Но вот что будет с Донбассом? Ведь и в Киеве, и в Москве, не говоря уже о Донецке и Луганске, ждали, что скажут лидеры по этому вопросу. Какие обозначат направления выхода из кризиса.

Разумеется, было понятно, что за время сравнительно короткой встречи решить все вопросы не получится, да и вообще украинский кризис был далеко не самой главной проблемой, обсуждавшейся в Женеве.

Обошлись без «красных линий»: о чём договорились Путин и Байден
Обошлись без «красных линий»: о чём договорились Путин и Байден
© РИА Новости, Сергей Гунеев / Перейти в фотобанк

Увы, у меня сложилось впечатление, что стороны не договорились. Не то чтобы вдрызг разругались (повторюсь — украинская проблема была тридесятой в списке), а просто отложили на потом.

Что было буквально сказано?

Оба президента подтвердили, что проблема Донбасса должна решаться путём переговоров на основе Минских соглашений.

Увы и ах, но с тем же успехом они могли вообще ничего не сказать.

В действительности, если уж мы вообще собираемся решать украинский кризис политико-дипломатическим путём (а военный путь — с разделом Украины — просто не обсуждался), то другой альтернативы нет — есть только Минские соглашения. Более того, на них, в общем-то, никто не нападает — все стороны как заведённые повторяют, что альтернативы Минским соглашениям нет и все должны их выполнять.

То есть вопрос не в Минских соглашениях, а в том, кто и как их выполнять-то будет.

Позиция российской стороны заключается в буквальном выполнении соглашений. А по ним все действия должны осуществляться украинской стороной (как государством Украина, так и отдельными районами Донецкой и Луганской областей, являющихся составной частью Украины).

До последнего времени Украина, США и Германия с Францией настаивали на том, что соглашения должны выполняться Россией — наряду с Украиной, а ещё лучше — в одностороннем порядке. И не важно, что в Минских соглашениях ни слова нет о том, что именно должна делать Россия.

Когда я написал «никто не нападет», пожалуй, погорячился — в резолюции последнего саммита НАТО значилось как раз отрицание Минских соглашений. НАТО считает Россию стороной конфликта, что попросту обесценивает соглашения — в них-то речь идёт об урегулировании  внутреннего конфликта на Украине, а не о территориальном споре между странами. Для этого нужны другие соглашения. Однако даже НАТО, против всякой логики и здравого смысла, отрицая Минские соглашения, требует их выполнять.

В общем, вопрос о выполнении Минских соглашений не стоит. Вопрос стоит о том, кто и как будет их выполнять.

По первому пункту позиция России понятна, но и позиция США тоже понятна (кто рулил саммитом НАТО?). Никаких признаков того, что стороны договорись о субъекте выполнения соглашений, нет.

Более того, даже если стороны договорились — что тогда? США могут призвать Украину выполнять соглашения, но приказывать они не будут. И уж тем более не будут принимать мер, чтобы Киев что-то выполнял. Нет, они могут надавить на Зеленского вплоть до полного равноудаления в Ростов, но для решения важных для них задач, а не для урегулирования конфликта.   

По второму пункту Путин сделал длинный комментарий относительно предложений украинской стороны, пояснив, что Россия не намерена обсуждать «апгрейд» соглашений. Но есть у меня подозрение, что эта тема в таком объёме на переговорах просто не обсуждалась.

Путин рассказал, в каком контексте обсуждал Украину с Байденом
Путин рассказал, в каком контексте обсуждал Украину с Байденом
© POOL / Перейти в фотобанк

Есть, впрочем, и позитивные сигналы.

Во-первых, не обсуждались какие-то иные форматы, помимо «минского» и «нормандского» (правда, они тоже не обсуждались). То есть США играть более активную (и, очевидно, неконструктивную) роль в переговорном процессе не собираются.

Во-вторых, Крым был упомянут только один раз — Путиным и в связи с переворотом в Киеве. То есть этот вопрос вообще не актуален.

В-третьих, не актуален и вопрос о членстве Украины в НАТО. Это не из заявлений видно (из них как раз видно, что вопрос не обсуждался), а из общего тона — если бы переговоры провалились, тогда бы у Байдена были причины нарушать «красные линии».

В-четвёртых, никак не был упомянут «Северный поток» — вопрос снят с повестки дня, в торге он не участвует.  

В чём же робкая надежда? В том, что Донбасс на какое-то время оставят в покое — горячей войны не будет, силком запихивать его в Украину, которая этого вовсе не хочет, тоже никто не будет. Да, это застой и подвешенный статус, как у Приднестровья и Абхазии с Осетией, но это лучше войны. А постепенная интеграция в состав России будет продолжаться своим чередом просто потому, что природа (и политическая в том числе) не терпит пустоты.