- Якуб, как вы оцениваете использование «мягкой силы» Россией? Она в ее руках эффективна или нет? Если нет, то почему? Что надо сделать для того, чтобы она была эффективной?

— Зависит от того, с чем сравнивать — если с эффективностью софт пауэр Российской империи или СССР, то не очень, если с другими современными странами, в том числе США, то вполне. России удается сохранить очень серьезное нематериальное влияние, и не только на пространстве собственной бывшей империи, но и внутри диаспор.

Парадоксально, русские, живущие за границей иногда гораздо более русские, чем русские в самой России. И среди иностранцев интерес ко всему российскому остается на высоком уровне, несмотря на политические тренды, просто потому, что российская культура, история, музыка, язык, природа et cetera, это все просто объективно очень красиво и интересно.

Вы что, думаете, что телевизионные русофобы вроде меня не слушают симфонии Шостаковича и не вглядываются в картины?

Сергей Степанов: Конечная цель «мягкой силы» Запада — расчленение России
Сергей Степанов: Конечная цель «мягкой силы» Запада — расчленение России
© скриншот "СБУ - Спілка Блогерів України"

Я даже сейчас, когда пишу эти слова, слушаю «Ленинградскую». Хотел сказать, что глушу садовника с газонокосилкой, но на самом деле это тот момент, когда человек делает что-то не ради конкретно чего-то, а просто так, потому что абстрактно нравится. И это самый верный показатель "мягкой силы" — все любители России и всего российского за деньги не в счет, можете про них забыть, составляя табло расчетов силы вашей и ваших соперников.

Кстати, хотел поделится личным взглядом: современная Россия во многом проигрывает политически (ее усиление и увеличение часто встречает отпор и редко встречает акцептацию и взаимность), потому что ей сила кажется бесполезной: зачем нам, человечеству, больше России? Вот то, что цари сдирали со своих (в том числе польских) подданных, шло в том числе на гонорары Айвазовского и Чайковского.

В СССР при абсолютном дефиците всего была все-таки потрясающая система поддержки культуры на самом высоком уровне. А сегодня? На что РФ направляет свои ресурсы? Что она сделает с «отколовшимися окраинами», если получит их обратно? Извините, но никакого нового Хачатуряна и Паулса (то есть местные национальные таланты, умноженные на русский масштаб) я не вижу.

Но вы же не спрашиваете про потенциал, а про функционал — вам же "мягкая сила" не нужна для того, чтобы она просто была, а для того, чтобы с её помощью решать политические вопросы, использовать ее для целей Кремля. И тут как раз блокада, нет прямой зависимости, потенциал использовать не удается. Дело в том, что мягкая сила в смысле способности ненасильственно влиять на умы людей, должна вытекать из какой-то реальности, так сказать, материальной базы.

То есть "мягкой силы" не будет там, где нет жесткого фундамента, хотя он может иметь очень разный характер. А в России мягкая сила воспринимается как разновидность пропаганды, правительственного маркетинга или гос-пиара. То есть вместо, а не в продолжение некой русской действительности. Если использовать метафору из жизни — она должна быть как платье, которое подчеркивает красивые формы, а не маскирует их отсутствие.

А "мягкая сила" в исполнении современной России — это сплошной пуш-ап и ботокс. Но опять возвращаясь к началу — это не потому, что у России нет ничего привлекательного, а потому что хромает профотбор и кадры некачественные. Ноты-то хорошие, а исполнение топорное.

- В чем успех «мягкой силы» коллективного Запада — США и ЕС? Почему она эффективна? Ее эффективность в какой-то особой методике или просто в целом в силу привлекательности либерально-западной модели мира?

— На предмет суперуспеха я бы еще придержал выводы — все-таки в мире очень много людей, государств и систем, которые хотят уничтожить западную модель. Когда мы справимся с угрозами (прежде всего, исламской и китайской), а на это уйдет большой кусок XXI века, тогда и поговорим (или наши дети поговорят). В целом, у меня ощущение серьезного кризиса западной модели — мы разучились верить в себя и не бояться отстаивать свой образ жизни. Одни разговоры про то, что надо что-то сделать, как в Китае, вызывают у меня ужасный смех. Или скорее смеховой ужас.

Если западная модель все еще для многих людей привлекательна, то это вопрос пропорции, сравнения, реляции. Просто из того, что есть, это лучший вариант. Это все еще, как очень синтетично сказал покойный президент Лех Качиньский «самая благоприятная среда для жизни человека». Западная модель просто постоянно глубоко анализирует природу человека (покажите мне русского, арабского или китайского Фрейда, Поппера, Фромма, Хайдеггера. На худой конец — русского Ноя Харрари или Нассима Талеба), подстраивается под нее, поэтому всегда опережает соперников, погрязших в догматических представлениях об обществе и государстве или пытающихся вырваться из них революционным путем большой человеческой ценой.

Виталий Шмаленюк: Реализацией «мягкой силы» России должна стать миссия «альтернативной Европы»
Виталий Шмаленюк: Реализацией «мягкой силы» России должна стать миссия «альтернативной Европы»
© Facebook, Дискуссионный клуб "Достоевский"

Ценой за это является жизнь в состоянии вечного неврастенического неудовольствия, угрызений совести на предмет прошлого и тревоги о будущем — наши философы находятся в перманентном поиске всего того, что мы могли, можем и сможем сделать лучше, в состоянии перманентного совершенствования самих себя в индивидуальном, национальном и глобальном масштабе.

А мы глотаем антидепрессанты (то есть в целом западные общества — я лично как простой человек из деревни, который в трудной душевной ситуации всегда может прогуляться по лесу, покататься на лошади, вскопать грядку или, в конце концов, напиться с друзьями, не пользуюсь никакими изощренными методами побега от вельтшмерца). Это цена прогресса.

- Как надо относиться к деятельности западных НКО и НПО на территории России, Украины и Белоруссии? Не кажется ли вам, что их роль сильно преувеличена, или это все-таки серьезный фактор?

— С борьбой за влияние на человеческие мозги на постсоветском пространстве все, как в целом в природе с точки зрения законов естественного отбора — как говорил покойный Никита Исаев: «если сука не захочет, кобель не вскочит». Отбор системы ценностей, мировоззрения для жизни (не говоря уже про идеологию для действий в каких то конкретных ее сферах) не сильно отличается от отбора партнера — любой человек в этом плане рационален независимо от характера всей культурной надстройки, которой обработан его мозг, и всегда максимизирует прибыль и минимизирует риски.

Вы можете сколько угодно запрещать все западное, но если люди этого хотят, то они все равно тем или иным путем это получат. Если государство будет им в этом мешать, то они уберут государство, как в СССР.

На мой взгляд, проблема России в том, что вы плохо анализируете реальные потребности вашего населения или вовсе отказываетесь это делать навязывая людям некий идеологический пакет, в который предлагается верить, и по которому жить. А это — как сказать, чтобы не было обидно — не результат аккумуляции стремлений общества, а проекция волюнтаристского воображения «узкого круга ограниченных людей (по Виктору Степановичу Черномырдину).

В этой ситуации общество отбрасывает протезы и ищет альтернативы из западного мира (потому что откуда еще?), становясь легкой мишенью — как в материальном, так и в нематериальном плане, постсоветские общества (посмотрите на Украину) потребляют самую примитивную, некачественную, массовую продукцию. Или, что бывает так же плохо или еще хуже, придумывают самодельные протезы в виде кошмарной интерпретации неоднозначных событий и убогих персонажей собственной истории — я сам даже не знаю, сколько сил и средств уйдет на выкорчевывание бандеризма на Украине на пути этой страны в Европу.

Я сказал «еще хуже», в смысле того, что бандеризм как разновидность нацизма, это единственное известное мне явление, при котором русский империализм приобретает какие-то позитивные черты.

На мой взгляд, для человека с таким культурным багажом как, например, русские или грузины, обедать в "Макдональдсе" или верить Джорджу Соросу, это просто ниже достоинства. Хотя, правда, в Грузии, как, кстати, в Италии "Макдональдсов" практически нет, это слишком для страны с таким кулинарным потенциалом. А вот фонды Сороса есть.

- Как Россия должна бороться с западной «мягкой силой»? Что эффективней — запретительные меры или контрмеры гуманитарного порядка?

— С мягкой силой вообще не имеет смысла бороться. Потому что ее нельзя победить в классическом смысле. Читайте Сунь-цзы и энциклики Леона XIII, Пия XII и Иоанна Павла II. Там показано, как нематериальными средствами победить материально сильного противника при любом раскладе.

Помните вопрос Сталина (в момент невиданной кумуляции материального могущества СССР) про то, сколько у папы римского дивизий? А вот Войтыла приехал в Варшаву в 1979 году, и через десять лет весь советский блок рухнул.

Вы хотите вернуть себе Украину? Окей, но покажите мне русского Хомейни, который спустится по трапу в Жулянах и за три дня без одного выстрела подчинит себе всю страну. Тут все очень нелинейно и зависит от человеческих рефлексов. А вы строите вашу пропаганду как Госплан — на каждую большую страну по каналу RТ, на всех остальных по редакции "Спутника" и можно писать отчет в Кремль. То есть в RТ и "Спутникe" априори нет ничего плохого — но я работал и там, и там и могу абсолютно ответственно заявить, что вы по Хрущеву выпускаете статьи как сосиски, но таким образом догнать и перегнать не получится. Нужен так называемый креатив (то есть умственная гибкость и смелость решений), который в вашей командно-распределительной системе в принципе невозможен.

- Вот уж тут я с вами не согласен. Кто вам сказал, что Россия хочет завоевать, вернуть или что там еще, по-вашему, сделать с Украиной? Никто не собирается отнимать независимость у Незалежной. Другой разговор, и в этом-то нам и нужна "мягкая сила", что в Украине почти половина страны — наши соотечественники, русские, которым волюнтаристским путем запрещают обучение и в некоторых местах даже общение на родном русском языке. Поэтому и нужна "мягкая сила" — не для того, чтобы "вернуть себе Украину" а для того, чтобы защитить в ней русских. Я думал, это настолько очевидно, что вам, профессиональному русофобу, это понятно. Но ошибся.

Иван Никонов: Российская элита, увы, не до конца понимает нужность «мягкой силы»
Иван Никонов: Российская элита, увы, не до конца понимает нужность «мягкой силы»
© Facebook, Ivan Nikonov

— И тем не менее тут либо вы выстраиваете реальную альтернативную модель (реальную, в смысле не потому, что так сказали на "Russia Today", а потому, что люди реально в нее верят и ее хотят), оперативное для миллионов людей «воображенное сообщество» совместных ценностных, эстетических, организационных ориентиров, либо вы вообще вне этой игры.

Противника вы все равно не победите, его "мягкую силу" не уничтожите. Но вы можете сделать так, что ваша собственная рядом с ней будет смотреться привлекательнее. Но это невозможно сделать централизованно. Мягкая сила, как кислород в организме, требует миллионов независимых носителей, а не одного всемогущего центра. То есть сердце, которое задает ритм, должно присутствовать, но без эритроцитов ничего не выйдет. Начните с себя — вы лично, ваша редакция, ваши тексты и ролики — это носители "мягкой силы" России? Сколько людей за последний год, глядя на вас, подумало, что Россия — это секси?

- А кто вам сказал, что именно в этом состоит роль "мягкой силы"? Тем более применительно к нашему изданию? Мы добиваемся другого — чтобы люди в Украине, в России, Польше, Белоруссии видели объективную картину происходящего, а не ту, которую им предлагает западная либеральная модель, тот же Сорос — по сути дела, припудренный ужас деградирующей Украины. Вот эта задача для данного отрезка времени важнее "секси", как вы это называете.