Не газ, а мандат. Зачем Европарламент воюет против «Северного потока»
Не газ, а мандат. Зачем Европарламент воюет против «Северного потока»
© РИА Новости, Алексей Витвицкий | Перейти в фотобанк
Дело не только в том, что немецкие и французские избиратели определят кандидатуры почти четверти депутатов Европарламента — 170 из 751. На самом деле роль Берлина и Парижа в нынешнем Европейском Союзе куда значительнее и вовсе не выражается количеством евродепутатов. (Кстати, в одном из постановлений Конституционного суда ФРГ отмечается, что выборы в Европарламент являются свободными и всеобщими, но несправедливыми в юридическом смысле. К примеру, голос жителя шестисоттысячного Люксембурга имеет больший вес, чем гражданина Германии — крупнейшей страны-члена Евросоюза с населением в 82 млн человек: Люксембург в Европарламенте представляют шесть депутатов, а Германию — 96. Похожая ситуация и с Францией: 67 миллионов её населения будут представлять в новом Европарламенте только 74 депутата).

Ведь с марта 2019-го «локомотивы ЕС» Германия и Франция формализовали идею «Европы разных скоростей», ратифицировав Аахаенский договор, и де-юре стали союзным государством. Согласно этому документу, пришедшему на смену Елисейскому договору между Берлином и Парижем от 1963 года, сформирована франко-германская парламентская ассамблея. Этот прообраз общего парламента будет отслеживать работу франко-германского совета министров, франко-германского совета обороны и безопасности, наблюдать за ситуацией в мире и Европе по проблемам, представляющим общий интерес, включая внешнюю политику, политику безопасности и общеевропейскую оборону, а также вносить предложения по всей тематике франко-германского диалога с целью сблизить французское и немецкое законодательства. Естественно, выборы в Европарламент на территории Германии и Франции пройдут в один день — 26 мая 2019 года.

Понятно, что до «возрождения государства Карла Великого», о чём пафосно пишут отдельные европейские СМИ, ещё очень далеко. Однако никто не сомневается, что интеграция Германии и Франции будет происходить куда быстрее, чем России и Белоруссии (собственно, Союзное государство РФ и РБ в рамках ЕврАзЭС является весьма корректной аналогией отношений Германии и Франции в Евросоюзе). При этом во Франции многие политики очень недовольны ускоренной интеграцией с Германией. К примеру, один из соперников Макрона по президентским выборам 2017 года, лидер Левой партии Жан-Люк Меланшон считает, что «Франция направила свой вектор движения не туда — у нее больше общего с южной Европой, чем с Германией», и что «попытка создания коалиции внутри ЕС — игра довольно рискованная, тем более с учетом противоречий и без того раздирающих Евросоюз».

Франция: противостояние Макрона и Ле Пен

Ещё большая сторонница независимости Франции от любых наднациональных структур, лидер партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен, и вовсе выдвинула ультиматум обошедшему ее два года назад президенту Франции: она заявила, что Эммануэль Макрон должен оставить свой пост, если его партия не займёт первого места на предстоящих выборах в Европарламент.

По словам Ле Пен, раз Макрон возглавляет партию «Вперед, Республика!» и руководит её избирательной кампанией, то предстоящие выборы в Европарламент станут для него своеобразным «референдумом доверия». Поэтому, если действующий французский лидер проиграет этот «референдум», он должен последовать примеру Шарля Де Голля и уйти в отставку. «Нужно быть последовательным, если он ставит на весы всю свою значимость как президент республики, если эти выборы превращаются в референдум, значит, нужно иметь честь и достоинство сделать то, что сделал генерал Де Голль, то есть уйти, если референдум будет проигран», — заявила Ле Пен 11 мая в эфире телеканала LCI.

Она также обвинила Макрона в том, что тот игнорирует интересы миллионов французов и даже «борется» с собственными согражданами, подразумевая заявление президента Франции о том, что на «судьбоносных выборах» в Европарламент сделает все, чтобы партия Ле Пен не стала первой по итогам голосования. Кроме этого 10 мая на неформальном саммите лидеров ЕС в румынском городе Сибиу Эммануэль Макрон также сказал, что «ни для кого не является тайной, что «Национальное объединение» выступает за разрушение единой Европы», и подчеркнул: «Я — патриот, французский и европейский. Они — националисты. Это другое. Как говорил Франсуа Миттеран во время одного из своих последних выступлений, „национализм — это война"».

Европа меняет вектор политики в отношении России
Европа меняет вектор политики в отношении России
© РИА Новости, Владимир Федоренко | Перейти в фотобанк
Во время предыдущих евровыборов в 2014 году партия Ле Пен, которая тогда называлась «Национальным фронтом», заняла первое место с результатом 24,86%, однако партия Макрона на тот момент еще не существовала. В последние три месяца все опросы общественного мнения во Франции демонстрируют, что за партию президентского большинства «Вперед, Республика!» и за «Национальное объединение» Марин Ле Пен собирается проголосовать примерно равное число граждан — 22-23%, что даст обеим силам ориентировочно по 21 мандату в Европарламенте. Избирательный барьер могут также преодолеть республиканцы (13 евродепутатов), «Левая партия» (8), «зелёные» (7) и социалисты (4). Таким образом, абсолютное большинство во французской делегации в Европарламенте составят правые различных оттенков.

Стоит отметить, что в данный момент Европарламент разделен между тремя городами: его секретариат находится в Люксембурге, в Брюсселе заседают различные комитеты ЕП, и депутаты проводят свои основные встречи, а в Страсбурге проходят 12 ежемесячных пленарных заседаний Европарламента. Кочевая жизнь европарламентариев недешево обходится европейским налогоплательщикам: ежегодные расходы на постоянные переезды депутатов и их помощников составляют 114 млн евро, а здание Европарламента в Страсбурге пустует 300 дней в году. При этом основную ответственность за нерациональный расход бюджетных средств несет Франция, которая намерена во что бы то ни стало сохранить штаб-квартиру Европарламента именно в Страсбурге.

Германия: альтернатива есть, но Меркель пока недосягаема

В отличие от Эммануэля Макрона, Ангела Меркель сохраняет значительный отрыв от всех своих политических конкурентов. Согласно проведённому 7-9 мая 2019 года общенациональному опросу, блок канцлера ХДС-ХСС может получить на выборах Европарламента 32 мандата. Союзники христианских демократов по правящей коалиции из СДПГ могут рассчитывать на 16 мест в ЕП, «зелёные» — на 19, «Альтернатива для Германии» (АдГ) — на 12, а «левые» и «свободные демократы» могут получить по 6 мандатов. Таким образом, Меркель удалось переломить негативную для себя тенденцию, ведь ещё в октябре минувшего года социологи прогнозировали АдГ 16 мандатов в будущем Европарламенте, а ХДС-ХСС — только 27.

Но в правопопулистской «Альтернативе для Германии» далеки от уныния, ведь, по данным исследования немецкого Фонда имени Бертельсмана, сторонники евроскептиков, составляющие среди избирателей меньшинство, до сих пор голосовали более активно, чем проевропейски настроенные граждане, формирующие костяк электората. Как заявил на днях сопредседатель АдГ Йорг Мойтен, его партия и её европейские партнеры после выборов намерены «свести к нулю нелегальную миграцию в ЕС», «сохранить европейское разнообразие и богатство культур» и возвести «крепость Европа».

Мойтен рассчитывает, что к создаваемой евроскептиками группе «Европейский альянс народов и наций» (European Alliance of Peoples and Nations, EAPN) присоединятся евродепутаты из других правых и близких по взглядам партий. К примеру, если в неё перейдут депутаты от венгерской правящей партии ФИДЕС, то новая фракция получит 25% депутатских кресел и станет первой по величине группой в Европарламенте, обогнав нынешнего лидера — консервативную Европейскую народную партию (ЕНП).

Ныне кандидатом на пост главы Европейской Комиссии (ЕК) от ЕНП является представитель баварского ХСС Манфред Вебер. При этом, согласно опросам, имя самого Манфреда Вебера что-то говорит лишь четверти немецких избирателей. У кандидата от второй крупнейшей фракции ЕП, Партии европейских социалистов, представителя Нидерландов Франса Тиммерманса намного меньше шансов возглавить Еврокомиссию, чем у Вебера, поскольку поддержка у составляющих фракцию партий социал-демократической направленности сокращается в большинстве стран ЕС. Поэтому на данный момент весьма вероятно, что главы государств и правительств стран-членов ЕС предложат нового кандидата на пост главы Еврокомиссии. Согласно циркулирующей в брюссельских коридорах информации, впервые им может стать женщина.

Корнилов: Почему России лучше извлекать пользу, когда Германия, Франция и Италия ссорятся
Корнилов: Почему России лучше извлекать пользу, когда Германия, Франция и Италия ссорятся
© CC0, Pixabay
А вот станет ли этой женщиной Ангела Меркель, мы узнаем только 28 мая, когда состоится анонсированный президентом Европейского Совета специальный саммит лидеров стран ЕС, посвящённый как раз кадровым вопросам. По словам Туска, саммит нужен, чтобы начать процесс назначения следующих лидеров институтов ЕС: «Процесс должен быть быстрым, эффективным и соответствовать нашим договорам. Если достижение консенсуса окажется сложным, я не буду стесняться поставить эти решения на голосование в июне».

Ныне в ЕС нет единства относительно процедуры назначения председателя Еврокомиссии. Многие страны выступают против нынешней системы, когда кандидатуру главы ЕК предлагает состоящий из глав государств и правительств стран-членов ЕС Европейский Совет, принимая во внимание результаты предыдущих выборов в Европейский парламент, который окончательно утверждает кандидата. Новый состав Еврокомиссии должен быть утверждён до 1 ноября 2019 года, однако если к тому времени не будет окончательно решён вопрос с выходом из ЕС Великобритании, то прогнозировать развитие ситуации в органах власти Евросоюза не берётся никто.