- Михаил, ваша волонтерская группа #ТеплоСердец, в которой участвуют как россияне, так и граждане ДНР, достаточно долго занимается помощью воюющему Донбассу. С начала боевых действий в феврале 2022 года изменился ли характер волонтерской помощи? Если да, то как? Кому и чем вы сейчас  помогаете?

— Все изменилось кардинально. До начала спецоперации нашими главными подопечными были школы, социальные центры, интернаты, многодетные семьи. Мы помогали и провести ремонт, и обзавестись игрушками, и раздобыть лекарства, и провести детский праздник…

Михаил Тырин: Наша волонтерская группа #ТеплоСердец помогает раненым бойцам ДНР и гумкомвоям
Михаил Тырин: Наша волонтерская группа #ТеплоСердец помогает раненым бойцам ДНР и гумкомвоям
© Facebook* (*деятельность Meta по реализации Facebook запрещена в России как экстремистская), Mikhail Tyrin

Теперь же основное направление приложения сил — действующие войска, госпитали и медроты, а при необходимости — эвакуированные из разгромленных городов и поселков семьи, а также вдовы и сироты воинов ДНР.

Переход на «военные» рельсы не был осознанным решением, это произошло естественным путем. Социальная сфера ушла вместе с эвакуированными учреждениями, многие семьи со сложной судьбой также уехали. Зато многократно возросли потребности военной сферы. И практически все наши ресурсы теперь забирает спецоперация.

- Многие волонтеры жалуются на то, что на границе Донбасса им не дают возможности провезти гуманитарку, так как ее надо централизованно сдавать МЧС, а та уже сама все распределит. Сталкиваетесь ли вы с этим? Если да, то как решаете эту проблему?

— Специфика работы группы #ТеплоСердец не связана с доставкой тяжелых грузов, потому и проблема такая не встает. Мы работаем деньгами — собираем их здесь, находим способ перевести и обналичить «за ленточкой», а дальше дело за нашими волонтерами на местах. Они сами организуют закупку и доставку всего, что потребуется, — от пакета с продуктами до грузовика шифера или угля.

Правда, сейчас в условиях дефицита медикаментов и некоторых других товаров все чаще приходится искать нужное за пределами республики. Например, удалось буквально спасти от смерти тяжело раненого молодого бойца благодаря дефицитному даже в России препарату для зондового питания. Его нашли только в Ростове и в течение дня решили вопрос с доставкой через границу.

Впрочем, случалось нам проводить и целые конвои — по просьбе партнеров из других волонтерских сообществ. Приходилось задействовать сложные механизмы и привлекать компетентных людей, чтобы транспорт пересек границу без сопутствующих проблем — в целом это удавалось.

- С началом боевых действий количество тех, кто хочет помочь Донбассу, увеличилось? Кем являются жертвователи: социальный статус, мотивы? Какая сумма была самой большой и самой маленькой?

— Число помощников возросло колоссально. Россия с трепетом следит за ходом спецоперации и ждет любой возможности помочь своим солдатам. После закрытия Фейсбука* работа по сбору средств переместилась в сеть Вконтакте — теперь у меня там каждый день по сотне запросов в друзья. И почти все это новые, прежде незнакомые люди.

Пишут в личку и в комментарии, благодарят, поддерживают — и переводят посильную помощь на счет нашей группы. Это самые обычные люди, частные лица, у нас нет крупных спонсоров. Каждый делает то, что ему по силам, — приходит и 300 рублей, и тысяча, и три… Порой доходит и до 30 тысяч.

Боевые действия требуют серьезных расходов, но и помощь идет серьезная и массовая — не сравнить с тем, что было в «довоенный» период.

- В чем сегодня нуждаются беженцы и жители Мариуполя?

— Нужды мирных граждан просты и скромны. Многие лишились жилья вместе со всем имуществом — им нужна одежда, детское питание, посуда, средства гигиены. В Донецке, куда приезжает много беженцев, люди более или менее накормлены и обогреты. А вот в Мариуполе острая необходимость в продуктах питания. Наши партнеры из группы «Звезды над Донбассом» возят туда еду тяжелыми грузовиками.

Еще один важный момент — люди Донбасса в силу промышленной специфики региона уязвимы перед болезнями щитовидки. На территории острая необходимость в препарате L-Тироксин, который там на вес золота, его просто не найти. Мы направляем «за ленточку» уже третью партию этого лекарства и держим вопрос под контролем.

Запомнился один случай. В бою под Мариуполем погиб боец — отец семерых детей. Сразу же свою помощь семье предложили несколько волонтерских групп и просто неравнодушных людей. Нас же мама попросила купить детишкам канцтовары — для учебы и творчества. Мы не поскупились. Ведь жизнь должна продолжаться даже после трагедии.

Александр «Варяг» Матюшин: В Донбассе нас ждут тяжелейшие бои, сравнимые с боями Великой Отечественной
Александр «Варяг» Матюшин: В Донбассе нас ждут тяжелейшие бои, сравнимые с боями Великой Отечественной
© newskif.su

- В чем нуждается армия?

— Сразу уточню, наша помощь идет только в сторону подразделений ЛДНР. Войска РФ — совсем другая тема, она пока не наша.

Главные усилия направляем на помощь раненым в госпиталях — их тоже следует считать армией. Проблема — остродефицитные лекарства, особенно это касается препаратов иностранного происхождения или с импортными составляющими. Также бесконечны потребности в перевязочных, обезболивающих, кровоостанавливающих средствах.

Попутно стараемся помогать госпиталям предметами первой необходимости — это в основном средства гигиены. Бывают и особые случаи — от одной из медрот мы получили заявку найти костыли, и чем больше, тем лучше.

По нашим данным, самым необходимым бойцы воюющих подразделений относительно обеспечены — обуты, одеты, накормлены. Но всегда есть «но». Например, пары носков бойцу на передовой хватает примерно на сутки — эти вещи просто «горят», это расходный материал. Поэтому обычные носки закупаем для них сотнями пар. И, простите, трусы тоже. Вроде вещь бесхитростная, а попробуй без нее обойдись, попробуй достань, когда вокруг только дымящиеся руины.

Отдельный острый вопрос с водой. Нужна как сама вода, так и вместительные емкости для нее.

Случается «лечить» и транспорт — неоднократно помогали парням с ГСМ, аккумуляторами, ремонтом автотехники. По возможности обеспечиваем и средствами радиосвязи.

И еще мы понимаем: даже пакет леденцов или банка сгущенки — это великое благо для солдата на позициях. Знаю это по себе.

При этом вопрос порой даже не в том, чтобы оплатить, а в том, чтобы элементарно найти. Дошло до того, что мне в Калугу пишут из ДНР и спрашивают, где в ДНР можно купить бронежилет. Размели все — шлемы, тактические очки, наколенники, рюкзаки. Даже интернет-барахолки опустели. Сегодня интересовался, можно ли найти нормальный броник в России — оказывается, тоже проблема.

Скажу честно, переход от детских праздников к нуждам вспыхнувшего фронта был болезненным. Ежедневно теперь в сознании кровь, боль, слезы потерь. Мы все мечтаем о времени, когда снова начнем заботиться об улыбках детей, о покое и здоровье ветеранов… Кто-то спросит: а почему этим занимаются энтузиасты, а не великая Россия? Так ведь великая Россия — это мы и есть. Не Кремль, не правительство, а простой народ. Каждый должен вложить что-то в Победу. Тогда и победим.

* Деятельность Meta (Facebook, Instagram) запрещена в РФ как экстремистская