"Мечтаем скептически". Как сегодня живется в Донецке

В паре десятков метров от ветхой забегаловки, где мы с офицером одного героического и потрепанного в боях полка в 2023-м пережидали обстрел, появилась ладненькая кофеенка. "Кофе, тортики, любовь", - написано на витрине, украшенной бумажными сердечками ко Дню всех влюбленных. Праздник, быть может, импортный, но многоумные сетевые моралисты в нашу глухомань не заезжают, а девчонкам, что пьют кофе внутри, декор явно по вкусу.

На вид им лет по шестнадцать-семнадцать. То есть в начале конфликта еще совсем несмышленышами были. Для таких и улица Артема в Донецке – это уже пресловутые "Патрики". Спорить готов, что девчонки эти, наслаждаясь кофе в одном из наиболее пострадавших районов, воображают себя где-нибудь в центре Москвы.

Главное – по сторонам не смотреть. На грязной обочине тихо гниет то, что некогда было автомобилем. То ли в аварию он попал, то ли под обстрел, но в итоге выволокли его на травку, чтоб не перекрывал дорогу, да "каннибализировали" помаленечку. Все, что к военной технике приспособить можно было, забрали, а голый кузов оставили. Так и ржавеет на улице.

Через дорогу рабочие ну очень неторопливо разбирают обломки торгового центра, в котором местные годами покупали фанеру, чтобы хоть чем-то заткнуть оконные проемы. По легенде фанеру ту должны были выдавать в местных ЖЭКах, но легендам верить – себя не уважать. После ряда относительно неудачных попыток артиллерия неприятеля все же "сложила" нашу многострадальную "Галактику". Хотя, если по совести, почти все в округе или разбито, или повреждено.

А вот и яркий признак мирной жизни! Шлепая белыми кроссовками по тротуару, залитому слякотью, мимо кофейни бредут школьники и что-то громко обсуждают, пища на все лады. С 2021-го школы района без дела стояли, но в прошлом году наконец открылись. Те, что уцелели, конечно.

Тротуары, к слову, начали было приводить в относительно божеский вид, но почти сразу же бросили. С тех пор, как снег растаял, передвигаться по окраинам города на своих двоих можно лишь в резиновых сапогах.

А вот чем действительно занимаются всерьез, так это восстановлением линий электропередач: меняют столбы, тянут провода. Параллельно избавляют район от сухостоя, а спиленные деревья не бросают во дворах и на обочинах до лучших времен, но сразу вывозят на монструозных грузовиках. О плановых отключениях электричества, правда, людям традиционно не сообщают и звонки с вопросами успешно игнорируют, но тут уж ничего не поделаешь. До общероссийского уровня государственных услуг нам еще расти и расти.

Потепление выгнало публику из домов и квартир. Людей в центре города заметно прибавилось. Лакмусовая бумажка тут – детские площадки. Помню, как до войны яблоку на них упасть негде было, а потом двенадцать лет тишины и запустей. Теперь все иначе. Люди помаленьку возвращаются.

Хотя, конечно, говорить о безопасности пока рановато. Примерно раз в два-три дня противник запускает ударные дроны. И не по чуть-чуть, а щедро, горстями. Услышав, что нечто над головою жужжит, дончане в соцсетях прибегают к самым разным эвфемизмам. К новым правилам все отнеслись на удивление серьезно. Есть, правда, тревога у народа насчет того, что местные власти отныне сообщать будут только про сбитые ракеты и дроны, и потому вся Россия подумает, что у нас тихо-мирно.

Тревог, к слову, в последнее время немало. Годы идут, а бизнес российский в ДНР не торопится. Всеми обожаемые маркетплейсы работают исключительно через фирмы-прокладки, операторы – в роуминге. Пересекаешь КПП, а какой-нибудь МТС радостно сообщает, что ты находился за границей, а потому SIM-карте твоей нужно бы "остыть". Раз в год поднимается волна слухов о том, что на рынок зайдут российские торговые сети, начнут строить автозаправки по российскому образцу, но слухами все ограничивается. И вроде не трагедия, но приятного мало, ибо частью России людям хочется почувствовать себя уже сейчас, а не когда-нибудь.

Об этом, впрочем, говорят редко. Стыдно жаловаться. Тут нужно объяснить, что донбасский протест украинская пропаганда объясняла тем, что людям просто зарплат и пенсий российских захотелось. Позднее этот довольно глупый тезис подхватил и либеральный российский лагерь. Но люди ж за идею выходили на митинги и воевали тоже за идею. И не дай Бог, кто подумает, что злопыхатели правы были. Такой менталитет.

Полдень. Центр города. "Молодые люди, купите у меня тунику. Она хорошая. Пригодится", - обращается к нам сухонькая бабуля, потрясая целлофановым пакетом с предметом одежды внутри. Краснеет. Выгребаем из карманов наличность. К банковским картам, как и к прочему хорошему, привыкаешь быстро. Сжимая в руках мелочь, старушка еще некоторое время пытается вручить нам целлофановый пакет с одежкой. Неловко ей. Уходит, желая всего хорошего.

Обыкновенная старушка. Не из числа местных профессиональных нищих, которых здесь каждая собака знает. Почему так? Трудно сказать. Может всю родню на войне потеряла и теперь позаботиться некому, а может осталась без крыши над головой. А жизнь в республике нелегкая. Цены тут задирают исходя из размеров зарплат военнослужащих, а в гражданском секторе все совсем не так радужно. О пенсионерах и говорить нечего.

Пришла весна, а это значит, что станет немножечко легче. Не так уже критичны отключения отопления, вызванные перебоями с водой или электричеством. Да и серость эта зимне-донбасская не давит на психику. К тому же грязь подсохнет и всюду ремонтные работы начнутся, а это местных здорово бодрит.