Дмитрий Выдрин: кто он
Дмитрий Выдрин: кто он
© РИА Новости, Владимир Трефилов / Перейти в фотобанк
Профессор расписался в зачетке и пригласил прогуляться по саду. Небо уже заполнилось вечерними звездами, и хозяин позволил себе небольшую галактическую экскурсию. Я долго искал глазами звезду, на которую он предложил обратить внимание. Не вытерпев, тот пояснил: «Вы, студент, неправильно смотрите. Чтобы увидеть свет далекой звезды, надо смотреть не прямо на нее, а чуть мимо и дальше. Тогда боковым зрением вы и обнаружите объект».

Позже я много раз убеждался в универсальности данного приема. Например, когда довелось консультировать боксера Виталия Кличко, вдруг возжелавшего стать мэром Киева, пытался ему подсказать: «Не надо "упираться рогом" прямо в кресло градоначальника. Смотри мимо кресла и дальше». Тогда не получилось. Боксер слишком зациклился на мэрстве и ожидаемо пролетел. Но вот когда он замахнулся внутренним взором на президентство, он его, конечно, не получил, но градоначальником стал. Попутно. К сожалению…

Эти истории пронеслись по волнам моей памяти, когда посчастливилось в очередной раз посетить обсерваторию выдающегося правителя и астронома Улугбека в Самарканде. Трагична была жизнь и смерть великого хана. Окружение упорно требовала от любимого внука Тамерлана воинских побед, а тот мечтал о викториях небесных. Да, в земных сражениях часто проигрывал. Но небо «победил» именно он. Первым в мире создал удивительно точный звездный атлас. Своим нравственным долгом посчитал не расширить территорию своего ханства, а подарить человечеству точнейшую научную картину нашего мира. И сделал это, впервые рассчитав длительность года с точностью до секунд…

Наверное, под его влиянием мудрейший Кант изрек свою самую замечательную максиму. О том, что только две вещи неизменно восхищают философа — нравственный мир внутри человека и звездное небо над его головой… Недалеко от обсерватории Великого Хана, на высоком холме находится мавзолей первого президента Узбекистана Ислама Каримова. Небольшой по размеру, белый, строгий. Можно спорить о пафосности этого сооружения, как и о самой противоречивой сущности его вечного постояльца. Но бесспорен внушительный масштаб личности этого лидера. Бесспорно и его жгучее желание смотреть дальше пусть важных, но сиюминутных частных проблем.

Мне посчастливилось познакомиться с ним на презентации его книги о перспективах развития страны. Бывший тогда президентом Украины Леонид Кучма попросил написать по этому поводу статью для журнала. Обложку помпезно предполагалось украсить фотографией двух президентов в момент их крепкого рукопожатия. Только вот фото для этой цели должен был лично утвердить Ислам Абдуганиевич. Я предложил ему на выбор с десяток стереотипных снимков. И он все забраковал. Причина — Кучма на всех изображениях слишком низко кланяется визави. Не по восточному как-то статусному хозяину кланяться ниже гостя.

Леонид Кучма: кто он
Леонид Кучма: кто он
© РИА Новости, Стрингер / Перейти в фотобанк
Я передал эти комментарии Леониду Даниловичу. На что тот ответил: «Я как вспомню, что Каримов избавил страну от внешнего долга, голова сама начинает кланяться…»

Да, сейчас по разному оценивают деятельность этого лидера. Вот на той же Украине лелеют обиду за то, что он вывел свою страну из сообщества ГУУАМ (Союз Грузии, Украины, Узбекистана, Азербайджана и Молдовы.) А он просто смотрел дальше. Знал, что любое «сообщество нищих», заканчивает драматически. Это потом, кстати, понял и просвещённый лидер Азербайджана. «А упало, У пропало, что осталось на трубе?»

Вообще, любой союз государств (как и людей, так и корпораций), всегда имеет два уровня целей. Первый уровень — цели синергетические. То есть актуальное взаимообогащение и взаимоусиление через сложение своих возможностей и потенциалов. Но есть и второй уровень — цели стратегические. Взаимное решение глобальных проблем, которые в одиночку не решаются в принципе. Видимо, Ислам Каримов не видел в ГУУАМе инструмент решения задач ни первого, ни тем более второго уровня…

Так совпало, что я прилетел в солнечный Узбекистан из Турции одновременно с президентом Эрдоганом. Наблюдал непосредственно, как его помпезно и уважительно встречала узбекская элита во главе с их лидером Шавкатом Мирзиёевым. Куча подписанных соглашений от торгового до военного сотрудничества. Все это укладывается в любимое детище Реджепа Тайипа, новосозданный «Союз тюркских государств». Синергия здесь налицо. Но что-то мне подсказывает, что не только о создании двух тысяч совместных предприятий шла в кулуарах речь. Тем более во время многозначительного обмена взглядами. Как там говорил остроумный Брехт: все главное люди передают не словами, а подмигиванием.

Я уже упоминал, что мои мусульманские друзья вдруг начали постить и пересылать друг другу пророчества шейха Имрана Хосейна, который еще восемь лет назад заявил о неизбежности сближения мусульманских стран с Россией. Мне и самому приходилось неоднократно напоминать своим слушателям о мировоззренческой близости многих постулатов, канонов, архетипов этих религиозных культур. В частности о том, что когнитивным постулатом католицизма является базовая аксиома: любая беда — наказание человека. А для православных и мусульман беда — отнюдь наказание, а испытание! Что называется, почувствуйте разницу. Во всем, от личных неурядиц до катаклизмов и военных перипетий.

Предположу, что и попытки деправославизации Украины, фактический перевод ее в католическую матрицу связаны не только с желанием «верхов» овладеть имуществом и приходами УПЦ, но и стремлением разрушить традиционный духовный код «низов». Тот код, который России давал невиданную стойкость. Тот код, чья энергетика приводила к победе в труднейших ситуациях. Тот код, в рамках которого абсолютно невозможна брендовая фраза украинской элиты — «всё пропало!».

И, конечно, ясно, что в рамках православной традиции абсолютно невозможна тотальная ложь, которая в форме фейков стала главным украинским оружием — все эти «мариупольские роддома» и «бучи»…

Короче, два лидера Союза тюркских государств, на мой взгляд, не могли не обсуждать актуальные и будущие отношения мусульманских и православных стран. И здесь, конечно, особую роль мог бы сыграть солнечный Узбекистан. В отличие от иных постсоветских стран, он почти преодолел детские болезни независимости. Его не искалечил «невроз нэзалежности», когда запредельная ненависть к северному соседу корежит души и делает неадекватными поступки.

Знаковые фигуры политэлиты здесь не извиняются друг перед другом, когда переходят в беседе на русский язык или открывают русские школы и вузы. А еще и замахиваются на такие грандиозные проэкты, как совместное строительство с РФ атомной станции нового поколения или восстановление авиапрома…

Хотя, конечно, есть и «синдром многовекторности». Когда-то мне довелось говорить Исламу Каримову то, что потом многократно повторял другим постсоветским политикам: многовекторность рентабельна в стабильные и мирные времена, но губительна в периоды дисбаланса и переформата мира, ожесточенного противоборства различных моделей его устройства. Ну, как сейчас. Война миров всегда требует определенности.

Путин обсудил операцию на Украине с президентом Узбекистана
Путин обсудил операцию на Украине с президентом Узбекистана
© РИА Новости, Алексей Дружинин / Перейти в фотобанк
Молодая медсестра Марифат — мама действующего президента Шавката Мирзиёева — погибла в инфекционном бараке. Когда борешься со смертельной заразой, компромиссов не бывает. Тут уж кто кого. И не важно, как «зараза» называется — ботулизм или нацизм… Тем более что грядущие мировые вызовы — от религиозного экстремизма до постколониализма, от нехватки еды до дефицита воды подступают к границам вплотную. Тут не только соломки, но и знаменитой ваты не подстелешь. Остается опираться только на «принцип Улугбека» — смотреть в будущее как можно дальше. Президент это и пытается делать, рассматривая любые союзы как инструмент сотрудничества, а не вражды. Иншалла!

Мы много говорили об этом с моими друзьями — замечательными экспертами Айбеком, Саидом, Мансуром… Обсуждали тяжелейший опыт Афганистана, драматический Казахстана, а теперь и запредельный и кровавый Украины. Как подобного избежать? Спасет ли при аналогичных испытаниях вековой культ мудрости, благоговение перед старшими, трепетная забота о младших? Возможна ли донбасская модель деолигархизии Средней Азии? Почему брутальные афганские талибы уничтожают наркотики, а американские и украинские «демократы» их пропагандируют?

А еще — дивные советские ленты Узбекфильма «Влюбленные» и «Нежность» — это о прошлом страны или о ее будущем? Вопросы пока громоздятся без четких ответов.

Напоследок съездил в Учкудук. Помните, там есть три колодца — последняя надежда заблудившегося путника? Почему потянуло именно в этот игрушечный поселок недалеко от Навои? Может, потому, что никак не забывается одноименная романтическая песня. В ней есть слова: «Любой в Учкудуке расскажет старик, Как город-красавец в пустыне возник, Как в синее небо взметнулись дома, И как удивилась природа сама».

Мы умели вместе строить. И мы будем вместе строить.