Между тем в действительности все не так однозначно, и большее влияние на перспективы Минска оказывают не юридические, а социологические факторы.


Реакция Украины

Президент Пётр Порошенко через «Фейсбук» обратился «к тем украинцам, которые сейчас вынуждены проживать на оккупированных территориях», и призвал их не принимать участие в «фейковых выборах». Президент отметил, что Россия организовала эти псевдовыборы для того, чтобы, уже устранив своих предыдущих марионеток, которые были непосредственно задействованы в убийствах, в пытках, в нарушении закона, «выбрать» уже назначенных ими следующих марионеток.

После переговоров с Ангелой Меркель и Эммануэлем Макроном он заявил, что «с одной стороны — эти «выборы» никем не будут признаны, это грубое нарушение Минских договоренностей, с другой — есть призыв к ответственности России как организатора этих выборов».

По словам президента, «Россия взяла на себя полную ответственность и подтвердила свое участие в оккупации и приняла участие в организации этих фейковых выборов. Разумеется, вследствие проведенных консультаций мы абсолютно уверены, что эти выборы проводятся под дулами российских автоматов на оккупированной территории» (с кем консультировался Порошенко и каким образом в результате консультаций он узнал об автоматах, осталось загадкой).

Премьер Владимир Гройсман 11 ноября сообщил в «Твиттере», что «непризнанные власти Донбасса провели фейковые «выборы» на оккупированной украинской территории в обход международного права, в обход исторической логики. (…) Агрессор всегда должен помнить: преступления против человечества никогда не остаются безнаказанными».

Заявление великолепное в двух моментах:

Во-первых, Гройсман заявил о «непризнанных властях», в то время как в соответствии с украинским законодательством на Донбассе действует российская оккупационная администрация.

Во-вторых, он объявил проведение выборов преступлением против человечества, что уж точно является сильным преувеличением. Каким образом страдает от всенародных выборов человечество, Гройсман, конечно, не объясняет.

Примерно то же заявил и глава МИД Климкин — организация выборов является преступлением. Обращаясь же к жителям Донбасса, он призвал их: «не дайте России легитимизировать эти выборы, не дайте России легитимизировать оккупацию Донбасса. Ваш голос будет очень важен на настоящих выборах, когда (…) вы будете определять судьбу настоящего украинского, а не оккупированного Донбасса».

МИД сообщил, что «результаты этих псевдовыборов являются юридически ничтожными, не создают никаких правовых последствий и не будут признаны ни Украиной, ни международным сообществом».

Заместитель министра по делам оккупированных территорий Юрий Грымчак сообщил, что «прокуратурой Донецкой области и СБУ открыты криминальные дела по статье 111 УК — угроза территориальной целостности. СБУ получила данные всех членов избиркомов и тех, кто проводил выборы 11 ноября. Им всем грозит уголовное наказание — от 15 лет до пожизненного срока».

В целом следует отметить несогласованность позиций не только высших должностных лиц, но и институтов.

Например, из пропагандистских заявлений представителей украинской власти неясно, кто же все-таки проводил выборы — «российские оккупационные власти» или непризнанные власти Донбасса? Каким образом Россия взяла на себя ответственность за проведение выборов? С каких пор проведение выборов (пусть даже нелегитимных) — преступление против человечества? Как «юридически ничтожные выборы» могут хоть чему-то противоречить? В каком соотношении находятся действия прокуратуры и СБУ по привлечению к ответственности организаторов выборов с обязательствами украинской стороны в рамках Минских соглашений осуществить амнистию участников конфликта?


Реакция Запада

Еще 30 октября США, Франция, Великобритания, Швеция, Нидерланды и Польша на заседании Совбеза ООН назвали выборы в самопровозглашенных республиках незаконными и противоречащими Минским соглашениям.

31 октября представитель внешнеполитической службы Евросоюза Майя Косьянчич заявила: «В достижении решения конфликта ключевую роль играет реализация Минских соглашений всеми сторонами. В этом контексте выборы 11 ноября в так называемых Луганской и Донецкой народных республиках противоречат духу Минских соглашений».

6 ноября спецпредставитель ОБСЕ Мартин Сайдик заявил, что «проведение этих так называемых выборов не соответствует ни букве, ни духу Минских соглашений».

11 ноября МИД Франции заявил, что «объявление о выборах 11 ноября 2018 года противоречит Минским соглашениям, которые остаются единственной основой для политического урегулирования конфликта на востоке Украины».

«НАТО не признает проводящиеся 11 ноября выборы в непризнанных так называемых Луганской народной республике и Донецкой народной республике. Они противоречат духу Минских соглашений и подрывают процесс мирного урегулирования конфликта».

Реакция Запада более умеренная — выборы они не признают, но причин этого непризнания не объясняют. Дескать, противоречат духу… Как же они к ним принюхивались?

С больной головы на здоровую: Выборы в ЛДНР и Минск-2


Юридическая сторона

1. Выборы глав народных республик Минским соглашениям никак не противоречат.

Во-первых, в соответствии с Минскими соглашениями народных республик просто не существует. Нет в тексте соглашений никаких упоминаний об уже существующих на этих территориях органах власти. Не упоминаются названия «ДНР» и «ЛНР».

Соответственно, выборы в этих образованиях нарушают соглашения примерно в той же степени, что и выборы в Антарктиде, ведь про Антарктиду  в соглашениях тоже ничего не сказано.

Во-вторых, в Минских соглашениях упоминаются выборы в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины — они должны быть согласованы с Украиной и проходить по украинским законам. Соответственно, проведенные без участия Украины выборы в этих районах действительно нарушают соглашения.

Понятие «район» закреплено в Конституции Украины. Т.е., когда речь идет о выборах в районах, то это выборы местные — на уровне населенного пункта или региональные — на уровне района. ЛНР и ДНР — более крупные образования, сами по себе состоящие из районов, потому выборы в них никак не ограничивают Украину в проведении местных выборов.

С другой стороны, озвученные в социальных сетях мнения о том, что выборы в ЛДНР должны способствовать дальнейшему ходу переговоров (после отстранения Плотницкого и гибели Захарченко), пожалуй, тоже не основательны.

Минские соглашения предполагают ведение Украиной переговоров с представителями ОРДЛО, но ничего не сказано относительно того, откуда они будут браться. Теоретически представляется, что население районов должно само определиться с тем, кто от их лица будет вести переговоры.

Де-факто в переговорный процесс были введены представители ЛДНР. Это решение дискуссионное.

С одной стороны, народные республики — естественно сложившееся самоуправление на территории неподконтрольной Киеву части Донбасса.

С другой — их представители неприемлемы для Киева в качестве переговорщиков.

Надо отметить, что Киев воздержался от того, чтобы делегировать в Минск представителей новой власти или добробатов. От Украины в контактную группу вошли крупные политические деятели прошлой власти.

Для того чтобы обеспечить нормальный ход переговорного процесса, Виктор Медведчук предлагал ввести в переговорный процесс нейтральных деятелей, но его предложения не были услышаны.

В результате прямой диалог между Киевом и Донбассом не состоялся. Виноват в этом, конечно, Киев, но и с другой стороны трудно заметить желание достичь какого-то результата. Скорее присутствовало желание навязать Киеву неприемлемых для него переговорщиков (с тем же успехом и Киев мог предложить для переговоров Мельничука и Семенченко).

Впрочем, самое существенное тут именно отсутствие в Минских соглашениях хоть какого-то намека на порядок назначения переговорщиков. Предположение, что выбранный глава ДНР может заменить Александра Захарченко самим фактом своего избрания, крайне сомнительно: Захарченко Минские соглашения подписал как физическое лицо — никакой должности там не указано. У Кучмы, правда, должности тоже нет, но он указал звание — президент Украины (в Конституции зафиксировано различие президента как должности и его же — как звания).


Социологические обстоятельства

Результаты выборов в ДНР и ЛНР поразили прежде всего своей явкой.

Несмотря на то что имитационность выборов активно критиковалась в самих же республиках, явка превысила 80% в ДНР и 77% — в ЛНР. Причем местные наблюдатели (в том числе критично относящиеся к выборам) утверждают, что явка была натуральной и обеспечивалась настроениями людей, а не «автоматами оккупантов», как показалось Порошенко в результате «консультаций».

Для сравнения: в местных выборах 2015 года на подконтрольной Киеву территории Донецкой области приняли участие 32%, Луганской — 35%.

Следует также отметить невероятный при сложившихся обстоятельствах оптимизм населения республик. Например, по данным исследования, проведенного в ДНР в октябре 2018 года, треть избирателей ожидают улучшения ситуации. На Украине процент ожидающих позитивных изменений менее 10.

Можно по-разному относиться к народным республикам, но очевиден факт, что большая часть населения региона связывает свое будущее именно этой формой самоуправления.


Резюме

Анализируя подобного рода процессы, надо отдавать себе отчёт в том, что происходящее в регионе уже давно никак не соотносится с Минскими соглашениями, — Украина в одностороннем порядке вышла из Минского процесса, приняв закон о деоккупации Донбасса, который исключает выполнение соглашений как в целом, так и в принципиально важных частях. На этом фоне заявления о том, что какие-то действия ЛДНР противоречат соглашениям, — попытка обелить украинскую сторону.

Заявления гарантов соглашений об их безальтернативности имеют смысл только в части необходимости сохранения хоть какой-то переговорной площадки. Выполнение соглашений возможно только в случае отмены Украиной закона о деоккупации, а для этого необходима смена власти в стране, что пока нереально.

Реалистичный путь предполагает либо отказ России от поддержки республик, либо их признание.