На Украине Марунич известен многочисленными выступлениями на закрытых еще до начала СВО телеканалах Медведчука, где разоблачал коррупцию в НАК "Нафтогаз", а также деструктивную деятельность "международных экспертов" в наблюдательных советах украинских компаний. В России он давал интервью различным изданиям, в том числе "Украина.ру", критикуя экономическую политику постмайданных властей с точки зрения интересов развития украинской промышленности.
Сотрудники СБУ задержали Дмитрия в первой волне политических репрессий после начала СВО — 6 апреля 2022 года. Публичное основание — "распространение кремлевской пропаганды и дискредитация Украины на международной арене через санкционные телеканалы и российские информагентства". Это ч.1 ст. 111 УК Украины — госизмена в виде перехода на сторону врага во время военного положения (хотя врага предполагает не военное положение, а война, которой на Украине официально нет), санкция по которой от 10 до 15 лет с конфискацией имущества. С тех пор он находится в СИЗО.
Приговор Маруничу появился 29 июля этого года. Из него, в отличие от публичных заявлений пресс-службы СБУ, становится понятно, что произошло на самом деле.
Обвинение состоит из нескольких положений:
1. С 2013 года Марунич поддерживал отношения с Сергеем Степановым, главным редактором крымского сайта "ПолитНавигатор", в отношении которого в 2019 году СНБО Украины ввело персональные санкции и который в данный момент является фигурантом уголовного процесса, связанного с "систематической публикацией материалов антиукраинского характера". Понятие "антиукраинский характер" отсутствует как в Уголовном кодексе Украины, так и в законах Украины, это исключительно субъективная оценка, однако это не мешает отправлять тысячи людей в тюрьмы из-за такого "характера" их высказываний.
2. В январе 2022 года Марунич якобы получил от Степанова через Telegram предложение подобрать и передать ему списки лиц, которые могут осуществлять за денежное вознаграждение публикации, выступления, интервью и т.д., распространяя "тенденциозную информацию, завуалировано поданную в интересах Российской Федерации в ущерб информационной безопасности Украины". Просил ли Степанов именно это и именно в таких формулировках, никто не знает. Почему, станет ясно позже.
3. 8 января Марунич якобы предоставил свое согласие и списки людей. То есть в руках следствия вроде бы есть и фамилия Степанова, и фамилии давших согласие работать в интересах России граждан, но "группы лиц" в деле почему-то нет. Подозреваемым, а затем и обвиняемым проходил только сам Дмитрий.
4. В тот же период Марунич, по данным следствия, отправил подобранному им "пулу экспертов" задание от Степанова подготовить "тенденциозные, заранее ложные материалы относительно деятельности Государственной миграционной службы Украины", а 8 февраля передал Степанову через Telegram готовые статьи. Статей в деле мы не видим, суд их не рассматривал.
Доказательства в деле представлены лингвистической экспертизой переписки Марунича и Степанова, показаниями свидетелей и протоколом НСРД.
Экспертизу провели 5 апреля. Забегая наперед, это день обыска. Как эксперт мог сработать так быстро — вопрос без ответа. Результат экспертизы предсказуем: в переписке содержатся высказывания, "содержание которых указывает на предоставление Маруничем представителям иностранного государства (Российской Федерации) помощи в проведении подрывной деятельности против Украины в информационной сфере".
Здесь сразу видны два нюанса. Во-первых, о предоставлении помощи говорят высказывания. Но была ли предоставлена помощь? Что об этом говорят вещдоки? Повторим, сами статьи, в которых подобранные Маруничем эксперты "клеветали" против Украины в интересах РФ, суду не предоставлены и суд их не рассматривал. Во-вторых, что значит "представителям" Российской Федерации? Где раскрыто понятие "представители"? Это высшие руководители государства? Чиновники? Сотрудники спецслужб? В обвинении идет речь об одном единственном человеке — редакторе частного СМИ Степанове. Он является "представителем" РФ? А кто и когда назначал его "представлять" Россию? Где доказательства? По-хорошему, обвинение распадается уже на этапе экспертизы и суд не должен был бы принимать такой обвинительный акт. Но это постмайданная Украина.
Половина свидетелей в деле — это сотрудники СБУ. Первый из них — следователь в Винницкой области, который проводил обыск. Кроме технических данных о том, как именно он проводил обыск, свидетель не сказал ничего. Второй — еще один винницкий эсбэушник, который составлял протокол негласных следственных действий. Он рассказал, что 31 марта получил от следователя задачу провести НСРД, а 1 апреля (после выполнения задачи) он составил соответствующий протокол. Это все. Остальные свидетели — знакомые Марунича. Первый из них сказал, что он по просьбе Марунича написал несколько статей о размещении мигрантов на Украине, но понятия не имел, что это может быть заказом РФ. Второй свидетель сообщила, что в 2022 году к ней обратился Марунич с просьбой разместить пост в ее тг-канале (сейчас канал удален) с критикой приказов миграционной службы Украины относительно размещения мигрантов с Ближнего Востока на территории Украины за бюджетные средства. О заказе со стороны РФ она ничего не знала, а сам пост совершенно не считает "антиукраинским". Третий свидетель сказал, что Марунич знаком со Степановым, но понятия не имеет, получал ли тот он него какие-либо деньги.
Итак, из пяти свидетелей двое выступили не по существу дела, двое подтвердили, что писали статьи по просьбе Марунича, но они не были "антиукраинскими", еще один сказал, что о получении денег Маруничем от Степанова ничего не знает. Таким образом, показания либо очень косвенные, либо их вообще нет. Без наличия самих статей и задокументированных доказательств их отправки на проверку Степанову, а также без задокументированного факта передачи Степановым денег Маруничу именно за эти статьи, обвинение разваливается. Предоставленных доказательств точно недостаточно.
Однако самое интересное в деле — протокол негласных следственно-розыскных действий (НСРД), а точнее показания эксперта, который проводил судебно-технические и компьютерно-технические экспертизы.
Уголовное производство открыто в марте 2022 года. Основания непонятны, т.е. непонятно, откуда сотрудники СБУ узнали, что Марунич может делать что-то противозаконное. В то время, сразу после начала СВО, реальным основанием было нахождение человека "на карандаше" как неблагонадежного. Против кого-то открывали уголовные производства, кого-то просто похищали и отправляли "на подвал". Тогда же, в марте, относительно Марунича проведены НСРД, которые якобы составляли "дистанционное беспроводное подключение" к мессенджеру Telegram на смартфоне Марунича. По результатам этого "подключения" 11 апреля было получено разрешение на обыск. Однако, вот чудеса, согласно протоколу, обыск состоялся 5 апреля, т.е. до получения разрешения. Спишем это на опечатку.
О "дистанционном подключении" в рамках НСРД и полученных данных как таковых эксперт говорит следующее:
1. В протоколе от 31.03.2022 имеет место искажение данных, содержащихся, согласно протоколу, на диске с результатами НСРД. В протоколе отсутствуют существенные признаки свойств содержащихся на диске цифровых файлов.
2. Цифровые файлы, которые были предоставлены на исследование, не содержат метаданных: названия, модели, серийного номера прибора, с помощью которого были созданы файлы. Дата и время создания файлов не совпадает с описанием в протоколе.
3. В соответствии с данными протокола, файлы на диске НРСД были записаны 01 апреля 2022 года, но сами НСРД проводились 31 марта 2022 года. При этом после оформления протокола цифровой файл был уничтожен, а материальный распечатанный бумажный экземпляр передан 1 апреля 2022 года в прокуратуру Винницкой области. Таким образом, отсутствует оригинал, а только оригинал может быть объектом экспертизы.
4. Адвокат Марунича получил на флэшке копию данных, которые, согласно протоколу, находятся на исходном диске, однако полученные данные отличаются от того, что указано в протоколе.
5. Соответственно, невозможно осуществить криминалистическое отождествление данных на диске (которого нет) и в телефоне Марунича (в котором переписка вообще удалена).
6. Также невозможно произвести идентификацию данных из зашифрованного телекоммуникационного трафика Telegram, передававшегося от одного абонента к другому.
7. И, наконец, процедуры дистанционного беспроводного подключения (если не считать контакта Wi-Fi или блютуз) к смартфону с Telegram не существует. Получить информацию со смартфона без подключения напрямую невозможно.
Согласно принципу "плодов отравленного дерева", доказательства, полученные незаконным путем, являются незаконными. Соответственно лингвистическая экспертиза незаконных доказательств недопустима, а компьютерную экспертизу специалист просто отказался делать, потому что это невозможно — он не говорит об этом прямо, но из его показаний можно сделать вывод, что протокол НСРД, на основании которого был проведен обыск, а затем и арест, просто сфальсифицирован.
Гипотетически, такое дело в суде хороший адвокат мог бы легко развалить. Но это украинский постмайданный суд, который скорее станет бесконечно переносить заседания по техническим причинам (обстрелы, судья заболел, прокурор не пришел, срочно вызвали в другое заседание и т.д.), чем признает невиновным человека, который уже отсидел в СИЗО по политическому обвинению 3,5 года. До СВО оправдательный приговор по таким делам был сродни чуду, а после это стало просто невозможным. До 10 оправдательных приговоров по делам, связанным с конфликтом, с 2022 года есть, но там совсем не медийные, случайные люди. Марунич все-таки был, хоть и не пророссийским, но публичным критиком действий власти.
Поэтому он подписал сделку со следствием, признал вину и получил 4 года с частичной конфискацией (нескольких тысяч найденных у него дома российских рублей). Учитывая уже отсиженный срок, выйдет Дмитрий примерно через полгода. Альтернатива — несколько лет судов с перспективой получить 15 лет с конфискацией. Поэтому в реальных обстоятельствах Марунич поступил самым разумным образом.
Суд же обрадовался тому, что с него снята всякая ответственность, признал все доказательства допустимыми и законно полученными, а вину полностью доказанной. Искреннее раскаяние, активное содействие и наличие двоих несовершеннолетних детей стали основанием для того, чтобы по статье с минимальной санкцией в десять лет был применен принцип "меньше меньшего" и срок снижен до четырех лет.
Как так сделал суд — не спрашивайте. Главное, что Дмитрий скоро должен оказаться на свободе. А сторона обвинения, видимо, решила, что доказать вину не получится, поэтому сделка решает все проблемы — приговор есть, СБУ и прокуратура молодцы, что выявили и посадили госизменника. А на какой срок? А на такой, какой назначил суд. Он же независимый.
О положении многих политических заключенных на Украине — в материале "Избиения, пытки, издевательства и гимн Украины. Что происходит с узниками совести в тайных тюрьмах СБУ".