Косачев: Для России нет врага в ирано-израильском противостоянии, для нее враг — само это противостояние

Глава Комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев прокомментировал обстановку на Ближнем Востоке
Подписывайтесь на Ukraina.ru

Происходящее на треке Иран-Сирия-Израиль, разумеется, вызывает все больше беспокойства у всего международного сообщества. Обмены ракетными ударами, взаимные обвинения и военные приготовления — все это говорит о нарастающей возможности нового военного конфликта с участием весьма хорошо вооруженных держав. Что означает — потенциальных жертв может быть очень много.

Израиль назвал свои сегодняшние ночные ракетные атаки ответными — в связи с обстрелом позиций израильской армии на Голанах, в которых Тель-Авив обвиняет Тегеран. Это произошло впервые с 1973 года, со времен третьей арабо-израильской войны, и, конечно же, вызвало бурную реакцию в Израиле. В свою очередь Иран грозил ответными мерами на воздушные удары по своим военным позициям в Сирии в апреле, когда погибли несколько иранских военных.

Как бы то ни было, эскалация продолжается, и отягощающим (а то и провоцирующим) шагом стало, конечно же, заявление президента США Д.Трампа о выходе Америки из соглашения по иранской ядерной программе.

Впрочем, есть некоторые обстоятельства, которые оставляют определенную надежду на то, что все не пойдет по худшему сценарию. Судя по заявлениям, стороны пока против эскалации — хотя, конечно же, никто не хочет называть себя агрессором и инициатором конфликта. Но и сами действия — пока речь идет исключительно о военных целях для атак. При этом Израиль атакует объекты не в Иране, а в Сирии (впрочем, тем самым нарушая суверенитет этой страны, не будем забывать). И позиции самого Израиля подвергаются атакам именно на Голанских высотах, которые не признаются в мире в качестве израильской территории. Наверное, «красные линии» для обоих государств проходят там, где начинаются собственно территории этих государств и где будут затронуты гражданские лица. Можно предсказать, что если эти линии будут перейдены, именно тогда вероятность конфликта вырастет кратно.

Что касается России, то мы безусловно категорически против усиления военной активности в этом районе, и не только потому, что там сейчас наши военные. Любая эскалация дополнительным бременем ляжет на плечи сирийского народа (как и всех других в регионе), приведет к новым жертвам и вряд ли принесет ощутимые дивиденды любой из сторон. Выиграть могут только экстремисты (уже есть сообщения СМИ, что боевики попытались воспользоваться израильскими ракетными ударами и захватить сирийские армейские позиции возле города Эль-Баас у Голанских высот) и противники мира на Ближнем Востоке.

В этом смысле и Россия не выступает однозначно заодно с одной из сторон конфликта (в отличие, например, от США). И хотя у нас сейчас сложились вполне конструктивные отношения с Тегераном в реализации Астанинского формата межсирийского урегулирования и в противостоянии террористам в Сирии, тем не менее весьма показательным было и участие президента России и премьер-министра Израиля в акции «Бессмертный полк» 9 мая в Москве. Это и есть уникальное политико-дипломатическое положение России, которое необходимо максимально использовать в общих интересах. Для России нет врага в ирано-израильском противостоянии, для нее враг — само это противостояние. И мы, в том числе по парламентской линии, готовы работать с каждой из сторон (а у нас неплохие рабочие отношения с коллегами и в Иране, и в Израиле) для уменьшения напряженности и поиска взаимоприемлемых решений.

 

Рекомендуем