Дмитрий Выдрин: кто он
Дмитрий Выдрин: кто он
© РИА Новости, Владимир Трефилов / Перейти в фотобанк
Ну, как у Херлуфа Бидструпа. Или больше глумления над чем-то святым, чем в антологии самых похабных анекдотов. Ну, как в «Шарли Эбдо». Хотя и это экономит время. Посмотрел вполглаза, и все понятно по поводу актуальных умонастроений. Но вот над свежим украинским патриотическим граффити пришлось призадуматься. Итак, «Титаник» под российским флагом напарывается на жёлто-блакитный айсберг.

Мда… Во-первых, смущает аналогия с айсбергом. Сравнить достаточно скромную (хотя бы по размерам, населению и, тем более, по ВВП) страну с циклопическим айсбергом… как бы нескромно. Впрочем, если у тебя на столе годами стоит глобус Украины, почему нет? Тогда легко можно представить свою «нэньку» центром всех мировых процессов и эксцессов.

Или здесь другой подтекст? Помните, один из жильцов «вороньей слободки» из «Золотого теленка» считал, что «айсберги», «вайсберги, «рабиновичи» — персонажи одного ряда. Может, и в эту карикатуру заложен некий подобный намек? Хотя вроде Вадим Рабинович как лидер украинской оппозиции не при делах…

Короче, картинка яркая, но я бы ее глобализировал. Айсберг изобразил бы как громаду смерзшихся спрессованных мировых проблем: от разрушения традиционной рыночной модели развития экономики до глубочайшего духовного кризиса; от гибели однополярного мироустройства до стагнации всех институтов частной собственности… Вот это действительно убийственный айсберг!

Между миром и войной. Между Лавровым и Кулебой
Между миром и  войной. Между Лавровым и Кулебой
А флаг на «Титаник» вывесил бы некий «мультикультурный» — как коллаж американо-еэсовских банеров. И российского триколора в этой мозаике не наблюдается. Не взяли вот Россию на «Титаник»! Ни охранником, когда она просилась в НАТО; ни кочегаром, когда пыталась наполнить теплом европейские топки. Даже вычеркнули из списков пассажиров, когда её бывшие олигархи пытались затарить каюты престижного лайнера кэшем и трешем — деньгами и акциями.

Вот это и есть подлинная «картина маслом»: и корабль плывет, и скоро его нечто э… ждет. А на удаляющемся пирсе сражаются в кровь два безбилетника РФ и Украина.

Для полноты этой эпической картины можно добавить, что «Титаник» еще кто-то мелкий вплавь пытается догнать. Наверное, из отставших пассажиров третьего класса. Присмотримся… вроде кто-то из Центральной Азии или Закавказья. Далеко — не видно…

Но оставим за бортом аллегории. Хотя именно эта картинка в сознании позволяет лично мне сохранять хоть малую толику оптимизма при чтении последних новостей. Но все же немного о реальности.

Для вдумчивых аналитиков вполне ясно, что на территории несчастной «нэзалэжной» сражаются не только две страны, но и две модели мироустройства. Впрочем, я это уже достаточно подробно анализировал в предыдущих публикациях. Здесь только добавлю, что для России это операция стала, по сути, продолжением Великой Отечественной.

Из двух заявленных задач «демилитаризация» и «денацификация», конечно же, базовой является вторая. (Ни одну другую соседнюю страну, где нет столь явных признаков нацификации, РФ и близко не пытается «демилитаризировать». (Скорее наоборот, судя по сделкам Росвооружения.)

Дело в том, что любая форма нацизма, включая «лайт-версии», терпимые в некоторых странах, для России смертельна. Любые ограничения по этническому, языковому, религиозному, культурному и прочим признакам немедленно ввергнут державу в хаос, приведут к расколу и уничтожению. Это зашито в социальный имперский код. Поэтому смотрящие с любой башни Кремля воспринимают признаки нацизма у своих границ болезненнее, чем крылатые ракеты или уханьские деликатесы. Аларм!

Корпоратократия vs государствократия: украинская точка бифуркации
Корпоратократия vs государствократия: украинская точка бифуркации
© REUTERS, Valentyn Ogirenko
То есть украинский нацизм во всех его инкарнациях, включая самые экзотические и гламурные, для России экзистенциальный вызов. Он опаснее сибирской язвы и лихорадки Эбола из американских биолабораторий. И реакция ее была соответствующей. Помните — «зачем нам мир, где нет России». Это не каприз ее лидера, а мироощущение народа.

Но есть и сопутствующие проблемы. Украинским кадровым военным тоже не нужен мир, где у них нет будущего. Думаю, им, помнящим голод девяностых, прошедших через последние унижения нацификации армии, раздобревших на военном строительстве (во всех смыслах слова), стоило б объяснить, что враг у нас вообще-то один. Это те, кто не слышал об офицерской чести, кто собирается кастрировать пленных; кто возглавляет «гестапо»-пыточные в воинских подразделениях; кто бравирует в воинских подразделениях фашистской символикой и риторикой…

По крайней мере вменяемой части военных профессионалов по призванию стоило бы объяснить, что у них есть будущее, честь, миссия, карьера, наконец. Но только в контексте общей задачи — ликвидации во всей нашей общей ойкумене любых бацилл фашизма. Объяснить, что нацики по-любому потеряют свободу или жизнь — бог войны их накажет. А они, выбрав правду, а не ложь, сохранят и долг, и жизнь…

Военная операция, при всех сопутствующих ужасных последствиях, рентгеноскопировала громадные геополитические пространства. Она выявила в необъятной России большинство криповласовцев. И она засветила на громадном западном плацдарме всех криптобандеровцев.

Конечно, часть из них поменяет взгляды под напором жизни, но кто-то станет дрожжами для парамилитарного нацизма, агрессивного расизма, массового терроризма на громадных пространствах… А это уже «поляна» профессиональных военных.

Да, для украинских ВС, обработанных до мозга костей своей пропагандой, стал шоком технологический, тактический, логистический уровень российских военных. И не только для них.

Коллективный Запад опасливо присел от этого еще глубже, чем после сирийской кампании. То есть украинские драматические события не приблизили Третью мировую, а по крайней мере отдалили. За неделю до событий один американский полковник в эфире называл российскую армию «запорожцем» по сравнению с натовским «мерседесом». Но оказалось, что этот «запор» ездит куда быстрее «мерина». Шок и трепет!

Но и часть ВСУ не слабо удивила россиян. Утратив связь со своим политическим руководством и особенно с отчалившим «Титаником», они продолжают биться почти «по-советски» — упрямо, надрывно, безбашенно. И дело здесь не только в «боевой химии». И не только в запредельном идеологическом зомбировании. Школа одна. Ведь не секрет, что здесь иногда сражаются даже бывшие однополчане…

Оказалось, что их армия, отставая от российской на полтора-два военно-технологических поколения, тем не менее действительно едва ли не лучшая в одряхлевшей Европе. Не потому, что научилась чему-то новому, а потому, что не забыла нечто старое. А еще никто не отменял банальные правила: нельзя крысу загонять в угол; нельзя прапора выгонять из каптерки; нельзя полковника лишать мечты стать генералом…

Подсказать бы им — «мы с вами одной крови», и враги у нас общие. Нам еще вместе мир освобождать от совместной пробудившейся заразы. И вместе гордиться и прошлыми историческими победами, и будущими. Может в конфедерации, может в союзе, может на «договорняке». Сила вызова подскажет. И боюсь, что бывших, собственно украинских военных, придется сильно сдерживать, если дело дойдет до их совместной с донецкой милицией и чеченским спецназом денацификации в третьих странах. Матка Боска!

И конечно, нельзя забывать, что ВСУ — часть своего общества. Оно, чтобы выжить, не могло не приобрести «стокгольмский синдром». А самый быстрый способ избавить пострадавших от этого недуга — привлечь бывших заложников к устранению экстремистов. Но это отдельная большая и больная тема…

И раз уж вспомнилось о военных делах, приходит на память вторая англо-бурская война. Ассоциация с ней очень стойкая. Это была для своего времени баталия совершенно нового типа. Впервые массово применилось автоматическое оружие. Впервые одели солдат в камуфляжную форму, задействовали снайперские пары, контролировали местность через блокпосты, даже научились рыть безбрустверные окопы…

Сегодняшняя военная операция — тоже военная коллизия принципиально нового типа: и по новейшим видам вооружения (не мультики! и по электронным видам сопровождения; и по информационно-психологической составляющей; и по геополитическому контексту. Здесь многие традиционные представления обвально рушатся: когда наступают меньшей живой силой, чем обороняются; когда урон атакующих на порядок меньше защищающихся; когда потери военных в разы больше, чем гражданских…

Мне довелось в далекие девяностые мыть камушки на реке Оранжевой. Буровым мастером в команде был по иронии судьбы громадный бур Патрик, чьи пращуры воевали за еще Трансвааль и Оранжевую республику на той в чем-то поразительно похожей войне.

Так вот, Патрик очень интересовался этим периодом и рассказал, что буры побеждали, когда следовали своей природно-инстинктивной тактике. Основой ее было задействование всех сил и ресурсов вне зависимости от масштаба операции. То есть всегда шли ва-банк. А англичане побеждали хитрой логистикой — когда вводили свои ресурсы поэтапно.

Но иногда буры пытались применять тактику англичан — и терпели поражения. Как и англичане, применившую тактику буров. Короче, «бабам — цветы, детям мороженое».

Я уже упомянул, что на локальной территории Украины разворачивается глобальная борьба двух моделей мироустройства. Но у представителей западной модели не было видимо времени для исполнения своей классической модели низвержения противника — четкой поэтапностью.

Некогда мне довелось обсуждать с Джином Шарпом — автором теории «цветных революций» — его знаменитые 198 методов госпереворотов. Недобрый был «джинн», но многознающий. Я и спросил у него, что главное в его методе. Он не задумываясь ответил: «Поэтапность!»

То есть, если хочешь свергнуть законную власть, нельзя на первом этапе засовывать ромашки в стволы ОМОНа, а на втором уже жечь их «коктейлями Молотова», или, как говорят на Украине, «Бандера смузи». Между этими этапами как минимум должно быть десять- пятнадцать промежуточных.

Бронзовый век России. Что дальше? И что с Украиной?
Бронзовый век России. Что дальше? И что с Украиной?
© Евгений Люмьер
Заокеанские «партнеры», создавшие грандиозный «украинский повод» для беспрецедентной санкционной войны против России, видимо, очень спешили. Как же, Титаник «цигель-цигель, ай-лю-лю!» Поэтому весь пакет санкций выпустили по РФ залпом. Даже не «рамсы попутали», а свою отработанную стратегию.

Я не уверен, что российская экономика и общество выдержали бы поэтапную выматывающую бомбардировку запретами и ограничениями. А при самом мощном, но фактически разовом ударе, возникает совсем другой эффект: что нас не убивает, то делает сильнее.

Но и российская сторона, на мой взгляд, впадает в подобную геомилитарную и геоэкономическую путаницу. Ей всегда была ближе стратигема буров и вводить в игру свои силы поэтапно — не ее стилистика… Впрочем, нашим оппонентам уже не поздно менять стратегию, а у РФ окно возможностей не закрыто.

И на самый конец. Девять лет назад у меня один, тогда еще действующий президент, спросил, чем, по моему мнению, закончится майдан. Я в сердцах ответил: «Любой майдан заканчивается Рамзаном». Тогда это была аллегория. Типа того, что беспредел, хаос, беззаконие может остановить только военная по психотипу личность с беспредельной силой воли, дерзким мужеством и личным бесстрашием. Не думал, что это вовсе не аллегория.