—  Как давно Вы занимаетесь изучением гонений на УПЦ, чем был мотивирован такой выбор предмета и какие данные удалось обобщить в ходе исследований?

— Мониторингом таких нарушений я занялся, по сути, с начала Евромайдана, поскольку проводил на нем полевые исследования по изучаемой мною тематике новых религиозных движений, анализировал деятельность ряда сект, которые там обосновались. Естественно, в поле моего изучения попадало их отношение и отношение майдановцев в целом к УПЦ, хотя это и не было основной целью моих исследований. Однако с развитием конфликта на Майдане появилось понимание, что деятельность протестующих активно направляется против Православной церкви. Когда сразу же после свержения Януковича произошли попытки силового захвата «Самообороной Майдана» Киево-Печерской и Почаевских лавр, стало ясно, перед нами начало процессов, аналогичным имевшим место на Украине в 1990-е годы, когда происходили погромы, захваты храмов УПЦ националистами. При этом история тех лет осталась практически неосвещенной — нет обзорных трудов, нет списков захваченных храмов. Это заставило меня начать в феврале 2014 года вести подробную хронику нападений на храмы, угроз священникам, поджогов, вандализма и т.д.

Кирилл Фролов: Порошенко натравил нацистов с ломами на православного лидера
Кирилл Фролов: Порошенко натравил нацистов с ломами на православного лидера
© РИА Новости, Стрингер | Перейти в фотобанк

Первоначально это была хроника подобных событий в хронологическом порядке, разбитая по месяцам. Эту хронику нарушений прав УПЦ я начал затем предлагать в СМИ, но везде просто отказывались ее брать. Откликнулись на мое письмо только в Российском институте стратегических исследований (РИСИ). Большой обзор, доведенный до июля 2014 года, был опубликован 1 августа 2014 года на сайте РИСИ под названием «Проявления религиозной нетерпимости в отношении УПЦ Московского патриархата», но анонимно, так как на тот момент я еще проживал на Украине.

Я и мои знакомые предпринимали попытки издать такое исследование в виде монографии, доступной и русскоязычным, и западным читателям (в том числе инстанциям ОБСЕ и ООН), нам удалось найти издателей и опубликовать две книги «Жертва гражданской войны. Преследования Украинской православной церкви в ходе конфликта на Украине, 2014 — 2015 гг.» (Москва, Русская книга, 2016), где я выступил соавтором, но также без указания моего участия (на тот момент я только переезжал в Россию), и «Гонения на православие на Украине в 2014 — 2016 гг.» (М.: РИСИ; ФИВ, 2017) уже за моим авторством. Сейчас закончена новая книга, где обзор доведен с декабря 2015 года, на котором кончается книга «Жертва гражданской войны», до апреля 2018 года, до есть до текущего момента.

— Сравнивая преследования УПЦ в 2014 — 2015 и 2016 — 2018 годов, когда, на Ваш взгляд, они были более жестокими?

 — Это сложный вопрос. На мой взгляд, с 2016 года ситуация значительно ухудшилась, хотя захватов храмов стало заметно меньше. Почему? Нападения 2014 — 2015 годов можно было хотя бы частично объяснить охватившей украинское общество после Майдана массовой истерией, бушевавшими эмоциями, сломом государства, списать на спонтанную агрессию, немотивированно выплескивавшуюся в разных направлениях. Сейчас же дискриминация УПЦ стала систематической, нормой жизни в стране, которая никого уже не удивляет.

Если в 2014 — 2015 годах националисты приезжали в какое-нибудь село, захватывали там храм и уезжали, и на этом история заканчивалась, то в последние несколько лет общины УПЦ могут дискриминироваться местными властями годами, раз за разом натыкаясь на отказы чиновников исполнять решения судов, выносящих решения в пользу верующих, и т.д. Роль власти в дискриминации УПЦ и нападениях националистов стала более заметной, а бездействие полиции, которое в 2014 году можно было списать на деморализацию после Майдана, в наши дни выглядит уже определенная линия поведения.

Среди националистов сейчас наметилось своеобразное «разделение труда» по действиям против УПЦ. «Свобода»* через своих депутатов в областных и городских советах пытается добиться принятия Верховной Радой дискриминационных законов против УПЦ, «Правый сектор»* захватывает храмы для неканонического Киевского патриархата, «Национальный корпус» и его «дружины» ведут давление на местных депутатов для отказа в выделении участков под строительство новых храмов канонической Церкви, а С14 требует демонтажа уже возведенных культовых зданий.

Диффамация УПЦ в украинских СМИ, которая в 2014 году была достаточно «точечной» и имела целью навязать Церкви определенную линию поведения или избрание угодного Порошенко митрополита Киевского, трансформировалась — сейчас ее повсеместно и постоянно клеймят как «пятую колонну» врага, которой не место на Украине. Иначе говоря, дискриминация УПЦ совершила за последние годы переход от количества к качеству.

— Чем объяснить обращение Порошенко к патриарху Варфоломею за автокефалией для Украины, и почему ни к чему не привело удалось аналогичное обращение, принятое два года назад Верховной Радой?

— Два-три года назад инициативы по образованию автокефальной Церкви на Украине шли преимущественно по линии Верховной Рады и украинской диаспоры в Северной Америке. Порошенко перехватил эту инициативу полностью на себя именно сейчас, а тогда на этом фронте соперничал с «Народным фронтом» Яценюка-Турчинова. Очевидно, разделение их сил сыграло не в пользу Киева, поэтому и визит Порошенко к Варфоломею в марте 2016-го, и отдельное обращение Верховной Рады по инициативе Парубия в июне 2016-го плодов не принесли. Плюс, судя по всему, одного только ресурса украинских властей было мало.

В сжатые сроки: Порошенко форсирует создание Поместной православной церкви
В сжатые сроки: Порошенко форсирует создание Поместной православной церкви
© пресс-служба президента Украины

Напомню, что на конец июня 2016 года ожидался подготавливаемый несколько лет созыв Всеправославного собора под председательством Варфоломея, в котором тогда в итоге отказались принять участие Русская, Грузинская, Болгарская и Антиохийская православные церкви. В этой связи решение Варфоломея дать Украине автокефалию было бы воспринято как месть несогласным с ним Церквам, прежде всего Московскому патриархату, и вызвало бы мощнейший демарш против него во всем мировом православии.

Почему произошла активизация сейчас? Дело, мне кажется, не только в выборах 2019 года. Судя по всему, происходит воздействие из-за рубежа, обнадежившее Порошенко, который уверенно говорит о наличии договоренностей с Варфоломеем и называет даже четкие и достаточно близкие сроки возможного предоставления автокефалии. Западные политики воспринимают Московский патриархат как одну из составляющих силы России, в том числе за рубежом, как оплот против либерализма, поэтому заинтересованы в его ослаблении. Как отмечают многие аналитики, присоединив к себе украинское православие, Вселенский патриархат займет доминирующие позиции в Восточной Европе.

 


* Организации запрещены в России Верховным судом РФ.