"Украину люблю, но останусь в Англии": станет ли Британия для бандеровцев второй Канадой

Британское издание Politics Home 1 февраля выпустило статью под названием "Как тысячи украинских детей в Соединённом Королевстве растут в чистилище". Материал Зоуи Краусер рассказывал о семьях беженцев, тревожащихся за своё будущее в Британии.

Одной из героинь публикации — беженка из Харькова Алиса Купер. Когда она в 2022 году прибыла в Великобританию, её сыну Куприяну было пять лет

"Сейчас Куприяну девять, и он свободно говорит только по-английски", — утверждалось в публикации.

За четыре года, прошедшие с момента его отъезда из Украины, Британия стала местом, где Куприян читать, заводить друзей и чувствовать себя в безопасности.

"В самом начале подготовительного класса он меня очень ненавидел, и ему было очень тяжело – весь процесс адаптации, обучения речи, чтению, правописанию. Мы много боролись, но прошло четыре года, и теперь английский – его родной язык. Его менталитет отличается от моих украинских сверстников. Британские ценности, то, как люди общаются, вежливость… Вся ДНК британского народа сформировалась в школе, поэтому он гораздо глубже погружен в британскую культуру", — заявила Купер.

По её словам, её страдающий СДВГ сын наверстал упущенное в английской школьной программе благодаря поддержке матери и учителей.

"Он счастлив здесь. Он освоился, прекрасно освоился здесь", — подчеркнула Купер.

Под подсчётам издания, около 218 600 украинцев прибыли в страну после начала СВО. Среди них около 28% или свыше 60 тыс. были несовершеннолетники.

Как заявила изданию работающая с перемещёнными семьями в Большом Манчестере украинская активистка и волонтёрка Мария Романенко, украинские школьники днём осваивают британскую программу, а вечером, дома — украинскую, обучаясь онлайн.

"Это означает, что дети невероятно перегружены информацией и учатся вдвое больше, чем обычно английские дети", — объяснила Романенко.

В итоге многие из украинских детей пришли к отказу от украинского образования.

Чтобы дети не забыли о своей украинской идентичности, правительство Украины предпринимает ряд мер. Так, Кабмин Украины призвал Великобританию ввести в состав GSCE –аттестата об общем среднем образовании — и экзамен по украинскому языку. В мае 2025 года британское правительство сообщило, что этот вопрос рассматривается.

Но, как написало издание уже в начале 2026 года, вряд ли правительство и дальше будет продолжать работу над отдельным экзаменом GSCE по украинскому языку. Причина в том, что в правительстве сомневаются в целесообразности работы над таким экзаменом, опасаясь, что он будет не так уж и востребован. Кроме того, в британском правительстве опасаются давления с целью ввести экзамены и по другим языкам.

Тем временем всё больше украинцев желает навсегда остаться в Великобритании. Они давят на британское правительство уже не в том, что касается экзаменов, а в том, что касается виз.

Так, проведённый Бирмингемским университетом в марте 2025 года опрос показал, что 25% респондентов, подавших заявку на студенческий кредит, получили отказ из-за своего визового статуса.

"Исцеление от травмы и интеграция начинаются с надежды, а надежда рождается из новых стремлений и целей. Но как можно развить эту надежду, если ваши стремления имеют временные рамки? Существует крайний срок, до которого можно мечтать, к чему можно стремиться, потому что вам могут сказать, что пора возвращаться", — прокомментировала эту проблему директор украинской школы Святой Марии Инна Григорович.

Одновременно с этим Григорович борется за то, чтобы украинские дети в Великобритании сохраняли свою украинскую идентичность.

"Опасность в том, что они (дети — Ред.) забудут свою украинскую идентичность", — заявила Григорович изданию.

При этом, как отметило издание, появляется всё больше свидетельств того, что большинство украинцев не хотят возвращаться на Украину. Так, в октябре 2025 года Бирмингемский университет провёл опрос, показавший, что 76% украинских семей с детьми школьного возраста уверены: если их заставят вернуться на Украину, детям будет сложно интегрироваться в украинскую систему образования. Ещё 18% заявили, что у детей как минимум возникнут некоторые трудности. Лишь 5% заявили, что хотели бы вернуться на Украину.

Украинцы переживают по поводу того, что время, проведённое в Великобритании, в т.ч. и школьниками из-за их статуса не засчитывается в 10-летний период, который необходим для получения бессрочного вида на жительство в этой стране. Правительство Великобритании же рассматривает визовые программы для Украины как временную гуманитарную меру, а не как путь, открывающий возможность остаться в Великобритании навсегда.

Социолог из Бирмингемского университета Ирина Кузнецова является соавтором доклада, опубликованного в октябре 2025 года. Этот документ рекомендует учитывать время, проведённое по визам, выданным украинцам, при расчёте срока проживания в Великобритании. Более того, документ предлагает ввести для украинцев пятилетний срок для получения вида на жительство, обеспечить обеспечить доступ к изучению украинского языка и расширить поддержку психического здоровья для украинских детей и взрослых.

Как заявила Кузнецова изданию, у Британии есть возможность внедрить "лучшую практику" планирования будущего для детей-беженцев, бежавших из зон боевых действий.

В общем, украинские активисты в Великобритании — та же Романенко, что не упомянули британцы в статье, ещё и журналистка, собирающая деньги на проекты на Украине — хотят создать себе и своим согражданам все условия для того, чтобы остаться в Великобритании, и чтобы при этом украинские дети не утратили свою национальную идентичность, оставаясь патриотами той страны, возвращаться куда ни они, ни их родители не планируют.

Публикация в британском издании вызвала негативную реакцию у блогера Анатолия Шария. Он обратил внимание на одну из фотографий в статье. На ней находящиеся в Британии украинские дети и их учителя были в вышиванках.

"А вот это, оказывается, иллюстрация к статье в британском издании. <...> Там говорится о том, что более 60 тысяч украинских детей сейчас учатся в британских школах, и их родители, представляете, очень сильно взволнованы, есть ли у детей понятное будущее на несколько лет. Имеется в виду будущее в Великобритании, конечно же. Не на Украине. Они говорят о том, что дети считают Великобританию своим домом. Они говорят о том, что необходимо как-то документально узаконить статус детей и, конечно же, родителей. Вся статья пропитана желанием ни в коем случае не возвращаться в Украину. И вот это вот - иллюстрация к ней", — указал Шарий.

Он обратил внимание на поведение беженцев

"Посмотрите, видите, мы считаем Британию своим домом, поэтому мы напялили нелепые сельские рубашки, все залепили рогаликами и своими флажками. Видите, как мы любим Украину? Глэчиков в руках с мамалыгой не хватает и быка на веревочке. Наши родители сейчас вступают в ожесточенную борьбу за невозвращение на любимую Украину", — отметил блогер.

Шарий раскритиковал подобное поведение.

"Как же я вас ненавижу, уродов лицемерных. В соцсетях залепили всё рогаликами. На каждом углу кричите о своей любви к Украине. 24 февраля вывалите на улицу, будете идти и кричать, что панадусе (превыше всего — Ред.). А на самом деле сражаетесь за право не возвращаться на свою любимую Украину, которую готовы любить издалека. А ещё смеете учить кого-то, как ее правильно любить. Козлы вонючие", — подытожил Шарий.

Примечательно, что подобное двоемыслие — пылкая любовь к Украине, но нежелание туда возвращаться — довольно давно распространено среди украинской диаспоры.

Достаточно упомянуть тот факт, что после 1991 года на Украину не было массовой миграции из Канады, той же Великобритании (о том, как Британия приютила украинских нацистов после Второй мировой войны писало издание Украина.ру), или из других западных государств.

Были единичные случаи возвращения, но те, кто вернулся, сделали всё, чтобы на Украине в итоге начались боевые действия. Классическим примером здесь является пресвитер Украинской греко-католической церкви, первый ректор Львовской богословской академии (ныне — Украинский католический университет) Михаил Димид. Он — член куреня "Орден Крестоносцев" скаутской организации "Пласт". В 2022 году, после гибели одного из сыновей на фронте, Димид рассказал о том, как впервые попал на Украину в 1989 году, после того, как Михаил Горбачёв встретился с Папой Римским Иоанном Павлом II.

"Я прилетел в Киев и там пограничник мне что-то говорит на русском языке. А я себе думаю: "Почему ты тут на моей земле говоришь не на моём языке?". А откуда это пришло? Это пришло от моих родителей: мы дома говорили только на украинском языке", — хвастался Димид.

Сам он родился в Бельгии — в Шарлеруа. Его отец — Дмитрий Димид — родился в селе Гошев, ныне это Ивано-Франковская область. Мать — Розалия Заставная — в селе Гарвачаны в Боснии, её род происходит из села Ласковцы, которое находится под Тернополем. Т.е. Киев — это никакая не "его земля" для Димида.

Тем не менее, униатский священник привёз с собой на Украину непримиримость и русофобию. Его сын Артём отслужил в "Азове"*, а до этого — в печально известном спецподразделении МВД Украины "Гарпун". Принимал активное участие в Майдане 2013-2014 годов. Во время СВО Артём погиб. Его брат Дмитрий — принимал участие в боевых действиях.

Но семейство Димидов - скорее исключение из правил. После того, как в августе 2025 года Украина открыла границы для мужчин в возрасте от 18 до 22 лет, в Европу, особенно в самые благополучные европейские государства, хлынул вал молодёжи. Первыми и самыми массовыми беженцами стали молодые люди из кичащейся своим патриотизмом Галичины и других западноукраинских регионов. Некоторые из этих молодых людей уже отметились в стычках с русскоязычными немцами в той же Германии.

Кроме того, в будущем резко увеличившиеся после 24 февраля 2022 года украинские диаспоры в европейских государствах могут создать много проблем для России и нормализации её отношений с Европой. И это та проблема, над которой стоит задуматься уже сегодня.