https://ukraina.ru/20251004/u-evropy-po-prezhnemu-dva-glavnykh-vraga--klimat-i-rossiya-1069632633.html
У Европы по-прежнему два главных врага – климат и Россия
У Европы по-прежнему два главных врага – климат и Россия - 04.10.2025 Украина.ру
У Европы по-прежнему два главных врага – климат и Россия
738 млрд евро в период с 1980 по 2023 годы, из которых 162 млрд евро пришлись на 2021–2023 годы. Это измеренные в денежном эквиваленте убытки стран Европейского союза от глобального потепления
2025-10-04T16:53
2025-10-04T16:53
2025-10-04T16:53
эксклюзив
россия
европа
сша
дональд трамп
джо байден
евро
впк
ес
/html/head/meta[@name='og:title']/@content
/html/head/meta[@name='og:description']/@content
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e7/0a/10/1050233082_0:354:1201:1029_1920x0_80_0_0_628709aff91bf86c7e59d9a35c3a0ef2.png
Их подсчитали по заказу евробюрократии и изложили в выходящем раз в пять лет докладе "Окружающая среда и климат Европы: знания для жизнестойкости, процветания и устойчивости" Европейского агентства по окружающей среде.Вместо тысячи словОзнакомиться с 288-страничным докладом можно на сайте агентства, но вполне можно ограничиться базовым набором цифр.· 60–70% почв в ЕС деградировали, свыше 80% мест обитания находятся в плохом состоянии, защищены лишь 26,1% суши и 12,3% морей. · Водный стресс влияет на 30% территории Европы и 34% населения, а сельское хозяйство несёт ответственность за наиболее значительную нагрузку как на поверхностные, так и на подземные воды. Также на сельское хозяйство приходится 93% выбросов аммиака в атмосферу. · ЕС с 1990 года сократил внутренние выбросы парниковых газов на 37% преимущественно за счёт сокращения использования ископаемого топлива до 70% и удвоения доли возобновляемых источников с 2005 года, на которые теперь приходится 24% от потребления энергии. · Поглощение углерода в ЕС сократилось примерно на 30% по сравнению с прошлым десятилетием из-за старения лесов, вырубки деревьев, пожаров и вредителей в лесах. · 75% банковских кредитов в еврозоне выделяются компаниям, зависящим от природных ресурсов. · Европа является "континентом с самым быстрым потеплением климата на планете", а "климат меняется с угрожающей скоростью", что приводит к гибели людей. В период с 1980 по 2023 годы в Европе от экстремальных явлений, связанных с погодой и климатом, погибли свыше 240 тыс. человек.· Выбросы парниковых газов с 2005 по 2023 год сократились на 35%. Цель — к 2030 году сократить объём эмиссии парниковых газов по меньшей мере на 55% по сравнению с уровнем 1990 года.В общем, если вы пропустили блок с набором цифр и фактов из краткого изложения к докладу евробюрократов, то суть доклада сводится к двум тезисам. Во-первых, Европе грозит страшная опасность, делающая невозможным сохранение европейского образа жизни. Во-вторых, Европу нужно срочно спасать, и евробюрократия знает, как это сделать, доказательством чего является промежуточный успех при реализации ряда европейских программ.Два апокалипсиса и один в умеБезотносительно реальности изменения климата, как сам доклад, так и вся деятельность евробюрократии на ниве борьбы с изменениями климата может рассматриваться в нескольких плоскостях: идеолого-управленческой, а также экономико-экологической.Начнём с первой.В силу прекращения существования коллективного Запада — распался после победы Дональда Трампа на выборах президента США, перешедшего в режим противостояния с Евросоюзом — у объединённой Европы остались две скрепы. Первая — противостояние с Россией как дикой и милитаризованной страной, на что нельзя жалеть средств. Вторая — борьба с глобальным потеплением как угрозой европейскому образу жизни. Без этих врагов евробюрократия рискует вновь превратиться в силу, чья деятельность сводится к стандартизации объёма слива из унитаза и разъёмов зарядных устройств на смартфонах.Как видно, ничего, что укладывалось бы в то, что принято называть позитивным образом будущего, в ЕС нет, но есть вечная и непримиримая борьба с двумя апокалипсисами в лице России и климата. Третий апокалипсис — пандемия — пока отошёл на второй план.Эта вечная борьба повышает значимость евробюрократии и позволяет ей предпринимать попытки расширения своей сферы ответственности и правового регулирования. Борьба с климатом требует корректировки сельскохозяйственной и энергетической политик, а противостояние с Россией позволяет наращивать вес в сфере внешней политики, предпринимать попытки взять под контроль национальные ВПК и даже лоббировать отказ от единогласного принятия внешнеполитических решений.Собственно, ничего нового — очередное изложение эмпирических законов Паркинсона о государственной службе и бюрократических структурах.Теперь стоит показать экономико-экологический аспект деятельности евробюрократии.ЕС — зрелое интеграционное объединение с преимущественно экспортоориентированными экономиками и высокой зависимостью от импорта природных ресурсов. В таких условиях важно решить две задачи.Первая — снизить зависимость от импортируемых природных ресурсов, особенно в части коммодитиз — биржевых товаров. Вторая — расширить экспорт, открыв новые рынки и увеличив присутствие на уже освоенных, защитив при этом внутренний рынок от конкурентов.Защита экологии и борьба с климатом являются инструментом, который позволяет приблизиться к достижению этих двух целей.Европейская "зелёная" повестка выросла из стремления снизить траты на энергоносители и сократить зависимость от России. Для этого ЕС принялся развивать возобновляемую энергетику, создавая административным путём рынок сбыта для своих производителей и укрепляя своё лидерство в этой сфере. Заодно тем же административным путём России создавались проблемы в виде энергопакетов, ограничивающих доступ на европейский рынок энергоносителей, и диверсифицировались поставщики энергии.Логика простая: чем больше доля ВИЭ в энергобалансе, тем меньше потребность в импорте газа, угля, нефти из России и меньше соответствующие затраты. А экология выступала в качестве гуманитарного прикрытия вполне себе экономического процесса.Однако себестоимость энергии от ВИЭ выше, чем у ископаемого топлива, а проведение реформ ещё и привело к отказу от нефтяной привязки при ценообразовании на газ, что в итоге запустило цикл роста стоимости энергии в ЕС и даже ввергло Испанию с Португалией в блэкаут. По мере роста стоимости энергии снижалась конкурентоспособность европейских производителей. Здесь тоже на помощь пришла экология.· Жёсткие экологические стандарты "Евро" в части ДВС не только позволяли задавать тон на мировом авторынке, но и защищали внутренний рынок от импорта автомобилей из других стран. · Жёсткие стандарты в сфере сельского хозяйства позволяли отсекать от внутреннего рынка импорт, а при необходимости стандарты ещё раз ужесточали, например, признавали яйца от кур на свободном выгуле полезнее яиц от кур из клеточных батарей.Одновременно Евросоюз достаточно агрессивно "взламывал" соседние страны, открывая их рынки для своей продукции. Грузии, Украине и Молдавии навязали соглашения об ассоциации с механизмами квотирования поставок на европейский рынок и необходимостью соблюдения более жёстких, чем национальные, стандартов. Именно ради контроля над этими рынками ЕС сейчас изгаляется, насилуя демократические процедуры (Молдавия) или вовсе закрывая глаза на их отсутствие (Украина).И даже Европейский зелёный курс (Green Deal) с декарбонизацией и трансграничным углеродным регулированием в виде взимания налога на сверхнормативные, по мнению евробюрократии, выбросы при изготовлении энергоёмкой продукции, поставляемой на европейский рынок, является в первую очередь протекционистским инструментом. Россия, Китай, Индия и другие страны с развитой металлургией, энергетикой и химической промышленностью должны были оплатить модернизацию своих конкурентов из Европы, позволив им изобрести и сделать экономически выгодными технологии производства определённой продукции с использованием меньшего объёма энергии.Думали так, а вышло эдакНо весь этот план по экономической модернизации под прикрытием экологии столкнулся с рядом непреодолимых обстоятельств.Во-первых, Китай научился производить конкурентоспособную на мировом рынке высокотехнологичную продукцию, выпуск которой ранее был прерогативой европейской промышленности. Яркий пример — автомобили и электромобили, а также солнечные и ветряные электростанции. Это привело к превращению Китая из производителя ширпотреба в конкурента для европейских товаров, "откусившего" у ЕС часть мирового рынка.Во-вторых, из пула "доноров" "Зелёного курса" в феврале 2022 года пришлось — ради не меньшего блага, чем спасение планеты, — исключить Россию, и теперь она, в силу практически полного обнуления торговли с Евросоюзом, не будет финансировать модернизацию его промышленности. А ещё, из-за переоценки собственной значимости, ЕС сам отказался от российского рынка.В-третьих, в США проиграли демократы, а вместе с ними закончились ЛГБТ+*, зелёная повестка и восприятие Европы как партнёра США. Впрочем, из статуса партнёра европейцев вычеркнули ещё при Байдене, переведя их в разряд еды для США, подорвав три из четырёх ниток "Северных потоков". К слову, 30 сентября Министерство энергетики США внесло в перечень нежелательных слов для употребления его сотрудниками такие термины, как "зелёный", "устойчивость", "энергетический переход", "изменение климата" и "углеродный след".Двигаться "Зелёным курсом" в условиях, когда США от него отказались, а остальные — Россия, Индия и Китай — хитрят и нарушают "правила", крайне сложно. Строго говоря, движения как такового и не было — его симулировали. Недавнее исследование Лондонской школы экономики показало, что почти все ведущие компании из углеродоёмких отраслей — от энергетики и цементной промышленности до авиации — не имеют детализированных планов по декарбонизации. Половина компаний делала ставку на улавливание и захоронение углерода, хотя такие технологии пока крайне далеки от массового внедрения, а лишь 7% из почти двух тысяч опрошенных бизнесов полностью раскрывают выбросы по всем категориям.Но тональность доклада Европейского агентства по окружающей среде не оставляет сомнений в том, что с выбранного курса евробюрократия не свернёт. А какой у неё, собственно, выбор? Признать ошибки и отказаться от одной из двух значимых общеевропейских скреп? На это она не пойдёт, чтобы не терять власть. Поэтому евробюрократия продолжит строить свою версию светлого будущего так же и с тем же результатом, что и функционеры КПСС строили коммунизм в начале 1980-х.А нам остаётся лишь наблюдать за этим и помнить, что, несмотря на политизацию, идеологизацию и бессмысленность борьбы с глобальным потеплением, защита окружающей среды, рачительное использование природных ресурсов и внедрение передовых технологий в промышленности и сельском хозяйстве являются благородным делом, ведь другой Земли у нас нет.* деятельность движения запрещена на территории РФЧитайте также: Энергетические войны: Индия троллит США, а Италия штрафует нефтяные компании за ценовой сговор
россия
европа
сша
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
2025
Иван Лизан
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e6/09/1d/1039206977_383:37:895:549_100x100_80_0_0_bb1c6d0378fdcd5d9270c21c43865353.jpg
Иван Лизан
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e6/09/1d/1039206977_383:37:895:549_100x100_80_0_0_bb1c6d0378fdcd5d9270c21c43865353.jpg
Новости
ru-RU
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Украина.ру
editors@ukraina.ru
+7 495 645 66 01
ФГУП МИА «Россия сегодня»
Иван Лизан
https://cdnn1.ukraina.ru/img/07e6/09/1d/1039206977_383:37:895:549_100x100_80_0_0_bb1c6d0378fdcd5d9270c21c43865353.jpg
эксклюзив, россия, европа, сша, дональд трамп, джо байден, евро, впк, ес
Их подсчитали по заказу евробюрократии и изложили в выходящем раз в пять лет докладе "Окружающая среда и климат Европы: знания для жизнестойкости, процветания и устойчивости" Европейского агентства по окружающей среде.
Ознакомиться с 288-страничным докладом можно на сайте агентства, но вполне можно ограничиться базовым набором цифр.
· 60–70% почв в ЕС деградировали, свыше 80% мест обитания находятся в плохом состоянии, защищены лишь 26,1% суши и 12,3% морей.
· Водный стресс влияет на 30% территории Европы и 34% населения, а сельское хозяйство несёт ответственность за наиболее значительную нагрузку как на поверхностные, так и на подземные воды. Также на сельское хозяйство приходится 93% выбросов аммиака в атмосферу.
· ЕС с 1990 года сократил внутренние выбросы парниковых газов на 37% преимущественно за счёт сокращения использования ископаемого топлива до 70% и удвоения доли возобновляемых источников с 2005 года, на которые теперь приходится 24% от потребления энергии.
· Поглощение углерода в ЕС сократилось примерно на 30% по сравнению с прошлым десятилетием из-за старения лесов, вырубки деревьев, пожаров и вредителей в лесах. · 75% банковских кредитов в еврозоне выделяются компаниям, зависящим от природных ресурсов.
· Европа является "континентом с самым быстрым потеплением климата на планете", а "климат меняется с угрожающей скоростью", что приводит к гибели людей. В период с 1980 по 2023 годы в Европе от экстремальных явлений, связанных с погодой и климатом, погибли свыше 240 тыс. человек.
· Выбросы парниковых газов с 2005 по 2023 год сократились на 35%. Цель — к 2030 году сократить объём эмиссии парниковых газов по меньшей мере на 55% по сравнению с уровнем 1990 года.
В общем, если вы пропустили блок с набором цифр и фактов из краткого изложения к докладу евробюрократов, то суть доклада сводится к двум тезисам. Во-первых, Европе грозит страшная опасность, делающая невозможным сохранение европейского образа жизни. Во-вторых, Европу нужно срочно спасать, и евробюрократия знает, как это сделать, доказательством чего является промежуточный успех при реализации ряда европейских программ.
Два апокалипсиса и один в уме
Безотносительно реальности изменения климата, как сам доклад, так и вся деятельность евробюрократии на ниве борьбы с изменениями климата может рассматриваться в нескольких плоскостях: идеолого-управленческой, а также экономико-экологической.
В силу прекращения существования коллективного Запада — распался после победы Дональда Трампа на выборах президента США, перешедшего в режим противостояния с Евросоюзом — у объединённой Европы остались две скрепы. Первая — противостояние с Россией как дикой и милитаризованной страной, на что нельзя жалеть средств. Вторая — борьба с глобальным потеплением как угрозой европейскому образу жизни. Без этих врагов евробюрократия рискует вновь превратиться в силу, чья деятельность сводится к стандартизации объёма слива из унитаза и разъёмов зарядных устройств на смартфонах.
Как видно, ничего, что укладывалось бы в то, что принято называть позитивным образом будущего, в ЕС нет, но есть вечная и непримиримая борьба с двумя апокалипсисами в лице России и климата. Третий апокалипсис — пандемия — пока отошёл на второй план.
Эта вечная борьба повышает значимость евробюрократии и позволяет ей предпринимать попытки расширения своей сферы ответственности и правового регулирования. Борьба с климатом требует корректировки сельскохозяйственной и энергетической политик, а противостояние с Россией позволяет наращивать вес в сфере внешней политики, предпринимать попытки взять под контроль национальные ВПК и даже лоббировать отказ от единогласного принятия внешнеполитических решений.
Собственно, ничего нового — очередное изложение эмпирических законов Паркинсона о государственной службе и бюрократических структурах.
Теперь стоит показать экономико-экологический аспект деятельности евробюрократии.
ЕС — зрелое интеграционное объединение с преимущественно экспортоориентированными экономиками и высокой зависимостью от импорта природных ресурсов. В таких условиях важно решить две задачи.
Первая — снизить зависимость от импортируемых природных ресурсов, особенно в части коммодитиз — биржевых товаров. Вторая — расширить экспорт, открыв новые рынки и увеличив присутствие на уже освоенных, защитив при этом внутренний рынок от конкурентов.
Защита экологии и борьба с климатом являются инструментом, который позволяет приблизиться к достижению этих двух целей.
Европейская "зелёная" повестка выросла из стремления снизить траты на энергоносители и сократить зависимость от России. Для этого ЕС принялся развивать возобновляемую энергетику, создавая административным путём рынок сбыта для своих производителей и укрепляя своё лидерство в этой сфере. Заодно тем же административным путём России создавались проблемы в виде энергопакетов, ограничивающих доступ на европейский рынок энергоносителей, и диверсифицировались поставщики энергии.
Логика простая: чем больше доля ВИЭ в энергобалансе, тем меньше потребность в импорте газа, угля, нефти из России и меньше соответствующие затраты. А экология выступала в качестве гуманитарного прикрытия вполне себе экономического процесса.
Однако себестоимость энергии от ВИЭ выше, чем у ископаемого топлива, а проведение реформ ещё и привело к отказу от нефтяной привязки при ценообразовании на газ, что в итоге запустило цикл роста стоимости энергии в ЕС и даже ввергло Испанию с Португалией в блэкаут. По мере роста стоимости энергии снижалась конкурентоспособность европейских производителей. Здесь тоже на помощь пришла экология.
· Жёсткие экологические стандарты "Евро" в части ДВС не только позволяли задавать тон на мировом авторынке, но и защищали внутренний рынок от импорта автомобилей из других стран.
· Жёсткие стандарты в сфере сельского хозяйства позволяли отсекать от внутреннего рынка импорт, а при необходимости стандарты ещё раз ужесточали, например, признавали яйца от кур на свободном выгуле полезнее яиц от кур из клеточных батарей.
Одновременно Евросоюз достаточно агрессивно "взламывал" соседние страны, открывая их рынки для своей продукции. Грузии, Украине и Молдавии навязали соглашения об ассоциации с механизмами квотирования поставок на европейский рынок и необходимостью соблюдения более жёстких, чем национальные, стандартов. Именно ради контроля над этими рынками ЕС сейчас изгаляется, насилуя демократические процедуры (Молдавия) или вовсе закрывая глаза на их отсутствие (Украина).
И даже Европейский зелёный курс (Green Deal) с декарбонизацией и трансграничным углеродным регулированием в виде взимания налога на сверхнормативные, по мнению евробюрократии, выбросы при изготовлении энергоёмкой продукции, поставляемой на европейский рынок, является в первую очередь протекционистским инструментом. Россия, Китай, Индия и другие страны с развитой металлургией, энергетикой и химической промышленностью должны были оплатить модернизацию своих конкурентов из Европы, позволив им изобрести и сделать экономически выгодными технологии производства определённой продукции с использованием меньшего объёма энергии.
Но весь этот план по экономической модернизации под прикрытием экологии столкнулся с рядом непреодолимых обстоятельств.
Во-первых, Китай научился производить конкурентоспособную на мировом рынке высокотехнологичную продукцию, выпуск которой ранее был прерогативой европейской промышленности. Яркий пример — автомобили и электромобили, а также солнечные и ветряные электростанции. Это привело к превращению Китая из производителя ширпотреба в конкурента для европейских товаров, "откусившего" у ЕС часть мирового рынка.
Во-вторых, из пула "доноров" "Зелёного курса" в феврале 2022 года пришлось — ради не меньшего блага, чем спасение планеты, — исключить Россию, и теперь она, в силу практически полного обнуления торговли с Евросоюзом, не будет финансировать модернизацию его промышленности. А ещё, из-за переоценки собственной значимости, ЕС сам отказался от российского рынка.
В-третьих, в США проиграли демократы, а вместе с ними закончились ЛГБТ+*, зелёная повестка и восприятие Европы как партнёра США. Впрочем, из статуса партнёра европейцев вычеркнули ещё при Байдене, переведя их в разряд еды для США, подорвав три из четырёх ниток "Северных потоков". К слову, 30 сентября Министерство энергетики США внесло в перечень нежелательных слов для употребления его сотрудниками такие термины, как "зелёный", "устойчивость", "энергетический переход", "изменение климата" и "углеродный след".
Двигаться "Зелёным курсом" в условиях, когда США от него отказались, а остальные — Россия, Индия и Китай — хитрят и нарушают "правила", крайне сложно. Строго говоря, движения как такового и не было — его симулировали. Недавнее исследование Лондонской школы экономики показало, что почти все ведущие компании из углеродоёмких отраслей — от энергетики и цементной промышленности до авиации — не имеют детализированных планов по декарбонизации. Половина компаний делала ставку на улавливание и захоронение углерода, хотя такие технологии пока крайне далеки от массового внедрения, а лишь 7% из почти двух тысяч опрошенных бизнесов полностью раскрывают выбросы по всем категориям.
Но тональность доклада Европейского агентства по окружающей среде не оставляет сомнений в том, что с выбранного курса евробюрократия не свернёт. А какой у неё, собственно, выбор? Признать ошибки и отказаться от одной из двух значимых общеевропейских скреп? На это она не пойдёт, чтобы не терять власть. Поэтому евробюрократия продолжит строить свою версию светлого будущего так же и с тем же результатом, что и функционеры КПСС строили коммунизм в начале 1980-х.
А нам остаётся лишь наблюдать за этим и помнить, что, несмотря на политизацию, идеологизацию и бессмысленность борьбы с глобальным потеплением, защита окружающей среды, рачительное использование природных ресурсов и внедрение передовых технологий в промышленности и сельском хозяйстве являются благородным делом, ведь другой Земли у нас нет.
* деятельность движения запрещена на территории РФ
