Принцы под венцом. Как три западных жениха славы России не добавили и невестам счастья не дали - 12.01.2026 Украина.ру
Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

Принцы под венцом. Как три западных жениха славы России не добавили и невестам счастья не дали

© Фото : kulturologia.ru
  - РИА Новости, 1920, 12.01.2026
Читать в
ДзенTelegram
Проблема легитимации власти на Руси через внешнее признание проявилось, кажется, впервые еще в 862 году, когда "сказали руси чудь, славяне, кривичи и весь: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет…"
Отсюда и вывод просящих: "…Приходите княжить и владеть нами".
Сказали это наши предки "руси" – варяжскому предводителю Рюрику, который с братьями Синеусом и Трувором откликнулся на призыв "младших товарищей", пришел на славянскую землю князем и после смерти братьев уже через два года стал основателем русской княжеской, а потом и первой царской русской династии Рюриковичей.
Вот таким был путь евроинтеграции восточных славян, с которой у них не заладилось именно с тех давних пор.
С княжеской династией Рюриковичей проблем в Европе не было. Они и замуж в Европу выходили лихо, и женились на коронованных европейках запросто. Пока не попали под каток монголо-татарского ига, когда потеряли суверенную субъектность и получали ярлык на княжение в Золотой Орде.
Возрождение Рюриковичей началось с возвышением великих князей Московских. В 1472 году князь Иван III Великий женился на Софии Палеолог, племяннице последнего византийского императора, а их сын – Василий III – взял в жены княгиню Елену Глинскую, которая, по мнению многих историков, унаследовала кровь чингизидов от своего пращура, беклярбека Орды Мамая, женившегося на дочери хана Бердибека. В Орде только чингизиды по происхождению, потомки Чингисхана имели право становиться ханами.
И уже сын Василия и Елены, внук Софии – Иван IVВасильевич по прозвищу Грозный – в 1547 году стал первым русским царем (цезарем, цесарем Московии). Корону он принял, потому что соединили в себе царственные крови трех династий – Рюриковичей, выморочных византийских Палеологов и чингизидов.
Но царем Иваном Грозным даже с такой родословной "побрезговала" английская королева Елизавета I из династии Тюдоров и предложила вместо королевского тела некие торговые привилегии, за что несостоявшийся и страшно обозлившийся жених в письме 1570 года назвал ее "пошлой девицей", упрекая в равнодушии к его просьбам.
Историки оспаривают факт сватовства Ивана Грозного к Елизавете, но подозревают, что жениться он действительно хотел, чтобы династическим браком объединить оба государства и править от Британских морей до Урала и Сибири, кои уже присоединили к Московскому царству его удалые люди.
Владимир Скачко - РИА Новости, 1920, 05.03.2019
Владимир Скачко: кто онИзвестный украинский журналист, публицист, политический аналитик
И именно Иван Грозный, который уже не нуждался в какой-то легитимизации своего правления, первым решил при помощи браков расширять свое царство за счет западных европейских земель. Сам он, как видим, с "Лизкой Английской" обломался, но решил свадьбой присоединить или хотя бы сделать вассальной и зависимой от России Ливонию – землю бывших Ливонского и Тевтонского рыцарских орденов, которую периодически подгребали под себя то литовцы, то поляки, то датчане, то шведы. Ему нужен был выход на Балтику намного раньше императора Петра I.
Грозный выбрал для этих целей герцога Магнуса (1540-1583), принца датского и норвежского из Ольденбургской династии и брата короля Дании Фредерика II, женил его на своей двоюродной племяннице Марии Старицкой, затеял Ливонскую войну, фактически создал королевство Ливонию и сделал "своего короля". То есть Магнуса, которого в России в летописях даже называли Арцимагнусом Крестьянович (отцом его тоже был датский король Кристиан III). Ивану Грозному нужно было на западе буферное королевство, чтобы сдерживать западную экспансию.
© Фото : alternathistory.ru
  - РИА Новости, 1920, 12.01.2026
Магнус, принц Датский
Магнус прибыл в Москву в 1570 году, через три года женился на Марии и прирос русским землями и закоролевал в Оберпалене (сегодня это небольшой городок Пылтсамаа в Эстонии с население в 4 с небольшим тысячи человек). Но Магнус этот юлил с Иваном Грозным, как сейчас какая-нибудь современная и безбашенная суперевропейка типа Каи Каллас или Урсулы фон дер Ляйен. Он боялся русского царя, как огня, но все наделся обмануть его и, опершись на западных союзников и покровителей, оторвать свое королевство из-под московского влияния.
В 1577 году он передал свою корону и трон польскому королю Стефану Баторию и призвал ливонцев сдаваться полякам, чтобы не стать окончательно подданными Московии. В итоге Грозный осерчал, арестовал Магнуса и ликвидировал Ливонию 28 декабря 1578 года.
Недолго потоптал цугундер после этого и экс-король Магнус. Его жалкого и растоптанного, царь Иван помиловал и отпустил его восвояси, но уже в 1583 году Магнус умер в нищете. И никому не нужным.
Его вдову Марию в Москву обманов заманил и постриг в монахини уже новый царь России из новой династии Борис Годунов. Он просто боялся, что поляки воспользуются Марией как претенденткой на русский престол – она с дочерью оставались единственными представительницами и прямыми потомками династии Рюриковичей, которая пресеклась со смертью в 1598 году бездетного царя Федора Иоановича, сына Ивана Грозного. А в России, в отличие от большинства стран католической Европы, признавали возможность престолонаследия по женской линии.
Царем потом избрался Годунов, который страшно боялся, что его и потомков подсидят любые второстепенные Рюриковичи, и потому начал, с одной стороны, изничтожать всех потенциальных претендентов на престол. Мать гноили в монастыре, а дочь Магнуса, 8-летняя Евдокия, предположительно была отравлена в 1589 году.
С другой – Годунов тоже озаботился легитимизацией своей династии. И пошел традиционным путем – через внешнее признание. Так в истории России появились еще два иностранных принца, которые потенциально могли бы даже возглавить царство, если по любой причине умерли и Борис Годунов и его единственный сын Федор.
Но оставалась еще дочь – Ксения Борисовна Годунова, которой царь Борис и подыскивал иностранных принцев.
Первым стал шведский принц Густав Эрикссон из династии Ваза, сын короля Эрика XIV и Карин Монсдоттер, бывшей трактирной служанки, которая стала любовницей монарха, а потом женой и законной королевой. Этого короля Эрика XIV его братья объявили душевнобольным, свергли и уморили в тюрьме, а сына Густава отправили в Польшу, чтобы не появлялся в Швеции и не претендовал на шведский престол. Там его и подобрал русский царь Борис и в 1599 году пригласил в Москву.
  - РИА Новости, 1920, 12.01.2026
Густав, принц Шведский
Принц Густав был по меньшей мере человеком странным. С одной стороны, он был неплохо образован (выученик иезуитов), знал большое количество языков, был весьма сведущ в алхимии и даже гордился, что его называли "новым Парацельсом". Но с другой – Густав прослыл гуленой, пропойцей и бабником.
В Москву Густав сначала прибыл нормально. Он прекрасно понимал свое, как сейчас казали бы, двойное назначение. Его готовили и планировали использовать не только как зятя царя. Годунов по примеру Ивана Грозного хотел возродить Ливонское королевство и с его помощью отгородиться от Запада, а потом использовать вассальное государство, как плацдарм для движения в Европу и сдерживая как Речи Посполитой, так и набиравшей силу Швеции. Причем со шведами Годунов планировал договориться полюбовно: принц Густав становится ливонским королем, а Стокгольм это признает в обмен на отказ Густава от шведской короны.
В Москве ему были обещаны в королевский удел Калугу и еще три города. Как писал историк Николай Карамзин, "ввезли в Москву на богатой колеснице; представили государю в самом пышном собрании двора. Поцеловав руку у Бориса и юного Феодора, Густав произнес речь (зная славянский язык); сел на золотом изголовье; обедал у царя за столом особенным, имея особенного крайчего и чашника. Ему дали огромный дом, чиновников и слуг, множество драгоценных сосудов и чаш из кладовых Царских; наконец Удел Калужский, три города с волостями, для дохода. Одним словом, после Борисова семейства Густав казался первым человеком в России, ежедневно ласкаемый и даримый".
Но, проживая в столице в ожидании свадьбы, принц Густав буквально слетел с катушек: он выписал свою любовницу, в русских источниках называемую Екатериной, а также их детей, открыто катал их в карете, "запряженной четверней белых лошадей и в сопровождении многих слуг, как ездят царицы. Недовольные из свиты принца говорили, что эта женщина оказывала на него дурное влияние, и под этим влиянием он стал надменным в отношениях со своими дворянами и вспыльчивым по отношению к слугам, которых часто бил". И при этом отказался перекрещиваться в православие, чтобы быть достойным русским женихом и мужем.
В итоге царь Борис психанул, отказал в руке дочери и уже в 1601 году сослал его в Углич, сделав его удельным княжеством принца, которым даже руководил царский наместник, отдавая Густаву только доход.
В Угличе Густав занимался своей алхимией и потихоньку сходил с ума, грозясь сжечь Москву.
После смерти царя Бориса, Густавом пытались воспользоваться и Лжедмитрий I и сменивший его царь из Рюриковичей Василий Шуйский. Но безуспешно. В 1607 году в возрасте 38 лет принц Густав преставился в Кашине и был погребен в монастыре. Уединенную могилу его в березовой роще, на берегу Кашинки находили долго, а сейчас остался от нее только могильный камень. Без короны…
Обжегшись с Густавом Шведским Борис Годунов тем не мнее от намерения женить дочь Ксению на иностранном принце не отказался, и следующим претендентом стал 18-летний принц Иоганн (Ганс) Шлезвиг-Гольштейнский (Датский), герцог и сын короля Дании Фредерика II, а также брат тоже датского короля Кристиана IV и племянник уже упомянутого выше короля ливонского Магнуса, избранника Ивана Грозного.
Борис тут не был оригинален, он хотел раз и навсегда приручить Ливонию и если не сделать ее буферным государством, то хотя бы превратить в союзника, связавшись кровными узами с претендентами на эти земли в Дании, Речи Посполитой, Швеции. России это давало бы, напоминаю, выход в Балтийское море.
Иоганн остался в русской истории, как "Иоанн королевич", "герцог Ганс" или Яган и оставил по себе довольно светлую память. Может, потому что не успел наследить. И очень понравился 19-летней невесте Ксении. Голландский путешественник и торговец Исаак Масса потом вспоминал, что "царь Борис изъявлял чрезвычайную радость; царица и молодая княжна видели герцога сквозь смотрительную решетку, но герцог их не видел, ибо московиты никому не показывают своих жен и дочерей и держат их взаперти". А царица – это, между прочим, Мария Скуратова-Бельская, дочь самого Малюты Скуратова, главного опричника и палача-соратника Ивана Грозного.
И епископ Суздальский и Тарусский Арсений Еланосский, прославленный в лике святых русской церковью, позже тоже писал, что принц "весьма понравился самой дщери и родителям ее, царю и царице, и всем придворным, кто видел его, потому что был не только благороден и богат, но и был молод, а главное настоящий красавец и большой умница. Царь и царица весьма полюбили его и ежедневно принимали его во дворце, желая устроить брак".
© Фото : ruwiki.ru
  - РИА Новости, 1920, 12.01.2026
Иоанн, принц Датский
Но счастье и в этот раз прошло мимо. Царевна Ксения, готовясь к свадьбе, поехала на богомолье в Троице-Сергиеву лавру, а принц остался в Москве – изучать русские обычаи. Так они и не встретились – принц внезапно занемог и в 1602 году скончался в 19 лет.
И до и после Борис Годунов хотел выгодно пристроить дочь. Велись переговоры с Габсбургами: сватались к эрцгерцогу Максимилиану, брату императора Священной империи Рудольфа II. Император Рудольф даже сам хотел жениться на Ксении, если бы Борис согласился поделить Речь Посполиту между Германией, Ливонией и Россий (во как!)
Не сошлись в вопросах веры и с австрийскими Габсбургами, с двоюродными братьями и все того же датского короля Кристиана IV и с сыновьями шлезвигского герцога Иоанна. Кроме того, царь Борис хотел, чтобы зять жил в России, так как дочь у него одна.
Не доехал в Москву еще один жених – грузинский царевич Хозрой. Не успел царь Борис отдать дочь и за бывшего фаворита Ивана Грозного, боярина Петра Басманова. В 1605 году царь Борис скончался от апоплексического удара или был отравлен, а через пару месяцев династия Годуновых пала.
Царевну Ксению сделали наложницей Лжедмитрия I, а потом постригли в монахини. Умерла она в 40 лет в 1622 году в монастыре.
Тот жених, которого царевна Ксения полюбила, принц Иоанн еще раз аукнулся в истории новой династии Романовых. За первого царя из нее Михаила Федоровича тоже хотели засватать датскую принцессу, племянницу все того же датского короля Кристиана IV и брата его – умершего в России принца Иоанна. Тем более что во время Смутного времени гробница Иоанна была разорена и разграблена "польскими и литовскими людьми".
Но Кристиан IV отказал, ибо считал, что брата его Иоанна в России отравили, а потом отказались вернуть прах. И хотя потом, в 1637 году, останки эти все же вернули в Данию о свадьбе уже не говорили: царь Михаил к тому времени благополучно и счастливо женился на русской – Евдокии Стрешневой, которая и родила ему десять детей…
…В последний раз к матримониальным услугам датчан обратился потомок Романовых император Александр III, когда в 1866 году женился по большой любви на Марии Софии Фредерике Дагмаре Датской, ставшей в православии Марией Федоровной. Их сын – император Николай II – и стал последним Романовым на троне России. Но это уже другая история, к любви, свадьбам и легитимизации царевичей отношения не имеющая...
О природе власти еще читайте в статье Владимира Скачко "Коронованная финка. Шведская королева, чей сын мог укрепить Московское царство"
Подписывайся на
ВКонтактеОдноклассникиTelegramДзенRutube
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала