"Работа в Польше" и "Вместе с Россией". Как менялась жизнь в Херсонской области - 22.07.2022 Украина.ру
Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на

"Работа в Польше" и "Вместе с Россией". Как менялась жизнь в Херсонской области

© РИА Новости . Константин Михальчевский / Перейти в фотобанкПервые за восемь лет пассажирские автобусы начинают курсировать между Крымом, Херсоном и Мелитополем
Первые за восемь лет пассажирские автобусы начинают курсировать между Крымом, Херсоном и Мелитополем - РИА Новости, 1920, 22.07.2022
Читать в
В Херсонской области, откуда Россия уже не уйдет, как заявили официальные лица, многое напоминает о том, что это исторически русские земли. Но и времена Украины, и политические события последнего времени наложили отпечаток на регион, поведение его жителей, их настроения. Историк и журналист Александр Васильев проехал из сердца России в Новороссию.
Если вы хотите добраться в Херсон, то у вас есть два пути. Если вы по-настоящему крутой и смелый парень, например бесшабашный военкор, еще с Моторолой штурмовавший аэропорт, русский доброволец, ходивший в лобовые атаки на Авдеевку, или просто херсонский фермер, возивший продавать помидоры в Донецк, то вы уверенно выбираете короткий маршрут через Ростов, который лежит между линией фронта и Азовским морем. Но если вы такими доблестями не обладаете, то добираться в Херсон вы будете через Крым.
15 июля Росавиация заявила, что аэропорты юга России, в том числе, конечно же, Ростов-на-Дону и Симферополь, не откроются как минимум до 15 августа. А это значит, что вам остается либо автотранспорт, либо поезд.
И вот вы идёте с чемоданом мимо красной башни Казанского вокзала, который (наряду с Павелецким) сменил Киевский вокзал в качестве отправной точки путешествия в Херсон.
Когда я оформлял командировку в нашей богоспасаемой бухгалтерии, то мне уверенно сказали, что билетов на Крым нет и не предвидится. Однако это стереотип. На самом деле в тот же день я купил два нижних места в купе до Симферополя и обратно. Одним словом, билеты в Крым есть, нужно только проявить немного настойчивости при их поиске.
Правда, с поездами в Крым тоже не все так просто. Россия уже вернулась в основанный императрицей Екатериной II Херсон, но Российские железные дороги все еще не вернулись в Крым, куда их проложил еще в 1873 г. Александр II.
Вместо этого перевозками в Крым с момента запуска движения по Мосту занимается кампания «Гранд Сервис Экспресс». Нужно отдать должное: она пытается справиться с растущим пассажиропотоком, наращивая количество поездов и вагонов в составах. К началу июля только на маршруте Москва — Крым курсировало 10 поездов, но дальше уже встает вопрос пропускной способности железнодорожной сети юга России. Время в пути между Москвой и Симферополем может составлять до 50 часов! В таком поезде вы будете стоять на степных полустанках едва ли не столько же, сколько преодолевать расстояние между ними.

Но тут уж ничего не поделаешь — СВО!

Ее дыхание ощущается сперва еле заметно — в свежей колючей проволоке, обволакивающей опоры мостов поменьше (после атак украинских диверсантов на мосты в Курской и Белгородской областях) и ощетинившегося «Панцирями» Крымского моста.
Но уже в Джанкое из нашего поезда вышел крепкий мужчина средних лет в камуфляже расцветки «мох» и, закинув за спину тактический рюкзак, вдоль высыпавших на перрон курортников направился к зданию вокзала. Там уже кучковались группки таких же камуфлированных пассажиров, сошедших с утренних поездов, а рядом стоял армейский КамАЗ, который повезет их на фронт. А на улицах Симферополя тентованный грузовик или джип с размашисто нанесенными буквами Z и вовсе стал частью пейзажа и не привлекает особого внимания.
И вот перед вами белая башня с часами — символ симферопольского вокзала. Это значит, что вы уже почти в Херсоне и осталось вам всего ничего. Можно, конечно, тут же воспользоваться услугой колоритных местных таксистов, в арсенале которых теперь, кроме классических скороговорок «судакалуштаялта» и «феодосиясаки» появился и Армянск. Там пролегает граница, перейдя которую в пешем порядке, вы садитесь уже к херсонскому таксисту и продолжаете путь. Поездка обернется вам в 5–6 тысяч рублей. Но есть и более бюджетный вариант.

Ласточкино гнездо 2.0

— Цель вашего визита? — спрашивает меня татарская девушка в форме российского пограничника.
— Командировка. Я журналист.
— Вы первый журналист, который едет на автобусе!
Действительно, я выбрал этот вид транспорта для того, чтобы прочувствовать на себе, как в реальности налажено транспортное сообщение между Крымом и Херсоном, открытое 1 июля.
Билет стоит 1300 рублей, и еще 130 за место багажа. Автобусы отправляются в Херсон трижды в день: в 06:30, 10:30 и 14:30 от расположенной прямо на выходе из железнодорожного вокзала автостанции «Курортная». Изначально рейса было два, но практика показала, что маршрут востребован, и был добавлен третий. Время в пути, как обещает объявление на окошке кассы, — 4 часа. В реальности, учитывая все превратности дороги, она может занимать до 5 часов. Время выхода последнего рейса рассчитано так, чтобы пассажиры успели добраться в пункт назначения до наступления комендантского часа в 22:00.
Из Симферополя выезжает новенький кондиционированный автобус на три десятка мест. Заполнен он, правда, примерно наполовину, но в обратном направлении загрузка полная — билет желательно брать заранее.
Да, сегодня в направлении Крыма выезжает больше, чем направляется туда. Такая же картина и на пограничном пункте пропуска. На въезд в Херсонскую область стоит всего несколько машин, а на выезд в Крым — в несколько раз больше. И это вполне понятная реальность прифронтового региона, зависшего в неопределенности между двух сражающихся сторон — уже не Украина, но все-таки еще и не Россия.
Особо отмечу, что на границе больше нет многокилометровых очередей, в которых можно было стоять сутками. Одна из ключевых задач в нормализации жизни региона — повышение пропускной способности пограничных переходов (пусть и не так оперативно как хотелось бы, но реализовано).
Впервые с начала СВО я пересекал северную границу Крыма в апреле через Чонгар, откуда дорога ведет в Мелитополь и другие районы Запорожской области. Тогда больше половины машин в очереди на въезд в Россию были не с запорожскими или херсонскими, а с мариупольскими номерами: с пленкой вместо выбитых стекол, забитые нехитрыми пожитками, посеченные пулями и осколками, с мятыми бортами и разбитыми бамперами, с надписью «дети» и белыми тряпицами, повязанными где только можно.
Теперь же меня ждал Армянск. Последний раз я был здесь 17 марта 2014 года, когда вместо оборудованного погранперехода был блокпост опаленного пламенем майдана крымского «Беркута», ставшего на первый рубеж обороны республики. И вот я вновь здесь, и путь мой лежит в обратном направлении…
На глаза попадается незнакомая деталь — огромные лопасти десятков замерших ветрогенераторов на украинской стороне. Восемь лет назад их тут еще не было, хотя поощряемая европейцами программа «зеленой энергетики» начала реализовываться на юге еще при Януковиче. Приближенные к нему олигархи продавали государству «экологичную» энергию по завышенному тарифу, и похоже, что после победы Майдана эта схема процветала еще сильнее.
Автобус подъезжает к границе, мы разбираем чемоданы и сразу без всякой очереди направляемся в паспортный коридор — это неоспоримое преимущество регулярного автобусного маршрута. Щуплый солдатик, проверивший наши паспорта на входе в зону контроля, одной рукой подхватывая сползающий с плеча ремень автомата, во второй тащит вместительный чемодан моей попутчицы-пенсионерки.
«Смотри, смотри – птички!» — стоящая за мной бабушка показывает внучке гнездо, которое ласточки свили прямо на камере наблюдения над окошком паспортного контроля. Пятеро желторотых птенцов уже с трудом помещаются в глиняном домике прямо над моей головой, и родители снабжают их пойманными мошками, не обращая внимания на людей.
«Да, оказывается, чтобы увидеть в Крыму "Ласточкино гнездо", теперь не обязательно ехать в Ялту, можно и в Херсон», — задумчиво произносит дедушка, везущий питерскую внучку набираться витаминов в небольшой городок на Днепре.

Разбитые окна и помидорные миллионы

С херсонской стороны нас встречает автобус той же вместимости, но, в отличие от крымского, порядком «уставший» — вместо кондиционера там конструкция из пластиковой бутылки, которая не дает закрываться люку на крыше машины. Дорога тут тоже подустала.
Еще на полпути от Симферополя к границе на ней появились первые кочки и ухабы, и автобус сбросил скорость. Руки крымских дорожников сюда еще не дошли. И это неудивительно: последние 8 лет северный Крым — тупиковое направление. Вместе с транзитом с материка и водой из канала жизнь потихоньку уходила отсюда. Теперь и то, и другое возвращается, в этом году даже впервые за все эти годы здесь посеяли рис! Так что оживление северного, степного Крыма, с такими городами, как Армянск, Красноперекопск и Джанкой, — уже первый наглядный результат СВО.
Но по ту сторону границы северокрымские ухабы уже воспринимаются как норма (бутылка в люке нужна для того, чтобы он не захлопнулся, когда автобус подпрыгнет на кочке). Внимание обращаешь на периодически появляющиеся на дороге угольно-черные пятна, заполненные мелкими обугленными ошметками чего-то металлического. Еще в апреле здесь стояла сожженная техника, но потихоньку следы войны исчезают, и это тоже важный шаг к нормализации жизни. На всем пути до Херсона осталась всего одна разбитая машина, кажется от ЗРК «Оса». На ее фоне любят фотографироваться первый раз оказавшиеся в зоне СВО волонтеры и журналисты. Но скоро уберут и ее.
У развилки на Новую Каховку когда-то был придорожный рынок, где торговали местными фруктами, овощами, арбузами и прочей крестьянской продукцией. Сейчас о нем напоминают обгоревшие и прошитые осколками павильоны. Здесь был бой, и площадка перед торговыми рядами покрыта воронками от снарядов и черными пятнами от сгоревшей техники, которую, наконец, убрали. Теперь бы еще и оставшиеся ожоги с асфальта стереть, убрать покореженный металл, ведь, как сказал мне один росгвардеец, «теория разбитых окон действительно работает».
Дорога от границы идет вдоль северокрымского канала. Вода в нем бежит, как будто и не было этих восьми лет блокады. И только таблички «осторожно, мины» на обочине напоминают, что бетонное русло канала наполнилось не само собой.
С другой стороны дороги тянутся поля: желтолицый подсолнечник стоит, повернув головки к востоку, метелки кукурузы колышутся на ветру, а вот пшеницу, несмотря на все сложности, в этом районе уже почти всю убрали — лишь раз посреди полевого стана показался старенький, кажется еще советский комбайн. Пейзаж тут мало отличим от картины по ту сторону все еще существующей границы, ведь перекопская степь — прямое продолжение северокрымского ландшафта (даже такая деталь пейзажа, как старенькая ростсельмашевская «Нива», попалась мне на глаза где-то в районе Керчи).
Но чем ближе к Херсону, тем чаще попадается важная деталь местного пейзажа — теплицы огородников. Старожилы говорят, что еще в прежние времена здесь попадались люди, у которых на сберкнижке мог лежать миллион советских рублей, абсолютно легально заработанный на продаже помидоров с приусадебного участка. В 1991 году все их миллионы пошли прахом, но они вновь встали на ноги. В 2014 году они потеряли свой главный рынок — Крым — но вновь продолжали упрямо растить свои помидоры. И вот — новый катаклизм.
Характерный персонаж этих мест — крестьянин с запорожскими усами, похожий на раздобревшего солиста группы Motörhead — на блокпосту демонстрирует бойцу с шевроном Z содержание багажника и автоприцепа. Такие люди — соль этой земли. И от того, как с ними обойдутся те, кто олицетворяют здесь Россию, — от рядового бойца до присланного из Центра управленца, — зависит очень многое.
По сравнению с апрелем блокпостов на дорогах заметно меньше, а на тех, что остались, вместе с военными дежурят полицейские — как российские, так и сотрудники МВД ДНР, которых визуально отличают только шевроны, если хорошо присмотреться. Автобус минует их почти без остановок и проезжает мимо.
Заметное оживление на трассе в районе Больших Копаней — здесь с давних пор находится один из крупнейших оптовых сельскохозяйственных рынков. Конечно, машин и людей здесь меньше, чем в лучшие годы, но тем не менее их немало. Жизнь и здесь потихоньку берет своё.

Город с русской историей

Дорожный указатель «Херсон — 100 км» замазан краской из баллончика. Кто-то из украинских пропагандистов придумал, что если так сделать, то «орки» заблудятся и пропадут. Но ни такой акционизм, ни сопротивление украинских сил (а сражение за стратегический Антоновский мост было по-настоящему героическим, о чем почему-то очень мало говорят) не остановили русскую армию. И вот Херсон снова наш.
Почему именно «снова», призваны разъяснить стоящие вдоль дороги билборды с портретами и цитатами Суворова, Дениса Давыдова, Пушкина, Фета и других выдающихся деятелей и литераторов прошлого. И несмотря на немного кустарный дизайн, основной их месседж хорошо различим: «Херсон – город с русской историей!».
Конечно, и здесь не обошлось без акционизма. Портрет Дениса Давыдова заляпан темными потеками и пятнами. А для того, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в том, кто именно залил грязью сумского гусара и русского поэта, рядом краской нанесены желтая и голубая полосы.
Недавно одного из таких акционистов, который своим грязевым перформансом покусился на основателя города Потемкина-Таврического, задержали. Парень честно признался, что просто не в курсе, кто это тут изображен и какое отношение имеет к Херсону.
Появление таких плакатов — несомненный плюс. Ведь еще в апреле в Херсоне можно было встретить наружную рекламу призывавшую вступать в элиту украинских войск, — все еще не запрещенный в Российской Федерации полк «Азов».
Между билбордами с Фетом и Пушкиным попадается поблекшая реклама иного рода: «Робота в Польщi». До 2014 года «заробитчанство» было уделом в основном жителей Западной Украины. Но после разрыва связей с Крымом и общего падения уровня жизни в постмайданной стране на заработки в Польшу потянулись и жители юга.
© Александр Васильевбилборд в Херсоне
билборд в Херсоне
билборд в Херсоне
Конечно, и здесь были люди, которые зарабатывали за границей, — моряки. После того, как Украина уничтожила доставшийся ей после развала СССР огромный торговый флот, а потом и судостроительные заводы, в том числе в Херсоне, жители юга стали уходить работать «под флаг» — на иностранных судах. Сейчас на Украине тысячи моряков не могут покинуть страну, чтобы уйти в рейс и кормить свои семьи. Херсонским морякам с этим повезло больше.
О прежних славных временах напоминает другой билборд: «Херсон — колыбель Черноморского флота России». И это отнюдь не преувеличение. Город обязан своим существованием адмиралтейству, создававшему первые парусники Черноморского флота, не меньше чем Петербург обязан адмиралтейству, строившему корабли для флота Балтийского.
На подъезде к конечной точке маршрута, центральному автовокзалу Херсона, в глаза бросаются самые яркие из свежих агитплакатов. Они изображают счастливых людей в вышиванках на фоне пшеничного поля. Надпись гласит: «Будущее вместе с Россией».
Пассажиры покидают салон, забирают багаж и расходятся по своим делам. А я все думаю об увиденном в пути, и вывод напрашивается сам собой. Русское прошлое Херсона творили выдающиеся государственные мужи. Сегодня русское будущее Херсона зависит от всех нас.
 
 
Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
Онлайн
Заголовок открываемого материала