никак не угомонятся. Рубио предупредил, что США "могут уйти". Все слышали. Все запомнили. А Трамп тем временем — великий миротворец, делающий всё возможное.

Это настолько же просто, насколько и изящно: посетовать на строптивых украинцев по телефону с Путиным, сохранить образ переговорщика, ничего при этом не изменив — и продолжать получать все выгоды от войны, которую ты публично хочешь остановить.

Потому что, когда на пульте есть десять кнопок и ни одна из них не нажата — это означает, что никто не хочет на них нажимать.