Ростислав Ищенко: кто он
Ростислав Ищенко: кто он
© РИА Новости, Александр Натрускин / Перейти в фотобанк
«Кто это сделал?» — вопрошают «податели советов». Может, это Тимошенко так «уходит в жёсткую оппозицию» накануне «свержения власти»? Да нет, что вы, отвечают «обладатели инсайдов», «это реализация замысла Офиса президента». «Необходимо показать, что у Зеленского в парламенте будет большинство, даже если Коломойский выведет своих людей из фракции "Слуг народа"».

Забавная конспирология. Особенно если учесть, что Юлия Владимировна на большую часть потенциальных вопросов ответила в своём сообщении. Во-первых, предложение сделано не сейчас, а уже давно. И не президенту, а «Слугам народа».

Во-вторых, Тимошенко вела переговоры. Тоже не с Офисом президента, а со «Слугами народа», и тоже не сейчас, а когда-то.

Рудяков объяснил, почему Тимошенко запросто может стать премьером у Зеленского
Рудяков объяснил, почему Тимошенко запросто может стать премьером у Зеленского
© ba.org.ua
В-третьих, «предложение остаётся на столе», то есть сейчас переговоры не идут, но Тимошенко готова к ним вернуться в любой момент.

И что здесь непонятного? Зачем плодить сущности без необходимости? К тому же бессмысленные сущности.

Напомню, что больше года назад, весной 2020 года, олигархический консенсус в лице Коломойского, Порошенко и примкнувшего к ним Медведчука начал давление на Зеленского с целью заставить последнего избавиться от ахметовского премьера Шмыгаля и назначить нового главу правительства, а заодно и новых министров.

Нет, эта троица не составила блок, они даже не координировали действия на регулярной основе. Более того, у них были разные конечные цели.

Коломойский желал видеть премьером кого-то из подконтрольных ему мальчиков. Порошенко хотел сам стать полномочным премьером, опирающимся на парламентское большинство и управляющим не только страной, но и куклой-президентом. Медведчук же рассчитывал на досрочные парламентские выборы (создание коалиционного большинства на базе ОПЗЖ), назначение подконтрольного правительства, а затем перехват президентского поста в ходе либо очередных, либо (что более вероятно) досрочных президентских выборов.

Но первая цель — отставка правительства Шмыгаля и ликвидация монопольного влияния Ахметова на Зеленского — у них была общей, что предполагало определённое совпадение средств и методов борьбы.

Дедлайном добровольного принятия Зеленским отставки Шмыгаля (влекущей по закону отставку всего Кабинета) был объявлен октябрь 2020 года. Иначе президенту обещали горячую осень и намекали, что требование смены правительства и переформатирования парламентского большинства (возможно, при помощи досрочных парламентских выборов) в случае его неуступчивости может превратиться в требование досрочных президентских выборов.

Царев рассказал, при каких обстоятельствах Тимошенко станет премьером у Зеленского
Царев рассказал, при каких обстоятельствах Тимошенко станет премьером у Зеленского
© пресс-служба президента Украины/ba.org.ua
Осенью 2020 года давление на президента действительно резко усилилось. Позиции Зеленского тогда были слабее некуда. Рейтинг катился вниз. Трамп его не любил. От Байдена он тоже ничего хорошего не ждал. МВФ денег не давал. Европейцы встречаться не желали. Путин отказывался даже разговаривать, пока Киев не выполнит обещаний, данных в ходе встречи «нормандской четвёрки» в 2019 году. На Украине уже забыли (они всегда всё быстро забывают), но тогда в Киеве большинство наблюдателей считали, что Зеленскому придётся провести досрочные парламентские выборы.

А дальше начиналась интересная песня. Как показывали соцопросы, два первых места на досрочных выборах должны были занять ОПЗЖ Медведчука и «Европейская солидарность» (ЕС) Порошенко. Также должны были пройти в Раду ошмётки «Слуги народа» и «Батькивщина». Шансы остальных были исчезающе малы, причём тем меньше, чем раньше состоялись бы досрочные выборы.

То есть коалиция должна была формироваться либо вокруг ОПЗЖ, либо вокруг ЕС, а две другие фракции становились потенциальными младшими партнёрами. Причём с высокой долей вероятности, для формирования коалиции хватило бы и одной (любой) из них: либо «Батькивщины», либо «Слуг народа».

В этих условиях, когда досрочные выборы казались неизбежными, а последующая расстановка сил — прозрачной и понятной, предложение Тимошенко было вполне разумным. Она предлагала «Слугам» объединиться с «Батькивщиной», чтобы избежать конкуренции. В таком случае ни Порошенко, ни Медведчук не могли бы на переговорах о коалиции играть на понижение, пользуясь разобщённостью малых фракций. Наоборот, «Слуги» и «Батькивщина» в одной коалиции обладали бы «золотой акцией» и могли бы поиграть на понижение с ОПЗЖ и ЕС — пусть посоревнуются между собой за благосклонность необходимого им партнёра, идя на дополнительные уступки.

Договориться между собой Порошенко и Медведчук не могли априори, они опирались на диаметрально противоположные слои электората, и такой противоестественный союз привёл бы к взаимной аннигиляции их электоральной поддержки. В иной ситуации можно было бы на это плюнуть. Но после 2014 года не вызывало сомнений, что вооружённые нацисты в случае «широкой коалиции» Порошенко/Медведчука потребуют новых досрочных парламентских выборов и Зеленский радостно им уступит, чтобы избавиться от опасных конкурентов. А выборы предавшие своих избирателей партии на сей раз проиграют. Так что договариваться о коалиции обеим партиям-лидерам можно было только с тандемом «Слуг» и «Батькивщины».

Поставив оппонентов в безвыходную ситуацию, Тимошенко собиралась потребовать для себя пост премьера (очевидно, и какие-то ещё места в правительстве). Партия, являвшаяся формальной основой коалиции, должна была получить половину Кабмина и должность председателя Верховной Рады для своего лидера. «Слугам» могли щедро отсыпать должности ничего не решающих вице-премьеров (за исключением первого вице-премьера) и, возможно, пары министров. К тому же за Зеленским сохранялся президентский пост, однако возможностей у него становилось значительно меньше. Коломойский оставался вне игры, Ахметов из игры выводился. Полученные коалиционерами должности должны были обеспечить работающую систему сдержек и противовесов. Ни одна из политических сил коалиции не могла провести любое решение самостоятельно. Требовалась поддержка как минимум второго коалиционера. В принципиальных же случаях необходим был консенсус всех троих.

Схема красивая и могла сыграть. Неизвестно, с кем из «Слуг» конкретно Тимошенко вела переговоры, но на личных контактах с Зеленским даже она не настаивает. То есть вопрос прорабатывался на весьма предварительном уровне.

К началу 2021 года всё изменилось. Посольство США, тесно работающее с «соросятами», которые, в свою очередь, опираются на Ахметова и Пинчука, решило, что тимошенковская схема слишком сложна, требует согласования слишком многих интересов и в сложившейся на Украине критической ситуации не обеспечивает оперативного реагирования на постоянно возникающие кризисы. Проще пойти навстречу той части окружения Зеленского, которая предлагала разрешить внутриполитический кризис переходом к открытой террористической диктатуре президента, опирающегося на СНБО.

Эксперт сказал, как Порошенко и Тимошенко воспользуются атакой на Медведчука
Эксперт сказал, как Порошенко и Тимошенко воспользуются атакой на Медведчука
© РИА Новости, Максим Блинов / Перейти в фотобанк
В феврале-марте Зеленский нанёс удары по Медведчуку, Порошенко и Коломойскому (какое совпадение!). Антипрезидентский олигархический консенсус ничего не сумел противопоставить силовому беспределу власти. Досрочные выборы стали неактуальны. Позиции Зеленского временно укрепились. Предложение Тимошенко зависло.

А Юлия Владимировна решила напомнить, что она его не дезавуировала. Во-первых, по мере неизбежного усиления давления на олигархов будет усиливаться и их сопротивление.

Во-вторых, позиции президента как укрепились, так и просядут, рейтинг в очередной раз спикирует, и ему вновь понадобится поддержка.

В-третьих, в условиях разворачивающегося террора не мешает напомнить о своей лояльности. Если ничего не перепадёт, то хоть душить сильно не будут.

Рискует ли Юлия Владимировна, публично связывая своё имя с непопулярным Зеленским? Минимально. Можно подумать, Порошенко, Коломойского или Ахметова любят намного сильнее, чем несчастного клоуна. Да и живут украинские политики по традиции одним днём, причём позавчерашним.